Ночной молочник - Андрей Курков

Решил пойти в ванную за халатом. Ноги слушались, но были какими-то ватными. Что-то мешало ему держать равновесие, и хоть он добрался до дверей в гостиную, потом до коридора и до ванной, но ему все время хотелось схватиться за что-нибудь руками, его равновесие нуждалось во внешней поддержке.

Махровый халат показался ему тяжеловатым, но одновременно он словно придавил Семена к полу, заставил почувствовать себя устойчивее.

На кухне Семен опустился на табуретку спиной к плите. И увидел на подоконнике свой бумажник. Удивился. Он обычно не вынимал его из куртки. Да! И где этот чертов мобильник? Ведь уже второй раз звонил! Наверняка это Геннадий Ильич!

Семен дотянулся до бумажника, взял его в руки, раскрыл. Из бумажника выпали какие-то квитанции и несколько визиток. Семен начал запихивать бумажки обратно в кармашки бумажника и вдруг понял, что в бумажнике чего-то не хватает. Проверил все отделения и выпустил бумажник из рук. Он упал на столешницу.

«А где же справка и фотография Алисы?!» – подумал.

Проверил бумажник еще раз. Ему стало не по себе. Неужели Вероника лазит у него по карманам?! Он в это никогда бы не поверил! Но ведь нет ни справки, ни фотографии. И бумажник лежал здесь, а не в куртке…

Семен вернулся в коридор. На вешалке его куртки не было. И вдруг он вспомнил, что краем глаза заметил какую-то одежду на дне ванной. Вернулся туда. Увидел куртку, переброшенную через бортик ванны, а на дне – брюки, рубашку, пиджак, галстук и даже носки.

Взялся за куртку – мокрая. В нос ударил странный неприятный запах болотной сырости.

Проверил карманы куртки. Вытащил мобильник, мелочь, ключи от квартиры. Сразу захотел посмотреть: кто звонил по мобильному, но телефон не работал. Он попытался его включить. Телефон не реагировал на привычное нажатие кнопки «старт». Пока он без устали давил на кнопку, из мобильника в ладонь накапало воды.

Озадаченный Семен бросил взгляд на дно ванны, на брюки. И тут снова зазвонил мобильник, но зазвонил не здесь, а где-то на кухне.

Семен нашел свой телефон за заварочным чайником на разделочном столике у раковины.

– Где ты пропадаешь? – раздраженный голос Геннадия Ильича показался излишне громким, и Семен отодвинул трубку от уха. – Ты уже должен был молоко с Грушевского забрать!

– Я приболел, – забормотал Семен. – Но я сейчас подъеду, только напарнику позвоню!

– Я бы на твоем месте поспешил! – недовольно буркнул на прощание депутат и дал отбой.

Семен с недоумением смотрел на два телефона. Один мокрый и мертвый, второй – работающий и сухой. Оба телефона принадлежали ему, только «мертвым» он в последнее время не пользовался. После того как купил себе новый.

Постепенно память возвращалась к нему, и он уже вспоминал, как вставлял прошлым вечером сим-карту в старый телефон и даже беспокоился, что его батарея наполовину разряжена. А зарядное устройство от старого найти не мог. Впрочем, особенно и не искал.

Позвонил Володьке. Тот долго не брал трубку.

Семен, слушая бесконечные длинные гудки, пытался припомнить что-нибудь еще из вчерашнего дня и вечера. Но вместо новых воспоминаний почувствовал приближение головной боли.

И в этот момент из мобильника вместо очередного длинного гудка прозвучало хриплое «Алло!»

– Володька! Ты? – спросил, очнувшись от размышлений и сомнений, Семен.

– А! Подводника откачали! – язвительно проскрипел простуженным голосом телефонный собеседник. – Как самочувствие? Сколько водки пришлось выпить?

– Слушай, не шути! Мне ужасно хреново, и я ничего не понимаю! Ника лазила в мой бумажник, забрала фотографию Алисы и справку. Моя одежда мокрая, второй телефон сдох! Ты мне можешь…

– Могу, могу! – перебил Семена приятель. – Сиди дома и жди. Скоро буду.

– Там по поводу молока шеф звонил… Надо отвезти…

– Подожди дома, поговорим, а молоко до вечера не скиснет!

Семен опустил мобильник на кухонный стол рядом с телефоном-утопленником. Оглянулся назад, потрогал рукой чайник, стоящий на плите. Чайник был холодный.

Семен набрал в него воды и зажег конфорку.

Володька приехал минут через сорок.

– Пробки везде, – сказал он, заходя в коридор и всматриваясь в лицо хозяина. – Я думал, ты будешь похуже выглядеть! – признался он.

Разговор продолжили на кухне. Как раз и чайник вскипел.

Володька, то и дело покашливая, описал Семену прошедшую ночь.

После этого наступила длительная пауза. Володька пил чай, а Семен тупо смотрел перед собой, переваривая услышанное. Потом наконец поднял на приятеля глаза.

– Так это что, значит, меня хотели убить?! – спросил он.

– Выходит, что так! Ты отыграл какую-то роль, и в тебе отпала необходимость. А может, по какой-нибудь другой причине… Короче, после этого ты получил сим-карту в конверте. Вставил ее в телефон, и кто-то позвонил тебе и сказал, что делать дальше…

Семену стало холодно, словно его тело вспомнило ночное купание в Днепре и содрогнулось от холодного ужаса.

– Я должен все это обдумать, – проговорил Семен. – Надо найти их!

– Найти кого? – спросил Володька.

– Ну, того, кто мне звонил. Ту женщину, с которой я ночью встречался… – Семен вопросительно посмотрел в глаза Володьке.

– Чего ты на меня уставился?! Я за тобой только несколько раз ходил! А с кем ты до этого встречался – мне не известно! И тех, кто звонил, ты не найдешь! Зато они тебя очередной ночью смогут достать! И знаешь, что! Я не думаю, что они – лунатики!

– А Алиса?!

– Твоя Алиса – точно лунатик. Нормальная лунатичка. Она вообще может оказаться здесь ни при чем! Ты же не знаешь, сколько раз и с кем ты ночью знакомился и встречался…

Семен тяжело вздохнул.

– Ты можешь сам молоко отвезти? – спросил он, глядя на простуженного товарища с сочувствием. – Мне надо в одно место сходить.

– А ты не хочешь мне сначала спасибо сказать? – простуженно прохрипел Володька. – Я из-за тебя чуть не утонул!

– Спасибо, – Семен закивал головой. – Никогда не забуду! меня еще ни разу в жизни не спасали! Если не считать врачей, ремонтировавших меня после аварии семь лет назад. – На его губах заиграла грустная улыбка. – Но ведь ты не только меня спасал! Ты же спасал и свое рабочее место!..

– Ладно, – Володька махнул рукой. – Я поехал. А ты сделай все, чтобы ночью никуда не уйти! Понял? Когда вернусь, позвоню!

Оставшись один, Семен оделся. Нашел на дне шкафа старые, но зато сухие ботинки, плащ с подкладкой, немного легковатый для этой погоды, но ничего теплее у него здесь не было. Выходя из квартиры, столкнулся с соседом из квартиры напротив. Сухо поздоровался.

– А кто это к вам ночью приезжал? – спросил сосед Игорь. – Такой грохот на площадке был! Уронили что-нибудь?

– Нет, – обернулся на ходу Семен. – Пьяная компания ошиблась адресом…

И побежал по ступенькам вниз, подальше от назойливого любопытства соседа-риэлтера.

86

Город Борисполь. Улица 9 Мая. Вечер

Около шести, уже в прохладных серых сумерках вернулся Дима из Киева в Борисполь. Вышел из маршрутки у автовокзала.

– От тебя луком пахнет! – удивилась Валя, выглядывая из окошечка кассы зала игровых автоматов.

– Мурика поминал, – объяснил ей Дима происхождение запаха.

– Подожди минутку. Соня уже тут, но вышла за сигаретами.

Передав смену напарнице, Валя как-то особенно нежно взяла мужа под руку и пошли они пешком по родному городу в сторону дома.

– Знаешь, я сегодня к гадалке ходила. Народу мало было, так я табличку «санитарный час» на двери повесила и сбегала. – Валя на ходу заглядывала в глаза мужа, словно проверяя: не рассердится ли он от этой новости? В прошлый-то раз бурчал!

Дима кивнул. Выражение его лица не изменилось. И тогда Валя продолжила:

– Я ей рассказала все. И про то, что меня какая-то сила останавливает, не дает в дом войти. Она мне объяснила. Объяснила, что сделать надо…

– Сколько ты ей заплатила? – поинтересовался Дима.

– Пятьдесят гривен.

– И что, про труп тоже рассказала? – голос Димы нервно задрожал.

– Ну да, ей надо все рассказывать, иначе совет не поможет. Я только сказала, что труп был не наш. Что, когда мы домой пришли, он уже там лежал…

– А о том, куда мы его отвезли?

– Нет! Что я, дура?

Минут пять они шли молча. Дима мысленно пережевывал услышанные от жены новости. На углу перед дорожным переходом остановился. Посмотрел на жену внимательно.

– И что она сказала? – спросил.

– По углам комнаты надо мочой младенца побрызгать, а потом позвать священника и дом освятить.

– И все? – удивился Дима.

– Да.

– И после этого ты сможешь в дом зайти? – В голосе Димы вдруг зазвенели радостные нотки надежды.

– Да.

Дима обнял жену. Перед его глазами загорелся зеленый сигнал пешеходного перехода. А ему хотелось просто стоять на месте.