Сегодня война - Алексей Волков

– Мы как раз выдвигались, услышали выстрелы, а… – с оттенком вины пояснил Сурену мужчина под сорок без знаков различия, но явно являющийся командиром группы. – Только и сумели положить всех. Восемнадцать человек, наглые, словно прямиком из Америки и находятся если не там же, то хоть в Европе… Некоторые сдаться пытались, да куда там! А вы где?

– Мы улицу держим. Тоже послали на звук боя. Сейчас назад пойдем. Там наших мало.

Мелькнула надежда: вдруг спецназ, или кто они там, послан на подмогу именно их батальону, однако командир лишь вздохнул.

– Соседи, значит. Нам передали: эвакуация скоро заканчивается. Максимум минут сорок, и будет команда на отход.

– Сорок минут еще надо продержаться. – Но на философию не было времени. – Ладно. Тогда мы назад.

Бой на улице Крестовоздвиженской продолжался, и оставаться вдали от ребят Сурен считал подлостью.

– Удачи вам!

– Взаимно! – И уже своим бойцам: – Двинули. Там ротный, капитан, наши друзья.

Мог бы не говорить, да само вырвалось. Без патетики, как само собой разумеющееся.

Прогрохотало с полтора десятка разрывов, но стреляли уже не с гранатометов. Кто-то пустил в дело артиллерию, а кто, и не понять. Для этого большая практика нужна, которой не имелось даже у Сурена. Про его бойцов говорить не стоило. Скорее все-таки чужая. Корректировщика при батальоне вроде бы уже не было, погиб в бою, а без него при переменчивости боя накрывать какой-то квартал огнем было опасно для своих.

Церковь все еще стояла. Вдруг вспомнился старый батюшка, и подумалось: что с ним? Пуля или осколок не разбирают, военный перед ними или сугубо штатский человек. Узнать бы, но времени нет. Ни одной секунды. Там же ребята ждут…

– Все. Последняя лента, а потом хоть в рукопашную иди, как с дубиной, – выдохнул Денис, присоединяя коробку.

– Так, – выдохнул ротный. – Тогда стреляй в самом крайнем случае, когда сильно попрут. А пока мы будем их удерживать, – и покосился на снайперскую винтовку.

Патронов к ней тоже почти не было, зато в обычной перестрелке она имела определенные преимущества. Тут не прижимать врага к земле, а истреблять его подчистую.

Недолго осталось. Когда будет долгожданный сигнал на отход? Через полчаса, ладно, по максимуму через час. Воздух уже синий в предчувствии сумерек. Противник откровенно спешит успеть до темноты. Хотя, зачем ему уездный город, обладание которым ничего не дает?

– Проблемы? – Рядом плюхнулся капитан, почти сразу выдал короткую очередь и лишь затем пригнул голову, спасаясь от ответного огня.

– Патроны, – так же коротко отозвался Дмитрий.

– Понятно, либераса его мать! Но к автоматам еще трохи-трохи есть. – Словно в подтверждение слов, Александр тут же стал набивать пустой магазин.

К сожалению, его ранец тоже был практически пуст. В разгрузке имелась еще одна связка, но что это для серьезного боя? Так, сущая ерунда.

Близкий взрыв заставил офицеров невольно пригнуться. Громов первым осторожно высунулся, выстрелил.

– Не попал, – разочарованно вымолвил старлей. – Скрылся, гаденыш.

Александр подумал о другом. Шесть магазинов, сто восемьдесят патронов. Еще россыпью десятка два, может, чуть больше. Еще есть одноразовая «Муха» на случай появления чужой бронетехники. Но, кажется, противник пока отказался использовать свои «Брэдли» и «Абрамсы». Да еще три штуки лимонок. Негусто.

– Не удержимся мы здесь, Димка. Надо потихоньку оттягиваться назад. Да и соседи явно пятятся.

Судя по перестрелке, справа действительно отходили. Медленно, но все-таки…

– Так… – процедил ротный.

– Фигня это все. Потихоньку оттягиваемся до вашей бывшей хазы. Поэтапно. Денис, хватай Илюшку, и отползайте первыми. Займите позицию, ждите. Потом – молодежь, мы – следом.

– Выполняйте, – согласно кивнул ротный.

Прежде капитан хотел отправить первыми Макса с Серанцевым, только ведь ушедшим действительно придется прикрыть остальных. Вот пулемет и пригодится. Да и Денис доказал, что на него можно полностью положиться.

Опять глухо бухнул взрыв. А тут на всех ни одного подствольника.

На той стороне в очередной раз возникло шевеление, и пришлось немного остудить противника огнем. Вроде безрезультатным в смысле потерь, так ведь задача поставлена не уничтожить, а задержать.

– Твоя очередь. Бери молодых, и вперед. Вернее, назад. Организовывай оборону. А мы с ефрейтором еще пару минут здесь посидим.

– Почему я?

– Потому что я старший по званию. И даже должности.

Сколько же раз уже приходилось оставаться вот так! В прежние годы дважды, в Египте один… Выходит, в четвертый? Своего рода стаж.

Только как же тоскливо становится каждый раз, когда все уходят, а тебе приходится держаться! Но и уходить, оставляя кого-то, наверняка еще хуже.

Александр оглянулся. Бойцы, стараясь оставаться незаметными, медленно отползали за очередной изгиб улицы. Максим не удержался, на пару секунд залег за какой-то урной и дал оттуда пару коротких очередей.

– Ковальчук, слишком не увлекайся! – Ефрейтор развил такой темп стрельбы, словно рядом стоял вагон с патронами.

– Я ничего, – послышался ответный голос. – Еще магазин, и пошабашу.

– А потом что?

Кто-то осторожно попытался выглянуть из-за угла дома, и капитан дал короткую очередь, загоняя любознательного противника обратно. Пара коротких очередей по окну, где тоже кто-то мелькнул, перекатиться на бывшее место ротного, нечего долго торчать на одной позиции.

Стрельба у соседей гремела уже не слева, а почти с тыла. Значит, пора отходить, пока кто-нибудь особо прыткий и нехороший не объявился с фланга. Выглянет из-за забора, а с той стороны даже укрыться негде.

– Ковальчук, уходим потихоньку! – Капитан дострелял магазин, перебросил связку. Затвор пошел с трудом. Наверняка нагар уже такой, что скоро придется досылать затвор старым испытанным методом – сапогом.

– Понял. – Ефрейтор попятился назад, лишь потом развернулся и пополз уже вполне нормально.

Ему сильно повезло. Крона поваленного дерева, за которым прятался Ковальчук, вспучилась разрывом. Одна из оторванных веток прочертила круг по воздуху и едва не рухнула на Александра. Но это мелочь. Главное – промедли напарник на минуту – и все.

Теперь пора уходить самому. Все ползком да тишком. Пуля выбила крошку рядом. А вот прицельная или шальная…

Обидно будет получить кусочек свинца в афедрон! Место больное, придется какое-то время лежать на животе, а вместо сочувствия получишь от отдельных граждан нездоровые усмешки и дружеские подколки.

Короткая перебежка под прикрытием деревьев, падение, перекат, посвист пуль, опять старательное подражание змее…