Стратегия: Русский Союз - Вадим Денисов

Где тут Фактор?

Из двери выскочил Пармеш-Пельмеш, так этого парня представил Федя, притащив нас сюда. Пельмеш — штатный охранник отеля, весёлый исполнительный мальчишка чуть старше десяти. Говорим мы с ним, как и со всеми шанхайскими жителями, на смеси русского и английского, английского в этой смеси, само собой, пока больше. И вполне получается, за время сталкерских скитаний языки мы кое-как подтянули, а с "неносителями" всегда общаться проще.

В руках у парня подрагивал поднос, на нём две чашечки с чем-то жидким. Над этим жидким — подозрительного запаха парок, струйками. Рядом лежит серого цвета лепёшка. Посмотрел… и меня тут же одолел рвотный позыв. На Земле-1 Лаос занимает предпоследнее место в Азии после Афганистана по бедности населения. Вот и национальная кухня лао по жизни никакая: клейкий рис, бананасы, сомнительного вида и вкуса смазки-соусы и мелкие жареные рыбки. Всё. И по трезвому-то не захочешь. А уж тут…

— Пельмеш, родной, да ты чё, убери это! — попытался вскричать Гоблин, как бы резко отворачиваясь.

Парнишка всё понял, бодро скрылся. Какая еда, ничего не полезет!

В моей сумеречной голове неожиданно всплыла история из "Махабхараты" — у тестя на Кордоне этот томик почему-то стоит на полке рядом иконками, на видном месте. Наверное, потому, что обложка яркая.

Там такая тема, что всякие неугомонные демоны и полубоги не по рангу начали прочёсывать некий Молочный океан, чтобы добыть из него нектар бессмертия. Доэкспериментировались до того, что из глубин океана поднялся смертельный, какой-то реально крутой яд, не помню названия, они в книжке больно лихие. Короче, нашли на свою задницу… Яд начал разливаться по всем трём планетным системам, полный апокалипсис, доигрались. Всем стало грустно. Тогда делегация искатели приключений — некие девы — во главе с Вишну, обратилась за помощью к самому Шиве. В общем, пришли они к нему, поплакались, посопливили, и уговорили на подвиг. Шива в ситуацию вник, милостиво решил спасти от их этой отравы. Применил магию и уменьшил количество яда, а потом собрал его в ладонь, да и выпил залпом. Но не всё так шоколадно вышло. Ибо яд оставил на шее Шивы синюю полосу. С тех пор он стал известен под именем Нилакантха — "синешеий".

Как-то так.

Вот мы с Мишганом и есть такие "синешеие". Такое впечатление, что выдули весь спиртной яд в анклаве, спасая молодое и старое поколение шанхайцев от беды…

По тенту что-то зашелестело, слабо застучало — неужели дождик?

Из соседнего дома выскочила симпатичная молодая женщина в невообразимом платье-покрывале, традиционно нам улыбнулась, подняла руку, обрадовалась, закричала вглубь двора — дождь "детектед". Живая какая, а! Только позавидовать можно.

Уличная пыль начала покрываться крошечными кратерами.

Начав квасить уже непосредственно в Шанхае, мы стартовали небольшими порциями местной "рокси" — непальской рисовой водки, имеющей почему-то русское название "Ruslan". А потом гуркхи-диверсанты подтянули добавку с названием "тунгбу", это натурально горячее пиво, настоянное на неких "злаках". Прикиньте и сложите в кучу: усталые бойцы, в которых ещё перегорает адреналин, спирт, наспех и кое-как разведённый прямо на броне, да под хилую закуску в виде галет из сухпаёв, потом непальская водочка — а нормальной закуской ещё не успели животы как следует набить — и горячее пиво на заливку! Ух! Сила.

Вот и мы сложили… Хорошо, что "сотни" не сложили.

Гулять начали на природе, гуркхи сами предложили устроить нечто что-то вроде пикничка. Субедар меры принял, быстро распорядился, и мы всей оравой повалили за город. Там, за футбольным полем и неплохим местным стрельбищем имеется чудесная полянка с вишнёвыми деревьями. Постелили циновки, накидали подушек — и понеслась. По свистку пришли женщины, принесли съестного. Щас вспомню… Что там стояло? Их традиционное непальское блюдо "даал бхаат": даал — специфичный фасолевый соус, а бхаат — обычный вареный рис. Ещё был огненный соевый соус, я чуть язык не спалил, мы шпинат туда макали. Блюдо посущественней тоже принесли — крошево из курицы. Вообще-то, такое готовят из баранины, козлятины, а для воина лучше всего из мяса буйвола. Но наготове была только курица, а баранину мы ждать не захотели.

Буйволов же у них нет.

— Твою душу! — вспомнил я, слабо хлопнув себя по лбу.

— Чего ты? — с трудом повернул голову Мишка.

— Обещал им нашего бизоньего мяса подогнать, варёно-копчёного… — промычал я.

— А… Помню-помню, как пацаны возбудились. Попал ты, братан.

Что делать, придётся выполнять, как-то доставлять.

Так. Ещё, помню какие-то "чапати" — это простые лепешки, их рубали с омлетом и овощами.

В общем, начали знакомиться, пить за Дружбу и Победу.

Потом поиграли с гуркхами в футбол, пока ноги бегали, и пока Вальтера не подковали, целых пятнадцать минут. Следующим пунктом культурной программы стала стрельба бойцов по мишеням. А что, все с оружием, патроны остались… С этого места у меня уже начинаются частичные провалы памяти. Хорошо помню, как Гоблин показывал союзникам "стрельбу по-македонски": с двумя пистолетами диковато вытанцовывал нечто, напоминающее эволюции престарелого рэпера Тимати, был такой на Земле-1. Причём, оперировал Сомов не столько стволами, сколько фразами из книги "В августе 44-го".

Потом немцы решили научить всех национальным танцам на стульях. Стулья резко принесли, все инструктаж выслушали, вмазали, и в путь — заскакали гуськом по травке, как конченые дебилы. И всё это безобразие под "Милый Августин" продолжалось до тех пор, пока не поломали всю мебель. Мы учились и местным танцам, песни пели — это было весело. Всё попробовали, только что викторину не провели.

Когда полянка надоела, решили сменить среду — а бань-то у них и нет!

Неподалеку от оранжерей шёлковой фабрики спрятана какая-то мутная купель, метров в пятьдесяти от берега Брахмапутры, возле строящейся дачи Субедара, — рванули туда. Тут же подтянулись девочки, это Гоблин возжелал! И я из-за этого паразита клятву нарушил, прикиньте… Молчок!

Скажу так: с девочками в Шанхае всё в порядке, развратный бизнес имеется, дело поставлено.

Следующим этапом стал показ боевых искусств — гуркхи танцевали со своими тесаками, а Мишка начал кидать гвоздики. Он единственный, кто способен такое сделать, больше никого не знаю, и даже не слышал на уровне достоверного. Знаете же, в книгах и фильмах герои горазды пометать холодное по мишеням. И попадают всегда, и пробивают всё, чаще всего вражьи черепа. В реальной жизни всё проще и грустней — кидать мало, кто умеет, ещё хуже дело обстоит с пробиванием головушек. Мужик с оружием — всегда отчасти ребёнок, группа сталкеров не исключение. Поверьте, пробовали мы и так, и этак черепа пробивать, очень даже непросто, даром, что ли природа работала, думала, как мозговину закрыть. Человека вообще убить непросто. Вывести из строя — да. А вот хлопнуть наглухо… Живучая тварь.