Мой волк - Лана Морриган

должна просить о помощи, – он на корточках передо мной. – Я сделаю все, чтобы ни ты, ни волчонок не пострадали. Стая не позволит этому случиться. Зверь не даст мне остаться в стороне, да я и сам не хочу.

– Но как?.. Мои сны сбываются, – я говорю обреченно. – Я видела смерть своего отца, – впервые признаю это. – Мне не хватило смелости предупредить его. Если бы я его предупредила, попросила не идти на работу… – разум цепляется, то за одну мысль, то сразу за другую.

– Но сейчас ты же рассказала, – успокаивает меня титан.

– Да, рассказала, – соглашаюсь я.

– Значит, всё будет хорошо, – делает вывод оборотень.

– А как же Совет? – спрашиваю я наудачу, совершенно не зная подробностей.

– А что Совет? – говорит Митир после непродолжительного молчания. При упоминании о Совете оборотень становится осторожным, он тщательно подбирает слова. – Главы примут решение в нашу пользу. В этом я уверен, – убеждает меня.

– М-м-м, – протягиваю я, вновь прижимаясь лицом к мужской груди. – А он скоро?

– Да.

– Ты не скажешь когда?

– Извини, Агата, но не скажу.

– Я и сама пойму, – ворчу я. – Тебя не будет рядом.

Титан хмыкает.

– Поймешь. Я могу вернуться в домик, или мы остаемся тут? – спрашивает, меняя тему разговора. – М?

– Я хочу вернуться, – шепчу я. – Мне стыдно, – признаюсь я. – А… А твои родные знают, что у нас будет…

– Волчонок? – уточняет титан в полный голос.

– Тише, – я толкаю его в бок. – Это жутко странно, не знать твоих родных, которые знают обо мне все.

– Родных! – вспоминает титан. Он усаживает меня на кровать. – Сейчас, – отпускает мои плечи и идет к шкафу. – Чуть не забыл.

– О чем?

– О том, что все должно быть по-людски, – произносит запомнившуюся мне фразу.

Так говорит деда: “Все должно быть по-людски”. Он и учил меня жить “по-людски”.

– Моя маленькая ведьма, – титан падает на одно колено и тянет ко мне свои огромные ладони, – дай руку. Я обещал твоему деду.

– Что ты обещал? – уточняю я теряясь.

– Что позабочусь о его внучке.

По моему пальцу скользит прохладный обод кольца. Серебристого с темно-зеленым камнем и витиеватым узором. Широкое. Оно почти закрывает мне фалангу безымянного пальца.

– Ты выйдешь за меня? – спрашивает смешливо оборотень. Подмигивает. – Что бы было по-людски.

Я рассматриваю украшение, что-то бормочу, теряюсь. Ну какая девочка не мечтала о красивом предложении от шикарного мужчины… И я мечтала, и мечта моя сбылась почти со стопроцентным совпадением. Уж мужчина у меня точно шикарен.

– У тебя такое лицо… – титан комментирует мое молчание. – Я не понимаю его выражения. Ты меня сейчас отправишь лесом или что?

– Или что, – отвечаю я, прокручивая колечко на пальце.

– Отлично, – выдыхает титан. – Планируй познакомить меня со своими родными. Чтоб у них не было страха и волнений.

– Мама уже что-то подозревает, – отвечаю я. – Ника только хихикает в трубку, – рассказываю и улыбаюсь. – Она тебя хорошо запомнила и сразу записала в ухажеры.

– Молодец малая. Глаз – алмаз. Может, у нее тоже дар? – уточняет Митир в шутку.

– Нет! Пусть она поживет спокойно.

– Я пошутил, – успокаивает меня оборотень. – А ты у меня оказывается падка на красивенькое, – замечает он. – Смотри, потоп отменяется, – я мельком смотрю за спину. Небо низкое, но стало светлее. – Буду тебя баловать чаще.

– А ты? Ты не будешь носить кольцо?

– Нет, я его потеряю при первом обороте.

Поднимаясь с колена, Митир продолжает рассказывать о трудностях жизни оборотней, накидывает что-то безразмерное мне на плечи и ведет к выходу из спальни. Помогает спустить по ступеням, словно я немощная старушка, а открыв дверь на улицу, подхватывает на руки, и мы возвращаемся в домик у сада.

Глава 30. Агата

– Агата, – Эля в очередной раз выдернула меня в реальность. – Ты на эту страницу уже смотришь минут двадцать.

Я машинально перевернула лист.

– Очень интересно, – ответила я, поглаживая рисунок серебристого кольца, всеми мыслями сейчас сосредоточившись на титане. День Совета. Митир не признался в этом, но не нужно было. Он начал нервничать еще вчера вечером – не ушел на прогулку, не упускал возможности коснуться меня или обнять. Утром я чувствовала его пристальный взгляд на себе, но не подала вида, что проснулась.

– Ну и о чем там было? – вампирша подперла кулачком голову и смотрела на меня. – Эй, – остановила, когда я захотела подсмотреть.

– Не помню, – призналась я.

Я вообще не запомнила ни строчки с того момента, как открыла очередную книгу. Да я и название самого талмуда не помню.

Элеонора фыркнула, глядя, как я удивленно смотрю на обложку.

– Семьдесят два духа Преисподней, – прочла я. – И до какого я дочитала? – уточнила я со смешком.

– До седьмого – сурового маркиза Аамона.

Я нахмурилась, и Элеонора заливисто расхохоталась.

– Не помню.

– Не сомневаюсь.

Эля забрала у меня книгу.

– Может прогуляемся? – спросила она.

– Не хочу.

– Ты себя хорошо чувствуешь?!

– Не волнуйся, все хорошо, – ответила я.

Рассказать о трудностях вынашивания волчонка человеком спешили все. Мила, Тиа, Митир и даже его мама не побоялась в очередной раз навестить меня. Но беременность проходила легко. Я не испытывала упадка сил, у меня не было жара и чувствовала я себя прекрасно. Мила считает, что мой организм поддерживают ведьмовские силы.

– Я обещала Миту не поднимать тему Совета, но ты уже извелась, – Эля пересела ко мне поближе. – Уверена, что все будет хорошо. Есть неоспоримые доказательства лжи волчицы. Свидетели. Десятки свидетелей. Это формальность.

– И что будет после?..

– Не знаю. Скорее всего Лесану изгонят из стаи, именно на этом настаивает Лео и Митир.

– Это же жестоко?.. – уточняю я. Мне еще не совсем понятны законы оборотней, но я точно помню, что без стаи волки становятся слабее.

– Жестоко? – фыркает вампирша. – Мой отец