Связующая Нить. Книга 3 - Анатолий Хохлов

Казуши, вложив все силы в рывок, швырнул агонизирующего волка в сторону врага и метнулся прочь, надеясь увернуться от удара огненного дзюцу.

— Не уйдешь! — яростно выкрикнул воин Инь, не заботясь о том, что характерное звучание голоса выдает в нем женщину. — Получай, сын безумного клана! «Сердце Аматерасу»!

Шарик с молниеносной скоростью ринулся с ее ладоней и, вмиг прошив расстояние до цели, вонзился в грудь Казуши. Шарик был невелик, но прошел сквозь тело человека как сквозь туманную дымку. На месте сердца молодого воина возникла широкая дыра с обугленными краями. Казалось бы, успех, но куноичи только яростно выругалась. Из-за стремительного движения цели она поспешила с ударом и ошиблась со временем детонации.

Клубок сверхсжатой энергии Ци высвободил всю свою мощь одним мгновением позже того, как пронзил цель насквозь. В ночи родилось новое солнце. Шар огня расцвел, обращая в пепел все вокруг себя. От Казуши не осталось бы даже пепла, если бы… если бы куноичи не промахнулась. «Сердце Аматерасу» бесполезно бушевало далеко за пределами поля боя, на пустыре перед руинами замковых стен.

Но все же враг получил тяжелую рану! Добить, испепелить, чтобы ничто на свете не вернуло его к жизни!

Хинодэ глубоко вдохнула, энергия Ци хлынула в ее легкие, наполняя собой воздух, и воспламенилась на выдохе, обращаясь потоком огня. «Дыхание лавовой саламандры» куноичи Корня могла исполнять даже не переплетая пронизанные нитями энергообмена пальцы в сигнальную структуру, именуемую печатью. Одним усилием воли…

Казуши, бессильный бороться с застилающей его глаза тьмой смерти, начал падать, как вдруг плоть его тела потекла, обращаясь в ту розовую субстанцию, которой щедро напичкала его Хитоми, возрождая после расчленения лентами Ци Садато.

— Восстань! — Хитоми сосредоточилась, импульсом биополей заставив вложенную в Казуши собственную Ци активироваться и сотворить дзюцу, которое было даже больше подобно клонированию, чем регенерации.

Белковая субстанция, которую Кицунэ по незнанию называла «Межмышцевый наполнитель», переформировалась и, используя генную информацию цели, начала обращение в копию потерянного сердца, в кровь, в мышцы, в частицы тяжело поврежденных легких.

Взгляд прояснился, и Казуши, вскинув голову, увидел летящий на него огненный шторм.

Увернуться не удастся. Мальчишка припал к земле, вонзил в землю когти рук и совершил отчаянный прыжок. Сквозь огонь, к врагу.

Пламя налетело на него, окутало со всех сторон, но жар этого огня не превышал температуры горящего газа и не мог убить мгновенно. Он слизнул волосы с головы Казуши, обуглил его кожу, но воины Акума умели блокировать боль. Безумные фанатики войны, они, не обращая внимания на тяжелейшие раны, шли вперед и рвали врага, побеждая чаще даже не силой, а безудержным бешенством.

Хинодэ испуганно отшатнулась, когда на нее из буйства пламени прыгнула жуткая угольно-черная фигура. При движении сожженная кожа Казуши лопалась, розовое мясо виднелось в разрывах, но он протянул левую руку вперед, и пальцы его вцепились в плечо куноичи.

Казуши ослеп, не видя ничего перед собой, он ударил костяным когтем. Хинодэ извернулась как могла, увела из-под удара сердце, но костяной коготь бешеного демона вонзился ей в левый плечевой сустав. Казуши рванул коготь в сторону, хрящи и сухожилия полопались, фонтанируя из разорванных вен, хлынула кровь. Хинодэ издала истошный вопль, когда ее рука полетела в сторону, но нашла в себе силы замахнуться ногой и свирепо пнуть противника, отшвырнув чудовище от себя.

Зажав рукой кровавую рану, куноичи Хино развернулась на месте и помчалась прочь с поля боя. Даже не рискнула броситься за потерянной конечностью, ведь мальчишка-демон снова вскочил на ноги. Кто знает, на что еще способна эта тварь, пригретая, воспитанная и модифицированная злобным гением? Не чувствует боли, не боится смерти. Накачан наркотиками?

Хинодэ бежала, оправдывая ранами и потенциальной силой противника свой собственный, самый обычный, страх перед гибелью.

Хииро, родной брат Хинодэ, отметил взглядом бегство сестры и то, что потомок Акума все же упал на землю. Ранен, убит? Не важно. Фланг в безопасности. Мастер огня сосредоточился на своей задаче. Он пытался выйти на линию прямого удара и сжечь в пепел Хитоми, но юркая бестия кружила, выставляя шиноби Фукуроу щитом и не позволяя врагу ни отступить, ни ударить себя.

— Проклятая тварь… — взвыл в ярости Хииро и сделал еще один шаг, как вдруг его нога по колено провалилась в землю, что обратилась подобием жидкого болота. — Проклятье!

Земля, поймав человека в ловушку, тотчас затвердела, обретая прочность бетона, а с небес на голову молодого шиноби рухнула целая лавина камней, на которой, словно бог воды на волне цунами, стоял Хебимару. Камни раздавили и растерли мастера огня в кашу, а Хебимару соскочил с рассыпающейся лавины и устремился было на помощь Хитоми, но остановился, видя, что опоздал. Хитоми поднырнула под удар воина Фукуроу и, заходя в плавном движении ему за спину, вонзила нож в неприкрытую броневыми пластинами тыльную сторону колена врага, а затем, даже прежде чем раненый успел закричать, встала в полный рост и ухватила его за волосы. Хитоми рывком заставила Хачиро склонить голову назад и полоснула лезвием ему под подбородком.

— Издохни, жалкое отродье! — Хитоми рывком руки швырнула давящегося кровью противника на землю и не отказала себе в удовольствии еще пару раз пнуть умирающего по ребрам. — Гнилогенный, безмозглый мусор! Мои глаза совершеннее ваших, листогрызы!

— Хорошая работа, Хитоми-сан, — Хебимару припал на одно колено от жуткой боли, что причиняли ему засевшие в теле жуки. Потеряв контроль со стороны воина Муши, они перестали двигаться к жизненно важным органам, но, скобля и поедая плоть вокруг себя, определенно создавали раненому дискомфорт.

Йома, теперь уже полностью очнувшиеся от жесткого приказа «не двигаться», получили новые указания. Трое спешно подбежали к Хебимару и Хитоми, четвертый бросился за Казуши.

Один из тех демонов, что подскочили к хозяину, отрастил длинные тонкие когти и вонзил их в кровоточащие раны Хебимару. Демон видел жуков. Словно хладнокровный хирург, оперирующий человека под наркозом, йома разрезал одежду и плоть, ухватил шипастых тварей когтями и вытащил их наружу. Хитоми, не дожидаясь приказов, прижала к развороченным ранам ладони, и израненная плоть, получив подпитку белковой субстанции, срослась, оставив только кривые, устрашающие шрамы. Их можно убрать позже, в более спокойной обстановке.

Операция заняла секунды две, но и в эти краткие мгновения воины Ветвей не сидели без дела.