Суженый. Невеста князя - Арина Теплова

видя, как Асатиани вновь стремительно переместил руку и быстро дернул ткань на ее плече. Она в ужасе увидела, как ее грудь полностью обнажилась до самого пояса, ибо его дерзкая рука порвала не только ткань платья, но и нижнюю тонкую сорочку двумя мощными движениями. Она дико забилась в руках мужчины пытаясь высвободиться из железного капкана и хотя бы прикрыть грудь, прекрасно осознавая, что этот дерзкий человек видит ее обнаженные прелести.

– Вы что, совсем спятили?! – прошипела Софья в истерике, вновь пиная его ногами и пытаясь вырваться.

Но он лишь склонился к ее шее и тихо глухо произнес:

– Так гораздо лучше, моя красавица…

Его горячие губы быстро впились в ее тонкую шею, а ладонь властно сжала обнаженную грудь. Софья, окончательно взбеленившись от его гнусных прикосновений, прямо зарычала, желая только одного – немедленно вырваться из его насилующих объятий.

– Отпустите меня! – вскрикнула она, едва не плача, видя, как его неумолимая рука нагло шарит по ее обнаженной упругой груди.

Но Амир не собирался отпускать свою желанную добычу. Тонкий изящный стан девушки в его руках и чудесные полные нежные и упругие полушария под его ладонью невероятно возбуждали все его существо. Он словно забыл обо всем на свете, ощущая просто животную потребность сейчас и немедленно подчинить эту прелестницу своему желанию и сделать ее наконец своей. Ее сопротивление и недовольство совсем не волновали его. Ибо он отчетливо знал, что ей все равно не совладать с ним, и рано или поздно он непременно добьется от нее интимной близости.

– Пустите же! Я закричу! – прохрипела Софья уже их последних сил, понимая, что ее борьба ни к чему не привела и Асатиани все равно делал с ней то, что ему хотелось.

Всего лишь одной рукой он жестко прижимал ее спиной к себе, а она неистово брыкалась, не в силах даже отстраниться. На ее глазах появились слезы страдания. Его дерзкий рот уже опустился на ее плечо, покрывая его страстными поцелуями, опалая горячим дыханием нежную кожу, а неумолимая рука бесцеремонно ласкала ее соски и белые полушария грудей.

– Кричи… – лишь выдохнул он. Оторвавшись от ее плеча, Амир на ухо ехидно добавил: – Пусть все увидят, какая у Серго развратная невеста, ибо расхаживает в вульгарных платьях по дому и показывает свои прелести другим мужчинам.

Глава VIII. Тито

Софья поджала губы, понимая, что этот невозможный человек все верно рассчитал. Ибо, если ее застанут теперь в его объятьях, да еще полуобнаженную, как минимум придется объясняться. А возможно, никто даже не поверит ей, и подумают, что она сама позволила Амиру все это безобразие.

В следующий миг мужчина развернул девушку к себе лицом, словно куклу, и впился поцелуем в ее губы, ладонью сжал затылок, притискивая ее голову к своему лицу. Софья начала сопротивляться с новой силой. Тут же легко приподняв ее, Амир сделал несколько шагов к кровати и стремительно опрокинул ее на покрывало. Упав на нее сверху, он начал неистово осыпать девушку ласками, несмотря на то что она пыталась брыкаться, недовольно рычать и стонать под ним, пытаясь освободиться. Все ее недовольство лишь распаляло его сильнее. Уже вскоре, обвив ее стан рукой, он приподнял Софью над кроватью, подставляя ее выпуклые нежные полушария к своему лицу. Его губы стремительно впились в ее нежные полные груди и начали дерзко ласкать их.

Софья думала, что сейчас просто сойдет с ума от того непотребного действа, что Асатиани творил с ней. Она брыкалась, царапала его лицо коготками и пыталась оттолкнуть его голову от своей груди, но казалось, ничто не пронимало Амира. Он вдруг начал шептать ласковые слова, перемешивая их со страстными поцелуями, которыми осыпал уже не только ее грудь, но и плечи, и шею, то и дело перемещаясь к ее губам и обратно.

– Царевна, – шептал страстно он, – моя…

Через какое-то время не в силах более сопротивляться Софья в истерике прохрипела из последних сил:

– Я не хочу! Не хочу, чтобы вы целовали меня, вы гадкий развратник!

Амир замер. И уже через миг выпрямился на вытянутых руках над ней. Софья тут же устремила на него негодующий убийственный взор и увидела, как его лицо просто посерело от ее слов. Мужчина тут же скатился с девушки и сел на кровати, спустив ноги на пол. Оказавшись вдруг свободной, Софья стремительно слетела с кровати. Прижимая к груди обрывки испорченного сверху платья, девушка всем порывом устремилась к двери. Но не успела сделать и пары шагов. Амир, стремительно выкинув руку, схватил верх ее юбки и резко дернул Софью к себе. Так и сидя на кровати, он, притиснув ее бедра к себе, с угрозой хрипло заявил:

– Тебе все равно не уйти от меня, Софико. Я сказал, что ты будешь моей, так и будет. Ибо в наших краях слово мужчины закон!

Она резко дернулась и, высвободив свое платье из его ладони, отбежала от Амира на безопасное расстояние. Уже у двери Софья обернулась к мужчине и, сверкая негодующими глазами, возмущенно прошипела:

– Как я устала от вас, Георгий Петрович! Вы будто не слышите меня! Я русская, и не смейте эти ваши местные дикие законы применять ко мне! Я невеста Серго, и вы не имеете на меня никаких прав! Я вам ясно сказала? – выпалила она, распаляясь. И медленно и четко, почти по слогам она произнесла: – И повторяю вам еще раз. Вы мне не нравитесь! Слышите меня? Не нравитесь! И только попробуйте еще раз выкинуть что-нибудь дерзкое. Тогда я точно не побоюсь и все расскажу о ваших домогательствах Левану Тамазовичу во всех подробностях!

Она сверкнула на него глазами и, распахнув дверь, бегом устремилась прочь из гостевой спальни, подняв повыше юбки. Уже через несколько мгновений Софья влетела в свою комнату и захлопнула дверь. Прислонившись спиной к двери, она устало осела на пол. Гиули не было, и Софья облегченно выдохнула, понимая, что горничная весьма бы удивилась, увидев ее в таком непотребном виде: в разорванном платье, с испорченной прической и красными распухшими губами.

Все чувства и мысли Софьи были в смятении. Она не понимала, почему так происходило? Отчего в