Опыт революционной борьбы - Эрнесто Гевара

Но враги революции ловко рассчитали готовившийся ими удар: группа политиканов, представлявших цвет кубинской олигархии, прибывает в Сьерра-Маэстру под предлогом «защиты свободы», подписывает совместную декларацию с повстанческим лидером, который в то время вынужден находиться в горах, и уезжает, имея полную свободу действий для осуществления в дальнейшем своих махинаций на съезде в Майами. Они не предусмотрели лишь одного – политическими махинациями можно безнаказанно заниматься до тех пор, пока это позволяет противная сторона, а в данном случае – вооруженный народ. Быстрые контрмеры, предпринятые нашим вождем, а также сила и авторитет Повстанческой армии спутали карты предателей дела революции и помешали им вершить свое грязное дело. Когда спустя несколько месяцев стали известны результаты сделки, состоявшейся между врагами революции на съезде в Майами, решительный ответ Фиделя по поводу принятых на нем документов парализовал действия наших противников. Они обвинили нас в раскольничестве, в намерении навязать «с гор» свою волю, но все же вынуждены были на время изменить тактику. Позже они подготовят новый обман в виде так называемого Каракасского пакта.

Совместная декларация была датирована 12 июля 1957 года и напечатана в газетах того периода. Для нас было ясно, что наша главная цель состоит в том, чтобы разгромить батистовскую армию на полях сражений.

Именно в те дни нами был сформирован новый партизанский отряд. Я был назначен командиром этого отряда, и мне присвоили звание капитана. Новые воинские звания получили и еще несколько товарищей. Среди них были командиры взводов Рамиро Вальдес и Сиро Редондо, которым также было присвоено звание капитана.

Отряд состоял из трех взводов (первым командовал Лало Сардиньяс, назначенный одновременно заместителем командира отряда, вторым – Рамиро Вальдес и третьим – Сиро Редондо) и в то время насчитывал в своих рядах 75 человек, в основном крестьян. Поэтому наш отряд называли крестьянским. И хотя его бойцы были по-разному одеты и вооружены, я все же испытывал гордость за них.

Приближался День 26 июля. Накануне мы послали поздравительное письмо Карлосу. (Подпольная кличка Франка Пайса, которому тогда оставалось жить совсем недолго.) Письмо подписали все офицеры Повстанческой армии. Подписи ставили в две колонки на листе бумаги.

Когда писарь начал заполнять вторую колонку, проставляя вначале воинские звания, и очередь дошла до моей фамилии, то Фидель тихо сказал ему: «Поставь – «майор».

Так я был произведен в майоры 2-й колонны Повстанческой армии; позже эта колонна стала называться 4-й.

Произошло это в одном крестьянском доме, в каком именно, сейчас я уже не помню, но там же, где мы составляли письмо Карлосу, который так геройски действовал в самом Сантьяго-де-Куба, снабжая нас продовольствием и различным снаряжением.

В тот день я чувствовал себя самым счастливым человеком на свете. Маленькую звездочку – символ моего назначения – мне приколола Селия Санчес, вручившая мне одновременно в качестве небольшого подарка наручные часы.

Перед нашим только что сформированным отрядом была поставлена задача окружить Санчеса Москеру, но этот прохвост опередил нас, сумев вовремя выбраться из района партизанских действий.

Не теряя времени, мы начали готовиться к выступлению в назначенный нам новый район действий – Эль-Омбрито. Кроме того, приближался День 26 июля. Нужно было хорошо подготовиться, чтобы достойно встретить эту славную дату. Фидель поручил мне сделать для этого все необходимое, конечно в рамках доступного в то время для нас. На одном из последних совещаний командиров среди присутствовавших находился прибывший к нам новый врач Серхио дель Валье, ставший потом начальником Генерального штаба Революционных вооруженных сил. А тогда он исправно исполнял свои обязанности врача в трудных условиях Сьерра-Маэстры.

Примерно в тот период перед нами встала задача показать противнику, что мы существуем, несмотря на некоторые наши временные неудачи. Одной из них было, например, то, что батистовской полиции удалось перехватить груз с нашим оружием, предназначавшимся для боевых действий в районе сентраля Миранда. В результате попали в плен многие из наших товарищей, и среди них был Фаустино Перес. Фидель возражал против дробления наших сил, но поначалу уступил уговорам Льяно.

Справедливость его слов вскоре подтвердилась. В дальнейшем мы начали укреплять главную партизанскую базу в горах Сьерра-Маэстры, рассматривая это как первый шаг для последующего расширения действий Повстанческой армии.

Атака на Буэйсито

Вместе с первыми днями нашей самостоятельной партизанской жизни пришли новые заботы. Прежде всего требовалось добиться от бойцов строгой дисциплины, подготовить командные кадры, создать хотя бы подобие штаба для обеспечения успеха в будущих операциях. Все это не так легко было сделать, особенно если учесть невысокий уровень дисциплины среди наших бойцов в тот период. А потом к нам пришла беда: мы потеряли одного из наших любимых товарищей – лейтенанта Масео. Он ушел на задание в Сантьяго-де-Куба и не вернулся. Больше его никто из нас не видел, а позже мы узнали, что он погиб там.

Нескольким товарищам были присвоены за это время новые воинские звания. В частности, звание лейтенанта получили Уильям Родригес и Рауль Кастро Меркадер. Таким образом, мы постепенно старались укомплектовывать командными кадрами нашу немногочисленную партизанскую армию.

Однажды утром стало известно о дезертирстве из отряда одного партизана, которого все звали китайцем Вонгом. Он прихватил с собой ручной пулемет, стоивший нам тогда дороже золота. Китаец Вонг, по всей видимости, направился к своему дому, расположенному где-то на отрогах Сьерра-Маэстры. На поиски его были посланы два бойца, но уверенности в успехе поисков у нас не было. Она стала еще меньшей, когда в отряд после безуспешных попыток найти предыдущих дезертиров вернулись Исраэл Пардо и Бандерас. Исраэл, как хорошо знавший местность и обладавший большой физической выносливостью, остался при мне для выполнения особых поручений.

Мы приступили к разработке весьма заманчивого плана новой операции. Он состоял в том, чтобы с наступлением темноты атаковать населенный пункт Эстрада-Пальма, а затем, используя фактор внезапности, сразу же напасть на два ближайших поселка – Яра и Вегитас, разгромить расположенные там батистовские гарнизоны и вернуться тем же путем в горы. Готовясь к боевым действиям, мы привели в порядок все имевшееся у нас оружие, провели несколько тренировок в стрельбе, стараясь, однако, экономить боеприпасы, и послали Фиделю донесение, в котором излагали наш план и просили дать в письменном виде согласие на проведение этой операции. Ответа от Фиделя не пришло, но 27 июля мы узнали из переданного по радио официального сообщения, что населенный пункт Эстрада-Пальма был атакован группой партизан в количестве 200 человек под командованием Рауля Кастро.