Разрушитель судеб - Виктория Авеярд

class="p1">Тихий шепот Таристана заставил ее замереть. Она не помнила, чтобы он когда-нибудь говорил с ней таким мягким голосом. Не двигаясь с места, Таристан смотрел на нее с тем же каменным выражением лица, но в его броне появилась брешь, сквозь которую Эрида рассмотрела вспышку глубинных чувств.

Глаза Таристана оставались черными, не тронутыми красным сиянием Того, Кто Ждет. И наполненными болью.

– Таристан, – произнесла она тихим, ровным шепотом. Единственный ответ, который пришел ей в голову.

Он прерывисто вдохнул сквозь сжатые зубы. Эрида видела, как его прикрытая тканью рубашки грудь стремительно поднимается и столь же быстро опускается. Белые вены выделялись на бледной коже – еще более заметные на фоне пореза, бежавшего вдоль ключицы. Эрида всматривалась в его раны так же, как он всматривался в следы, оставшиеся на ее теле. Осознание медленно озарило Эриду, и у нее перехватило дыхание.

Она вспомнила охвативший ее страх, когда несколькими часами ранее Таристан рассказал о своих ранах. Об утраченном Веретене, о даре, который Тот, Кто Ждет забрал назад. Ее супруг был уязвим, и это поселило в ее душе панику.

Тот же ужас сейчас был написан и на его лице. «Он боится за меня». Таристан осмотрел ее раненую кисть и предплечье, к гладкой коже которого прилипли хлопья пепла. У Эриды защемило сердце. Как силен должен быть страх в душе ее мужа, если она смогла заметить его?

Таристан всегда видел в ней королеву, окруженную стражей и сидящую на троне вдали от опасностей. Доспехи были нужны ей только для того, чтобы производить впечатление на окружающих. Ее оружие блистало позолотой, а не начищенной сталью. Она возглавляла армию, но никогда не выходила на поле боя. Жила в военном лагере, но никогда не оставалась без охраны. Ее жизни ничто не угрожало. Она вела свои битвы, сидя на троне, а не в пылу сражения.

«До сегодняшнего дня».

Эрида медленно потянулась к нему и обхватила его запястье пальцами здоровой руки. Почувствовала, как колотится его пульс.

– Таристан, – чуть слышно выдохнула она.

Он смотрел на нее, поджав губы. Страх вперемешку с яростью отражались у него на лице.

– Это мой путь, – сказал он. – И его опасности должны угрожать мне одному.

Эрида приподняла подбородок.

– А что насчет победы? Она тоже будет принадлежать только тебе?

Он ответил не задумываясь:

– Нет.

Сделав над собой усилие, Эрида приподняла раненую руку, чтобы Таристан смог лучше ее разглядеть. Кисть обожгло болью, но Эрида не поморщилась. Ее решимость была сильнее страданий, которые она испытывала.

– Если такова цена империи, я готова ее заплатить, – твердо произнесла она. – И я не допущу, чтобы моя кровь была пролита напрасно. Ты меня понял?

Не колеблясь ни мгновения, Таристан опустился на одно колено. Эрида по-прежнему сжимала его запястье. Он медленно прильнул горячим лбом к костяшкам ее пальцев и замер на несколько бесконечно долгих секунд.

– Да, моя королева, – прошептал он.

К ее удивлению, он не спешил подниматься. Бросив взгляд через его плечо, Эрида заметила округлившиеся глаза ее подданных. Королева и ее принц-консорт редко проявляли чувства на публике.

Эрида склонила голову, прижимаясь щекой к его щеке.

– В чем дело?

– Даже если ты король пепла, все-таки ты король, – прошептал Таристан.

Эрида сжала его запястье еще сильнее, ощущая под пальцами кости.

– Не думай о том, что наговорил тебе этот глупый Древний.

– Он лишь повторил мои слова, – прорычал Таристан. К его щекам прилила кровь, а кожа заполыхала ярче.

Несмотря на исходивший от его тела жар, кровь в жилах Эриды похолодела. Она не привыкла видеть на лице Таристана из Древнего Кора страх и уж тем более стыд.

– Я сказал их прямо перед сражением при храме у подножия холма. Тогда я был лишь обычным наемником, который украл чужой меч и путешествовал в компании мага. – Шепот стекал с его губ так же легко, как кровь из раны на руке Эриды. – Я не хочу править пеплом, Эрида. Не хочу исполнять свое предназначение ценой твоей жизни. Я не хочу, чтобы ты сгорала.

Где-то на краю ее сознания вспыхнула злость, которая ей не принадлежала. Но Эрида могла ее понять: эта эмоция отражала ее собственную досаду. «Мы зашли слишком далеко, чтобы отступить, испугавшись собственного триумфа».

Эрида выпустила запястье Таристана и обхватила пальцами его подбородок, приподняв голову так, чтобы он посмотрел ей в глаза.

– Значит, этого не случится, – ответила она стальным, непреклонным голосом.

Эрида Галландская отказывалась сгорать.

* * *

При галлийском дворе находилось множество знатных особ. Большинству из них удалось спастись от пожара. Эрида отправила советников успокоить почтенных лордов, разбежавшихся по городу, в то время как лорд Торнуолл и его люди вернулись ко дворцу, чтобы при свете восходящего солнца оценить масштабы разрушений. Что до нескольких сотен слуг, которые трудились и жили внутри дворцовых стен, то Эрида ничего не знала об их участи. Лишь надеялась, что им хватило ума набрать несколько ведер воды и замедлить продвижение огня в течение ночи.

Эрида же осталась под надежным кровом Конрады в окружении рыцарей Львиной гвардии и половины городского гарнизона. Солдаты оцепили остров, на котором располагался храм, и саму Конраду, чтобы никто не смог добраться до королевы. Даже убийца-амхара.

Проникающие сквозь витражные окна лучи восходящего солнца оставляли красные полоски света на полу и стенах собора. Не в силах усидеть на одном месте, Эрида беспокойно мерила шагами зал. Пусть стража находилась здесь ради ее собственной безопасности, она все равно чувствовала себя диким зверем, загнанным в клетку.

Таристан, так и не сменивший на чистую одежду окровавленные рубашку, штаны и сапоги, тоже расхаживал взад и вперед.

– Надо было отправиться прочесывать город вместе с солдатами из гарнизона, – пробормотал он, снова бросив взгляд на арку дверного проема.

Это была пустая угроза. Эрида знала, что он не оставит ее, пока амхара разгуливает на свободе.

– Успокойся, Таристан.

Сорвавшееся с губ мага шипение обожгло ее сильнее, чем боль в руке. Пройдя мимо него, Эрида поморщилась. Ронин восседал на диване, как кот на подоконнике. И выглядел так, будто вот-вот извлечет из рукава блюдце с виноградом.

Но маг, чьи белесые волосы потемнели от сажи, лишь наблюдал за Таристаном окаймленными красными кольцами глазами. Он тоже беспокоился за принца Древнего Кора.

«По крайней мере, это нас объединяет».

– Каким бы докучливым ни был этот Древний, он не является нашим приоритетом, – произнес Ронин, взмахнув белой рукой. – Сначала надо вернуть меч. Без него…

– Без него остаются еще два Веретена: в Джидаштерне и в замке Вергон, – резким тоном перебила его Эрида.