Достойны ли мы отцов и дедов (СИ) - Сергеев Станислав Сергеевич

На Саньку я возложил задачу по организации временной скрытой базы в районе Перевального и оборудования ее для пребывания там группы наблюдателей и снайперов, в задачу которых входило более детальное изучение системы обороны, создание проходов в минных полях и изучение порядка перемещения боевиков. Вторым этапом было размещение наблюдателя и мобильной ударной группы для перехвата выходящих из бункера, минирование путей выдвижения. Естественно, ни о чем извещать Черненко я не собирался. После истории с устройством слежения я ему не сильно-то и доверял. Возможность слива информации тому же Ильясу не исключалась, поэтому всю подготовительную работу решили проводить с соблюдением необходимых мер конспирации.

В определенные для связи часы я активировал портал, выкидывал антенну и ждал подтверждения из Москвы о получении груза.

Но больше всего меня интересовала постройка большого портала и изучение точки выхода. На основании этой информации можно было уже проводить более качественный анализ зависимости точки и времени выхода портала от энергетических и географических параметров установки. Ночью следующего дня Артемьев должен был выехать на джипе в район Перевального для рекогносцировки, а мы пока продолжали заниматься укреплением лагеря и созданием нового большого портала, бойцы копали подземный ход, я возился с новой установкой.

После отъезда Саньки, загруженного взрывчаткой и гранатометами, которому для усиления выделил Маркова и Малого, я наконец-то получил подтверждение из Москвы о получении пакета. Судя по тону сообщения, Москва прониклась моментом. Как я понял, идея с генералом Романовым, оказалась весьма удачной, его показания о ситуации в 2012 году оказали мощное влияние на мнение советского руководства. Мне недвусмысленно дали понять о согласии на посещение Москвы и переговоры с руководством страны.

* * *

В Москве с нетерпением ожидали посылки от Странника. Судоплатов, пересевший на фронтовом аэродроме в специально ожидающий его американский «Дуглас», в сопровождении охраны из звена истребителей прибыл в Москву ближе к обеду. С генерал-майором Романовым, который оказался единственным посвященным в правила нейтрализации системы самоуничтожения, они направились в специальный технический отдел ГУГБ НКВД — их специалисты привлекались для работы по операции «Оракул». Там, в условиях особой осторожности, произвели деактивацию взрывного устройства, достали пакет с документацией и, переложив в специальный переносной сейф, в сопровождении вооруженной охраны отправили в приемную Народного комиссара НКВД Берии, который сам вначале хотел ознакомиться с материалами Странника. Генерал-майор Романов, как и немецкий агент, были препровождены во внутреннюю тюрьму, но пока немка не пришла в себя, ее никто не трогал, а вот генерал уже активно давал показания об обстоятельствах своего пленения и пребывания на базе Странника.

После получасового разговора с Судоплатовым, который лично летал для встречи со Странником, Берия уже не сомневался в версии пришельцев из будущего.

Интересно будет узнать, что расскажет генерал Романов. Просьба Странника по поводу генерала и описание его судьбы из будущего заставили наркома не спешить с передачей генерала трибуналу.

Полученная документация произвела впечатление на наркома. Данные по антибиотикам и практике их применения он бегло просмотрел и отложил для более детального изучения специалистами. А вот информация по ядерному оружию вызвала живой интерес. Как человек, курирующий многочисленные проекты по разработке оружия и техники, Берия постоянно интересовался техническими новинками, а вопросы по ядерному оружию возникали не раз. Да и по сообщениям разведки, у так называемых союзников проводились активные работы по этой тематике. Несколько раз эта тема поднимались на совещаниях, но конечного результата никто из ученых не мог гарантировать, а требуемые затраты на проведение фундаментальных исследований были громадны. Страна, в которой проводилось массовое перевооружение, не могла пока себе такого позволить.

Углубившись в чтение, Берия понял, ради чего потомки пошли на контакт. Красочная картина ядерной зимы и конца цивилизации произвела на него тягостное впечатление. Если это все правда, то тогда многое становится на свои места. И фигура Странника, как сотрудника ОСНАЗа военной разведки, который получил доступ к секретной разработке путешествия во времени, становится более понятной. Его мотивы наконец-то прояснились. Попытка повлиять на историю, сообщив руководству страны сведения государственной важности, желание спасти людей, оставшихся в живых после ядерной войны, и возможность обмена результатов технического прогресса за последние семьдесят лет на боеприпасы, горючее и продукты. Ведь Странник, он же Курьер, однозначно указал, что в их мире идет вялотекущая гражданская война, и без определенной поддержки ему будет трудно снабжать СССР 41-го года боевой техникой, специалистами и средствами производства. Для обсуждения условий сотрудничества Странник уже открыто напрашивается в гости.

Прежде чем идти к Хозяину, Берия решил подкрепить свой доклад экспертными оценками специалистов. В истории создания ядерного оружия СССР фигурировали несколько известных ему человек, которые уже проходили в оперативных сводках и отчетах по этому направлению. Информация из будущего однозначно подтверждала, что эти люди правы в своих убеждениях, и, будучи наделенными доверием партии и правительства, сумели создать мощное оружие. Осталось только для окончательного подтверждения пообщаться с будущими создателями атомной бомбы.

Хотя еще был вопрос путешествия во времени, по которому уже работает специальная группа ученых, но все их выводы имеют вид предположений и гипотез, и получение практического результата без помощи потомков на этом направлении пока не предвидится.

Информация о проведении работ в этом направлении и перспективах создания ядерных боеприпасов у американцев и немцев заставила наркома удивленно ухмыльнуться. То, что Странник однозначно указывал на ключевые фигуры в американской программе, которая была ближе всего к созданию ядерного оружия, говорило о недвусмысленном намеке на уничтожение ведущих ученых США, задействованных в этом проекте. Что ж, мысль весьма интересная.

Придя к определенным выводам, Лаврентий Павлович решил действовать. Подняв трубку аппарата внутренней связи, он вызвал своего секретаря.

— Вызови мне на связь начальника управления НКВД по Ленинградской области.

Ожидая звонка, он делал пометки в блокноте, чтобы не забыть перечень задач на ближайшее время. В первую очередь его интересовали результаты допроса генерала Романова. Возможность его вербовки Странником не исключалась, поэтому Берия не спешил принимать решение. Но уже сейчас, по предварительным данным, Романов был ознакомлен со сведениями государственной важности и некоторыми перспективами развития бронетанковой и авиационной техники. Зачем Странник это сделал, пока было непонятно. Согласно одной из версий, после обороны Могилева, где они неоднократно контактировали, Странник элементарно пожалел генерала, как талантливого военачальника и хорошего командира, что подтверждает небольшая аналитическая записка о несостоявшейся судьбе генерала и полный разбор Могилевской оборонительной операции без вмешательства Странника. Что ж, пока не будем делать опрометчивых шагов. Придержим генерала в качестве резервного варианта воздействия на Странника.

От мыслей Берию отвлек звонок по внутренней связи. Показательно бодрый голос секретаря доложил:

— Товарищ народный комиссар, на связи начальник Ленинградского управления, комиссар 3-го ранга Кубаткин.

— Соединяй.

Выждав несколько щелчков в трубке и услышав бодренький голос своего ставленника, Лаврентий Павлович невольно поморщился. Он прекрасно понимал, что его подчиненные за такой показной бодростью скрывают свой страх вызвать неудовольствие грозного наркома.

— Товарищ Народный комиссар внутренних дел, комиссар 3-го ранга Кубаткин.