Мои красные туфли - Лиана Меррил

Карли решила экономить боеприпасы и не открывать ответный огонь.

— А Стейси говорит, что ты финансируешь какой-то фильм.

Самая младшая в семье уставилась на кончики собственных туфель. Тактику самообороны она заимствовала у опоссума: замри, не двигайся, не дыши, и тогда, возможно, тебя не заметят. Наверное, когда-нибудь она достигнет следующей ступени: «убегай и прячься».

Карли не реагировала.

— Если бы только ты окончила колледж и получила диплом! — воскликнула Джудит. — Но ведь ты никогда и ничего не желаешь слушать! Теперь, когда работы больше нет…

— Всего лишь одной из работ. — Конечно, надо было бы смолчать, но Карли не смогла. Нельзя давать Джудит завоевывать очки.

— Очередной работы. — Неудачи Джудит помнила вечно. — Я так и знала, что это долго не продлится. Вот теперь ты потеряла свои пятнадцать минут на экране. И что же ты делаешь? Швыряешь деньги на какой-то дурацкий фильм. Ничего глупее просто невозможно придумать!

Да, живи матушка в позапрошлом веке, она с удовольствием вышивала бы на корсажах падших женщин алые буквы «А» и исправно посещала церемонии сожжения ведьм.

— Скажи же что-нибудь! — наконец не выдержала Джудит. — Не сиди, как идиотка.

Ну вот и пришла очередь Карли палить в ответ, однако на эту бесполезную войну у нее просто не хватало сил. Эван не верит, что она всего лишь хочет ему помочь. Мать не верит, что старшая дочь способна на что-либо, кроме откровенных неудач. И оба не сомневаются в собственной правоте. А, к черту обоих!

— Мне на все наплевать, мам! — произнесла наконец Карли, крепко сжав кулаки. — Пожалуйста, побереги свою любовь и заботу. Я и сама могу за себя ответить. Больше не нуждаюсь ни в талисманах, ни в заступничестве. Я сама себе талисман, и что бы ты ни делала, изменить это не сможешь.

Моя карьера развивается прекрасно. Больше того, блестяще! Сказочно! Так было и так будет. Круто, правда?

Слова слетали с губ, словно золотые монеты. Казалось, свыше снизошло просветление. Постоянное брюзжание и недовольство матери лишили дочь уверенности в себе, заставив все время сомневаться, волноваться и трястись от страха. Однако жизнь рядом с Всемогущей Воинственной Матерью не прошла даром, а принесла свои плоды. Карли Бек вышла из испытания крепкой, сильной и гибкой. Никаких поражений. Карли и есть сама принцесса ниндзя Огненный Дракон. Это уж точно, ведь у них на двоих один голос.

— Спасибо, — заключила Карли, мило улыбаясь мамочке.

— За что же? — Джудит удивленно подняла брови.

— За то, что ты такая, как есть.

Из окна ресторана открывался потрясающий вид. Спокойный ярко-синий океан, безмятежный мягкий ковер, заполняющий бескрайнее пространство до самого горизонта. Дана пришла пораньше, чтобы занять столик в первом ряду. Девушки сидели в маленьком мексиканском ресторанчике под названием «У Шарки», немного севернее Голливудского бульвара. Сегодня там праздновали свой день пожарники.

— Значит, так, — подытожила Дана, с аппетитом приканчивая тако с мясом. — Выгнала Джудит и приказала Эвану катиться куда подальше…

— Примерно так, — кивнула Карли. В отличие от подруги она ковыряла в тарелке без всякого энтузиазма.

— Тебе необходимо встряхнуться. — Дана в сотый раз внимательно оглядела зал, оценивая обстановку. Мужчины тесными, дружными компаниями сидели за маленькими столиками. Ели, пили и шутили, то ли случайно, то ли нарочно соприкасаясь широкими плечами.

— Набери 911, найди себе друга.

— Ага, — ответила Карли. — Тогда уж лучше прямо в тюрьму — так будет вернее.

Дана пожала плечами.

— А можешь сходить к автоматам и наполнить наши стаканы, а на обратном пути прихватить с собой сразу дюжину приятелей. Разнообразие еще никому не вредило. Просто улыбнись, Карли, и все. Улыбнись! Помнишь, как это делается?

Карли со вздохом направилась к автоматам с напитками и мгновенно попала в невидимое, но ясно ощутимое облако тестостерона. Даже в том мрачном настроении, в котором она пребывала все последнее время, оказалось невозможно удержаться от улыбки в ответ на жизнерадостные приветливые взгляды симпатичных лиц. Несомненно, каждый из этих людей заслуживал самого пристального внимания, но ни один из них не был Эваном. Случилось так, что любовь многое разрушила в жизни Карли: еще теплое, только из духовки, печенье, интересные поездки, целую страну Мексику, сон, еду, жизнь вообще, а вот теперь еще и День пожарника.

— Говорят, ты вернулась в «Компостную кучу»? — уточнила Дана, когда Карли вернулась с полными стаканами.

— Да, представляешь? Расстроенные детишки начали писать на студию сердитые письма, и в результате я вернулась в образе двойняшек — дождевых червячков Эллы и Элл и.

— Так, может быть, детишки и Эвану что-нибудь напишут?

— Эвану наплевать на общественное мнение. Чтобы он передумал, нужны куда более радикальные меры, чем письма дошколят.

— А может быть, он уже передумал. Почему бы тебе ему не позвонить?

— Представь себе, эта мысль приходила мне в голову уже раз сто, — призналась Карли, грустно качая головой. — Но если бы он вдруг изменил мнение и внезапно поверил в меня, как в самую надежную крепость, то давно позвонил бы сам. Или явился. Раньше он никогда не стеснялся делать то, что считал нужным.

— Может быть, еще не все кончено. — Дана всегда отличалась тем, что до последнего момента верила в возрождение ушедшей любви. — На днях я встретила Декса, и он рассказал, что работа над фильмом дается Эвану совсем не легко — ему больно и трудно слушать твой голосок.

По взаимному молчаливому соглашению и фильм, и сам режиссер стали для Карли и Декса запретной темой.

— Скорее всего мистер Маклиш счастлив, что это всего лишь запись, а не я собственной персоной. Когда я просто читала тот текст, который он написал, ему было куда легче со мной общаться. А взбесился он, когда я стала высказывать свое мнение.

Дана открыла было рот, чтобы возразить, но Карли жестом попросила помолчать.

— Любовь — дрянь, — изрекла она. — Больше ни за что, никогда и ни в кого не влюблюсь. И больше никогда и ни с кем не буду заниматься сексом.

При этих словах Дана едва не поперхнулась.

— Просто игра не стоит свеч, — пояснила Карли, подавая подруге салфетку. — А если честно, то Эван убил меня для других мужчин.

— Тебе не кажется, что ты немного преувеличиваешь? Слегка впадаешь в крайность? — Дана искренне встревожилась.

— Заниматься сексом с Эваном все равно что пить драгоценное выдержанное вино. Чуть лучше, чуть хуже, но всегда великолепно. По сравнению с этим секс с любым другим мужчиной напоминает дешевое пойло в пластиковом стаканчике.