Творения - Афанасий Великий

Ст. 6. Не дадите святая псом, ни пометайте бисер ваших пред свиниями, говорит Христос. Ибо и в сем нужен правый суд. Господь не сказал неопределенно или без различия: давайте святое и бисеры всем; но говорит: не дадите святая псом — злым делателям; по слову Апостола: блюдитеся от псов, блюдитеся от злых делателей (Флп. 3, 2), блюдитесь и от свиней, то–есть, от похотливых. Похотливые же уподобляются свиниям не без основания; напротив того, сравнение это близко и верно. Как свиния почитает для себя утратою, если кто извлечет ее из тины; так, если и похотливого отвлекает кто от тины сластолюбия, то врагом своим, а не другом, признает он советующого ему быть целомудренным. Итак, бисеров наших — пречистых таин, не будем пометать пред людьми, подобными свиниям. Ты говоришь: и они желают приобщиться святых; но они бесстыдные псы и свинии, валяющиеся в сластолюбии. Поэтому, не давай им. Ибо и больные желают воды, но врачи не дозволяют им пить; и похитители власти желают царской порфиры, но охраняющие ее, предвидя опасность, не уступают ея. Внемли же и ты, диакон; не давай недостойным порфиры пречистого Тела, чтобы не подпасть тебе ответственности, не по законам гражданским, но по Владычнему слову. Итак, не дадите святая псом, ни пометайте бисер ваших пред свиниями: да не поперут их ногама своима, неразумными помыслами, и вращшеся расторгнут вы, произведя расколы и ереси.

Господь сказал: (15) внемлите от лживых пророк, иже приходят к вам в одеждах овчих, внутрь же суть волцы хищницы. (16) От плод их познаете их. Поэтому, брат, если видишь, что имеет кто благоприличную наружность, не на то обращай внимание, облечен ли он в овчую вóлну, носит ли он имя пресвитера, или епископа, или диакона, или подвижника; но постарайся узнать дела его: целомудрен ли он, страннолюбив ли, милосерд ли, исполнен ли любви, пребывает ли в молитвах, терпелив ли? Если чрево ему — Бог, и гортань его — ад, если страждет он сребролюбием, корчемствует благочестием; то оставь его. Это — не пастырь сведущий, но волк хищный. Если о деревах умеешь заключать по плодам, какой они породы, какого вкуса и качества; то тем паче должен по делам заключать о христопродавцах, что, славясь своим благоговением, имеют они диавольскую душу. Если не собираешь от терния грозды, или от репия смоквы: то как же предполагаешь, что от законопреступных услышишь что–либо доброе, или от предателей что–либо полезное? Поэтому, уклоняйся от них, как от волков аравийских (Соф. 3, 3), как от тернов преслушания, как от репия неправды и от негодных дерев. Аще узриши разумна, по совету Премудрости, утреннюй к нему, и степени дверей его да трет нога твоя (Сир. 6, 36), чтобы научиться у него сеннописаниям Закона и дарам благодати. Не слово велемудрое, не наружность прикрашенная вводят в царствие небесное, но совершенная и непытливая вера с похвальною и ясною предусмотрительностью.

Ст. 29. Возмите иго Мое на себе, и научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем: и обрящете покой душам вашим. (30) Иго бо Мое благо, и бремя Мое легко есть. Воспользовавшись этим, Божественный Апостол назвал грех обременительным и удобь обстоятельным (Евр. 12, 1). Ибо что тягостнее и вреднее греха? А равно и с противной стороны, что легче и полезнее добродетели? Грех, как сказано в Притчах, многих уязвивши, низверже своею тяжестью (Прит. 7, 26). Пленицами же своих грехов кийждо затязается (Прит. 5, 22). А добродетель держащихся ея оживляет и возносит на высоту, по слову Приточника: древо живота есть держащимся ея (Прит. 3, 18), и по слову Псалмопевца: приемляй кроткие Господь (Псал. 146, 6). Посему–то грех символически представляется в виде таланта оловяна вземлющегося (Зах. 5, 7); потому что держащихся греха погружает в ад. И у кого есть плотские бремена и плотские похоти, кого обдержит грех, тем не свободно возводить око к небу. Посему и иго Спасителево благо, и бремя легко. Но скажут: почему же легко, когда говорит: аще не возненавидит кто отца и матерь (Лук. 14, 26), и иже не приимет креста своего, и в след Мене грядет, несть Мене достоин (Матф. 10, 38), и иже не отречется всего своего имения, не может быти Мой ученик (Лук. 14, 33), когда повелевает отдать и самую душу? — Да научит тебя Павел, который говорит: еже бо ныне легкое печали по преумножению в преспеяние тяготу вечные славы соделовает (2 Кор. 4, 17); и еще: не достойны страсти нынешняго времене к хотящей славе явитися в нас (Рим. 8, 18).

Ст. 31. Сего ради глаголю вам: всяк грех и хула отпустится человеком: а яже на Духа хула не отпустится им. (32) И иже аще речет слово на Сына человеческого, отпустится ему: а иже речет слово на Духа Святого, не отпустится ему ни в сей век, ни в будущий. Здесь кстати привести Апостольское слово: писмя убивает, а дух животворит (2 Кор. 3, 6). Ибо если в божественных Писаниях будем многое разуметь буквально, то впадем в нечестивые хулы. Таково и теперь предложенное изречение Господа. Если выражения эти примем в строгом смысле, то не только дойдем до нечестивых понятий, но найдем, что Господь сам Себе противоречит. Ибо, если иже речет слово на Сына, отпустится ему; то почему же сам Сын сказал, что отвергийся Его пред человеки, отвержен будет пред Ангелы Божии (Лук. 12, 9)? И еще: если всяк грех и хула отпустится человеком: то почему дадим ответ и за праздное слово (Матф. 12, 36)? Почему, иже речет брату своему: уроде, повинен будет геенне огненней (Матф. 5, 22)? Почему и Павел говорит: не льстите себе: ни блудницы, ни прелюбодеи, ни малакии, ни досадители, ни пияницы, ни хищницы царствия Божия не наследят (1 Кор. 6, 10)? И если все это так, то скажи мне: почему всяк грех и хула отпустится человеком? И опять, если справедливо это последнее: то за что же обвиняется бедный Ориген, проповедовавший, что будет конец мучению и Бог простит всякий грех и людям и бесам? Еще же, если хула на Духа Святого непростительна, то за что Церковь порицает Новата, отвергающего покаяние? Но еще темнее и неудобопонятнее то, что иже речет слово на Сына, отпустится ему, а иже речет слово на Духа, не отпустится ему, как будто Сын менее Духа и Отца. За что же после сего отвергаем мерзких ариан, умаляющих и унижающих Сына пред Духом? И почему Сын говорит: Аз и Отец едино есма (Иоан. 10, 30), и иже не чтит Сына, не чтит Отца (Иоан. 5, 23); а здесь говорит: иже аще речет слово на Сына, отпустится ему? Посему скажи мне, — ужели хула на Сына отпустится арианам, симонианам, савеллианам, фотинианам и всем врагам, хулящим воплощение Сына? Да удалится от нас такая нелепая мысль! Если, иже речет брату своему уроде, повинен есть геенне огненней: то скажи мне, — в какую уже геенну геенны ввержен будет, кто Бога своего называет тварию, и не Сыном Божиим, но рабом, приспешником и малым? И если, иже речет слово на Сына, отпустшпся ему; то почему сам Сын сказал: «кто не снесть плоти Моей и не пиет крови Моей, не имеет в себе живота вечнаго» (Иоан 6, 53)? Как же может кто, бесчестя Сына, не хулить Святые Троицы? А кто хулит Троицу, тот явно отрицает святое крещение. Отрицающий же его совлекается Духа Святого. И как, если поругаешься над теплотою или лучем чувственного солнца, то поругание твое прострется на целое естество солнца: так бесчестие единой ипостаси в трисиянном свете и таинстве Святые Троицы есть бесчестие всей полноты Божества. Что же значит сказанное иудеям: всяк грех и хула отпустится человеком. Иже аще речет слово на Сына человеческого, отпустится ему. А иже аще речет слово на Духа Святого, не отпустится ему ни в сей век, ни в будущий? Разумно послушаем, и не будем сами себя прельщать. Священные Писания возвещают нам, что Христос по неизреченном единении двусоставен, и именно — из Божества и человечества. Ибо Слово плоть бысть (Иоан. 1, 14). Итак, сам Христос именует Божество Слова Духом Святым, как и Самарянке сказал: Дух есть Бог (Иоан. 4, 24), а человечество Слова — Сыном человеческим (Иоан. 13, 31); ибо говорит: ныне прославися Сын человеческий. И иудеи, оскорблявшие всегда Бога, в отношении ко Христу впадали в сугубую хулу. Одни, соблазняясь плотию Его, тем, что Он Сын человеческий, почитали Его пророком, а не Богом, и называли ядцею и винопийцею (Матф. 11, 19); и им даровал Он прощение; потому что полагалось тогда начало только проповеди, и для мира невместимо было уверовать в Бога, соделавшагося человеком. Почему и говорит Христос: иже аще речет слово на Сына человеческого, т. е. на тело Его, отпустится ему. Ибо осмелюсь сказать, что и самые блаженные ученики не имели совершенного понятия о Божестве Его, пока не снисшел на них Дух Святый в день Пятидесятницы; потому что и по воскресении, видевше Его, ови поклонишася, ови же усумнешася (Матф. 28, 17), однако–же не были за это осуждены. Но которые хулят Духа Святого, то–есть, Божество Христово, и говорят, что о Веельзевуле, князе бесовстем, изгонит бесы (Лук. 11, 15), тем не отпустится ни в сей век, ни в будущий. Заметить же надлежит, что Христос не сказал: не отпустится хулившему и покаявшемуся, но хулящему, т. е. пребывающему в хуле. Ибо достодолжное покаяние разрешает все грехи. Иные, изследывая сказанное, что хулящему Духа не отпустится ни в сей век, ни в будущий, говорят, что четыре есть способа, которыми совершается отпущение грехов, и два из них имеют место здесь, а два — в будущем веке. Поскольку память наша не в состоянии упомнить все прегрешения целой жизни, чтобы человеку покаяться в них здесь; то человеколюбивый Господь наш для непокаявшихся, как говорят они, предуготовил два способа покаяния в будущем веке. Когда делал кто добро без различия, или подвигнутый милосердием и состраданием к ближнему, или по другим каким человеколюбивым побуждениям; тогда в будущем веке, во время суда, будет это взвешено, и если окажется в этом какой перевес, то будет ему прощение. И это — первый способ. А второй есть следующий: когда кто, одержимый грехами, слыша, что говорит Господь: не судите, да не судими будете, и убоявшись, никого не осуждает за житие его; то как хранитель заповеди, он не осудится, потому что Всенеложный не забывает Своей заповеди. Другие же два способа прощения имеют место здесь. Когда кто, будучи во грехах, по смотрению Промысла Божия подвергается несчастиям, нуждам, болезням, — ибо чрез это Бог, неизвестным нам образом, очищает его, — и если искушаемый благодарит, то за благодарность приемлет награду. Если же не благодарит, то осуждается и за те грехи, за которые терпит он наказание, и сверх того, подвергнется ответственности за неблагодарность. Поэтому, кто грешит в чем–либо пред людьми, тот имеет много случаев к получению прощения. Ибо, кто грешит против одного человека и делает добро другому человеку, тот оправдывается тем же самым естеством, против которого согрешил. Но хула на Духа есть неверие, и нет другого случая к получению прощения, как только соделаться верным; и грех безбожия и неверия не отпустится ни здесь, ни в будушем веке.