Дик (СИ) - Элен Форс

на стол, который скорее всего принадлежит этой барышне. Ей это не нравится, но она тактично молчит. Прекрасная выдержка. — Хочу переговорить с твоим Боссом.

— А его нет.

— Когда будет?

— Все вопросы по продаже — делегированы для решения мне.

Раздражающая самоуверенность.

Девушка в очень дорогом платье с безупречными манерами и повадками аристократки. Дорогая шлюха.

— Но подпишу я бумаги только после встречи с Боссом.

— Я попробую назначить встречу с ним. У него плотный график, придётся долго ждать.

Мысль, что мне нужно долго ждать встречи с Диком, вызывает раздражение и неконтролируемую обиду. Раньше все его внимание принадлежало мне.

Он даже не поговорил со мной, не оставил ни одной возможности объясниться. Обиделся. Развернулся ко мне спиной.

— Лилия. — со стороны донёсся игривый, знакомый и такой родной голос. Внутри меня все сжалось и затрепетало.

Дик…

Присоединившийся к нам мужчина, как всегда, выглядит потрясающе. Дик никогда не одевается в костюмы, и сегодня он остается себе неизменен: в брюках и белых кедах, свободной рубашке оливкового цвета, оттеняющей его живые глаза. Так просто и так со вкусом.

Мужчина при виде меня на секунду замирает, усмехается, растерянно оглядывает с головы до ног.

Чувствую, как у меня начинают колоть кончики пальцев на руках и ногах от волнения.

Я не та, что раньше. Моя фигура не имеет больше тех аппетитных форм. Вряд ли ему нравится то, что он видит. Бледная тень Ангелины, во всем уступаю его шлюшке.

— Приятная встреча. — выдавливаю из себя, чувствую себя абсолютно разбитой и ничтожной. Я — гадкий утёнок на фоне прекрасного лебедя.

— Привет. — у Дика все такой же дерзкий голос и хрипотцой. — Ты тут какими судьбами?

— Пришла обсудить дела моего бывшего любимого мужа.

— Любимого… — протягивает Дик, цокая языком и подходя к Лиле. Смотреть на то, как он близок к ней невыносимо. — Ну идём, обсудим… Лилия, дорогая, принеси мне в кабинет, пожалуйста, все бумаги, которые я просил…

С облегчением выдыхаю, я так боялась, что он меня прогонит при ней. Это было бы унизительно. Крах.

Захожу за Диком в его кабинет, который на половину разобран, он делает в нем ремонт, устраивается на новом месте.

— Никогда бы не подумала, что мой кумир, человек, который отправлял в тюрьму маньяков, станет сутенером. — говорю честно, не понимая, зачем он ввязался во все это. Озвучиваю то, что мучает меня с самих похорон.

— Рад, что удалось тебя удивить. — бросает он, усаживаясь на стол. — Давай ближе к делу, у меня много работы. Что ты хотела обсудить?

Хотелось сказать, что он мне снился практически каждую чертову ночь, но слова застраивают в горле, раздирая его и покоясь только в моей голове. Я не скажу ему об этом.

В кабинет заходит Лиля с чашкой ароматного кофе и пачкой бумаг. Она аккуратно поставила кофе на стол рядом с Диком, а папку вручила прямо ему в руки. При этом она одарила его такой улыбкой, что мне показалось, что она мне дала пощёчину. Ощутила физическую боль. Хлесткий удар.

— Не хочу расставаться на такой ноте. Тогда в машине была чудесно… — Заговариваю, когда она ходит, стараюсь говорить тихо, чтобы ей не было слышно. Трудно подобрать слова, чтобы описать испытываемые чувства. На меня еще давит страх быть отвергнутой. Нам больше не быть вместе, наши дороги разошлись. Раньше я понимала, что Дик — бабник, который не будет хранить мне верность, но сейчас тем более. — Когда ты пришел к моим родителям…

— Не нужно, Ангелина. Не хочу это обсуждать. — прерывает он мои нескладные предложения. Когда Дик называет меня Ангелиной, я теряю почву из-под ног, он никогда не обращался ко мне по имени. Это как черта между нами, точка в наших отношениях. — Я тогда еще все понял. Ты заключила с Ромой соглашение, молодец. Спасибо за заботу.

Во рту пересыхает. Меня обезвожили в доли секунд.

— Ты злишься на меня из-за того, что я не хотела, чтобы ты сел в тюрьму?

— Нет. Я злюсь, что ты настолько не доверяла мне и не верила, что я справлюсь с твоим муженьком. Но потом тебе видимо понравилось. Как тебе было под Бурковым? Понравилось?

— какой же ты гандон. — не верю своим ушам. — Все, чего я хотела, чтобы тебя не убили! И ты после всего, говоришь так, словно я изменила тебе!

Дик, как ни в чем не бывало, отпивает свой кофе, ставит чашку и закатывает глаза. Я стараюсь говорить с ним на серьезные темы, а для него это все так… хихоньки да хаханьки. Ничего серьезного.

— У меня нет настроения выяснять отношения. Подпиши документы, и мы больше никогда не увидимся. Будешь счастливой вдовой, обеспеченной материально до конца своей жизни. Твои родители обосрутся от счастья.

Подхожу к самодовольной роже, беру чашку кофе с остатками горькой жидкости и выливаю ее ему на голову. Медленно. Наслаждаясь моментом.

Это самое меньшее, что я могу для себя сделать.

Дик перехватывает мои руки и чашка летит под ноги.

Я быстро оказываюсь прижатая к его столу, между его ног, ощущая вздыбленный член, который упирается мне в ногу. Дик удерживает мои руки, но я не сопротивляюсь. Мне в кайф быть так близко к нему, чувствовать его мускусный запах. Я скучала…

Струйки кофе стекают по напряженному лицу.

Губы Дика так близко от моих. Невыносимо рядом. Подаюсь вперед, немного протираюсь о бугор, чувствуя нарастающее возбуждение. Глаза мужчины темнеют, похоть заволакивает разноцветную радужку… Между ног все увлажняется, даже хлюпает. Трусики прилипают к складочкам и скользят в такт моим покачиваниям.

— Отпусти. — ради приличия говорю я, но звучит так, словно говорю: «Возьми меня крепче». Абсолютно не правдоподобный протест. Он лишь сильнее сжимает руки вокруг моих кистей. Наклоняется и целует, напористо раздвигает языком мои губы, проникая в мой рот. Ощущаю проклятое кофе и внутри меня все ликует. Маленькая победа.

Запрокидываю голову, поддаюсь ему, готовая отдаться прямо на этом столе. Я оживаю в его руках.

Растворяюсь в страстном поцелуе, приближаясь к оргазму просто от этого незатейливого контакта.

Так скучала по его шаловливым рукам.

— Дик. — выдыхаю ему в рот. Мужчина не останавливается, он спускается от моих губ к шее, покрывая ее жаркими прикосновениями, от которых меня трясёт. Раздвигаю ноги шире, желая прижаться к нему сильнее, ощутить его внутри себя.

Дик отпускает мои руки, перемещает их на мои ноги. Скользит по внутренней стороне бедра, оставляя след из мурашек, приподнимая платье. Он его задирает до самых бёдер, открывая своему взору прозрачные чёрные трусики, через которые открывается вид на покрасневшие складочки.