Открытая дверь - Иэн Рэнкин

Второй телохран ухмыльнулся.

— Говорил же я тебе — нужно проверить квартиру, что бы ни говорил босс! — Он посмотрел на Майка. — Ну что, Маккензи, пойдешь с нами сам или придется тебя тащить?

Майк покачал головой. Лаура опустила руки и повернулась к пришельцам.

— Она здесь ни при чем, — хрипло проговорил он. — Отпустите ее, и я пойду с вами куда скажете.

— Звучит разумно… — Телохранители дружно шагнули в кухню. — А наш мистер Кэллоуэй — малый не промах, — ухмыляясь заметил Джонно. — Я думаю, босс мог бы вести одно из этих новых телешоу. «Как обновить обстановку без ремонта», типа того… Видал, что он устроил в прихожей?

Оба телохранителя расхохотались. Теперь они смотрели в основном на Лауру, а не на Майка, и он тронул ее за плечо.

— Иди, — сказал он.

— Что? Оставить тебя с этими зверями?!

— Иди! — с нажимом повторил Майк и слегка подтолкнул Лауру к выходу. Девушка сделала шаг, но остановилась, мрачно глядя на Гленна и Джонно.

— Имейте в виду, детектив-инспектор Рэнсом — мой старый знакомый, и если с головы Майка упадет хотя бы один волос!..

Майк поморщился:

— Зря ты это сказала…

— Он прав, мисс. Теперь вам тоже придется пойти с нами…

Майк бросился на обоих громил.

— Беги!.. — крикнул он, но было поздно. Гленн ловко сбил его с ног, а Джонно схватил Лауру за руку и, развернув спиной к себе, зажал рот ладонью. Майк попытался вскочить, но получил ногой в челюсть и распростерся на полу. Гленн прыгнул на него сверху и с такой силой припечатал коленом, что Майку показалось — его внутренности вот-вот лопнут. Перед глазами мелькнуло оскаленное лицо бандита, которое мгновение спустя заслонил стремительно движущийся кулак. Удар — и мир вокруг закружился, проваливаясь во тьму.

«Так вот на каких пароходах мы уплываем», — успел подумать Майк.

Неужели он больше никогда не увидит Лауру?

34

Рэнсом проснулся с чувством полной покорности своей нелегкой судьбе. На часах было пять, следовательно, он проспал часа четыре с половиной. Уже неплохо… Насколько он помнил, миссис Тэтчер тратила на отдых примерно столько же, если не меньше.

Осторожно, чтобы не потревожить спящую жену, Рэнсом поднялся и направился к двери спальни. Оставив в коридоре свет, он спустился по лестнице в гостиную, щелкнул выключателем настольной лампы и потянулся к валявшемуся на диване телевизионному пульту. Просмотр кратких новостей по телетексту займет минут десять, после чего можно переключиться на «Скай ньюз» или двадцатичетырехчасовой канал новостей Би-би-си, прикинул Рэнсом. А потом? Как убить оставшееся время?..

Подойдя к окну, детектив выглянул в щель между занавесками. Улица была безмолвна и пуста. Несколько лет назад, когда Рэнсому случалось проснуться слишком рано, он любил отправиться в город, зайти в булочную или в кафе, взять чашку чая и горячую, только что испеченную булку и слушать, как треплются «за жизнь» закончившие ночную смену таксисты. Увы, теперь это было в прошлом. Сандра постоянно жаловалась, что он будит ее и соседей, когда спозаранку заводит машину и разворачивается, и в конце концов Рэнсом отказался от своих утренних вылазок.

Мало кто из его коллег был знаком с Сандрой. Она не любила принимать гостей, не любила бывать на вечеринках у его друзей, не говоря уже о том, чтобы отправиться с мужем в паб, куда детективы нередко заглядывали в конце рабочей недели. У нее был свой круг общения. Сандра работала в администрации Государственной службы здравоохранения и встречалась с подругами на тематических вечерах в книжных магазинах и музеях, ездила с ними на просмотры иностранных фильмов, а потом подолгу сидела в чайных или в кафе, обсуждая увиденное. Порой Рэнсому казалось, что Сандра, закончившая после школы годичные курсы секретарей-стенографисток, горько жалеет, что не пошла учиться дальше — в колледж или даже в университет. В последнее время она все больше походила на человека, крайне разочарованного своей жизнью и своим жребием, и он старался лишний раз не раздражать ее ранними поездками в город. Быть может, думал Рэнсом, урчание мотора действительно ей мешает, хотя никто из соседей на шум не жаловался.

Закипающий чайник тоже мог разбудить Сандру, поэтому он ограничился стаканом молока и парой таблеток от расстройства желудка. Когда откуда-то со стороны прихожей донесся тонкий писк, он решил, что это какая-то ранняя птаха слетела на крыльцо снаружи, но писк повторился, и Рэнсом понял, что ошибся. Звук исходил от его куртки, которая висела на вешалке за входной дверью. Вешалку завела Сандра, и горе Рэнсому, если его куртка оказывалась на спинке стула или на столбике лестничных перил.

Сигналил мобильник, и не потому, что аккумулятор требовал зарядки. Когда Рэнсом достал аппарат из внутреннего кармана, на экране светился значок поступившего еще вчера вечером сообщения. Детектив нажал кнопку просмотра. Сообщение было от Донни — приятеля Рэнсома, работавшего в Шотландском уголовном архиве. «Позвони срочно», — писал Донни, и Рэнсом, вернувшись в гостиную, набрал нужный номер.

— Это я, Дон.

— Господи, Рэнс, ты хоть знаешь, который час?

— Я только что увидел твое сообщение. Ты сам писал — «срочно».

— Ну до утра-то можно было подождать…

Донни зевнул, потом закашлялся.

— Давай выкладывай, что там у тебя, — велел Рэнсом.

— Подожди, я сейчас…

Рэнсом слышал, как приятель выбирается из постели, потом хлопнула дверь, снова послышался кашель и сопение. Наконец Донни добрался до другой комнаты и зашелестел какими-то бумагами.

— Куда же я его дел?..

Рэнсом тем временем подошел к окну и, отодвинув занавеску, снова выглянул на улицу. Пустынную улицу неспешно перебегала огненно-рыжая лиса, причем вид у нее был такой, словно все вокруг принадлежит ей одной. Что ж, быть может, в этот ранний час так оно и было. Впрочем, обсаженная деревьями и разросшимися кустарниками улица, на которой жил Рэнсом, и в дневные часы была тихой и почти безлюдной. Здешние дома строили лет восемьдесят назад, поэтому цены на них были гораздо ниже, чем в соседнем квартале, застроенном георгианскими и викторианскими особняками. Когда Рэнсом и Сандра только переехали, этот район назывался Сотонхолл, но в последнее время риелторы предпочитали именовать его Корсторфином или даже Южным Мюррейфилдом, надеясь содрать с покупателей несколько лишних тысчонок. Одно время Рэнсом с Сандрой даже шутили, что, мол, и угораздило же их поселиться на южной окраине Южного Мюррейфилда.

А ведь еще немного южнее, подумал сейчас Рэнсом, и мы оказались бы совсем рядом с Сотонской тюрьмой…

— Скоро ты там, Дон? — спросил он в трубку.

— Сейчас… — Снова послышался шорох бумаги. — Ага, вот он… Ну и мерзавец!

— Кто?

— Татуированный викинг. Тот парень, которого ты просил меня разыскать…

— Да-да, конечно… Извини.

— Его настоящее имя Арне Бодрум, родился в Копенгагене, но жил в разных городах то в Дании, то в Швеции. Отбыл два года за тяжкие телесные повреждения, потом связался с «Ангелами Ада» и сейчас, по некоторым данным, занимается выколачиванием долгов и исполнением приговоров для отделения «Ангелов», которое базируется в норвежском Хагесунде. Считается, что это крыло группировки специализируется на поставках наркотиков в Германию, Францию и Великобританию.

— Это я знаю, Донни. Что-нибудь интересненькое есть?

— Есть кое-какие подробности плюс несколько фотографий. Все это будет у тебя на столе часа через три. — Донни протяжно зевнул. — Ну что, теперь я могу идти досыпать?

— Приятных сновидений. И — спасибо.

Рэнсом дал отбой и положил телефон на подоконник. Значит, Страх выступает посредником?.. Нет, Донни сказал, что он выбивает долги. Гленн упоминал, что Кэллоуэй задолжал «Ангелам Ада» за партию наркоты, значит, Чибу срочно нужны наличные, иначе ему худо придется. А у кого водятся денежки? У мистера Маккензи. Или в «Первом К», где трудится Аллан Крукшенк. Пожалуй, подумал Рэнсом, с этим уже можно идти к шефу — просить установить за Чибом круглосуточную слежку. Может быть, даже удастся получить один-два ордера на обыск. Главное, все это не имеет никакого отношения к Хендриксу, а значит, шеф не сможет ему отказать. Об ограблении склада можно вообще не упоминать, коли на то пошло… Ну а если снова встанет вопрос о средствах, он сделает все бесплатно, в свое личное время.

Все, что ему нужно, — это разрешение.

В задумчивости Рэнсом повернулся к окну спиной и сделал несколько шагов к центру комнаты. Именно поэтому он не сразу заметил, что его телефон снова завибрировал, сигнализируя о входящем звонке. Наверное, Донни забыл сказать что-то важное, решил Рэнсом. Но прежде чем он успел вернуться к окну, аппарат соскользнул с узкого подоконника и упал на пол. Задняя крышка отскочила, аккумулятор полетел в одну сторону, сим-карта — в другую. Бормоча ругательства, Рэнсом присел возле окна на корточки, собрал и снова включил телефон. Стекло экрана треснуло, но на жидко-кристаллическом дисплее высветилось сообщение — пропущенный вызов. Номер был Рэнсому незнаком, но он сразу подумал, что не знает мобильного Донни. Нажав кнопку вызова, детектив прижал телефон к уху.