Каскадер - Мария Карела

Эх, мечты-мечты…

Как это глупо. Ничего у меня не выйдет. Нужно придумать что-то принципиально иное… Куда я смогу деть такое количество энергии? И, главное, что будет с землей, если я лишу ее этой энергии?

Дьявол, ну почему это так сложно! Я ведь всего лишь хочу победить Святогора… Еще раз. Физически я победить его не смогу. Вита не сможет лишить его энергии, пока он касается земли. Залить ристалище льдом мне не удастся. Если б я была чародейкой…

Ладно. У меня еще есть время. Я обязательно что-нибудь придумаю. Что-то, что навсегда избавит нас от Святогора.

– Продолжайте, Антон Михайлович, – попросила я. – Я справлюсь.

– Хорошо, Керен. Но и в самом деле… Сдайся. В этом нет ничего страшного, но ты будешь жива и у тебя будет возможность помочь нам и дальше.

На всякий случай я кивнула, чтобы все перестали обращать на меня внимание.

– Второй этап – стрельба. Арс, если не пострадаешь в первом бою, и монахи, среди них есть отличные стрелки. Против вас выставлены три волхва.

Третий этап – командные бои. Все выжившие против всех выживших. Задача – продержаться две минуты. У кого к окончанию этого срока останется на ногах большее количество бойцов, тот и победил.

Вопросы имеются?

– Да, – подала я голос. – Что будем делать с Наиной?

– С кем? – удивился седой.

– С Наиной. С той самой сказительницей, что противостоит нам во время поединков.

– Ты что-то узнала об этом? Ты точно знаешь, кто мешает нам?

– Да. Но конкретно с ней мы ничего не сможем поделать. Ее защищают лучше, чем самого князя.

– Князя не защищают вообще, – поправил меня седой. – Он силен так, что вам во сне и не приснится. Но расскажи нам, что ты узнала.

– Наина – сказительница, ее сила заключается в том, что она может перехватить управление сознанием любого человека.

– Только одного? – спросил Инг.

– Не знаю. Возможно, и больше. Не стоит ее недооценивать. – Я встала.

– Думаю, эту проблему стоит обсудить сегодня вечером. Сейчас мы не сможем ничего придумать…

– …просто будьте готовы к тому, что она завладеет вашим сознанием. Ощущения – как будто воздух сгущается, мешая движению, из земли растут корни, цепляющиеся за ноги… Неприятно, – я оглядела поскучневших наемников. Похоже, большинство подсчитывало шансы выжить. – Но я не собираюсь сдаваться, не знаю как вы!

Многие подняли взгляд на меня.

– Да, я девушка, я не парень, даже не воин – всего лишь каскадер. Но я буду биться до конца! Я участвовала уже в четырех циклах и, по сути дела, в двух потерпела поражение. Но я ни разу не сдалась, продолжая борьбу, и собираюсь, как минимум, совершить невозможное!

Договорив, я повернулась и вышла из трапезной. Вслед мне донеслись громкие крики и спокойный голос Глеба, легко перекрывший все голоса:

– Она права.

На благословение я опять не пошла. И только стоя у ристалища, я вдруг поняла, почему мне было так тревожно.

Я беспокоилась за Арса и Глеба.

Непривычное чувство – для меня, всегда переживающей только за себя, ведь, кроме папы, у меня никогда не было настоящих друзей. Разве стоит переживать за людей, которые находятся рядом со мной только потому, что у меня крутая машина, что я в состоянии заплатить за недельную гульбу в крутейшем ресторане и даже не заметить пропажи такой суммы? Или, если появилось подобное желание, позвонить и вызвать вертолет просто для того, чтоб, сделав пару кругов над городом, поразмышлять в тишине?

Да, по сути дела, деньги сами падали мне в руки – ведь я занималась тем, что мне нравилось, получала огромное удовольствие от своей работы и при этом зарабатывала для многих совершенно немыслимые суммы. Но мои деньги практически не тратились, большую часть заработанного я кладу на счета в банках. Я не устаю благодарить отца за все, что он для меня сделал, и в первую очередь за мое воспитание. Не хотела б я оказаться наглой хамкой, которая уверена, что все вокруг должны ей кланяться только потому, что ее отец миллиардер. У меня немало таких знакомых они мило улыбаются мне при встрече – потому что мой отец такой же, как и их. Они считают, что то, что я работаю – это просто блажь богатой куклы. «Каскадер?! О-о-о! Как это, наверное, привлекает мальчиков!» Ага. Привлекает. Еще как.

Но они не привлекают меня.

Не привлекали.

До прошлого месяца.

Арс вышел на ристалище.

За него не надо беспокоиться, у него – Аммариль, так я назвала кинжал, он не даст ему пропасть, не даст Наине воздействовать на него. Но почему же я все равно беспокоюсь?

Может, я переживаю не за Арса, а за Глеба? Казалось бы, в чем проблема? Передать Аммариль Глебу, потом – Марку… Так ребята и собирались поступить сначала. Но выяснилось, что ни в чьих руках, кроме Арса, Аммариль не работает. Проверяла Галина – ее чары подействовали на всех, кроме рыжика. В его руках Аммариль отбивал огненные шары, не давал Галине его загипнотизировать и даже окутать туманом и завести в болото.

Напротив Арса, совершенно не рисуясь, встал Барет.

Забавно. Два парня (ну и пусть один из них упырь – подумаешь!), таких разных, но таких потрясающе красивых.

Звучит гонг.

Один – существо моей мечты, высокий, темноволосый, с теплыми, умными глазами, пушистые волосы окружают его лицо неким ореолом, улыбка изгибается на губах. Мне нравится его взгляд, нравится, как он на меня смотрит, – а он смотрит только на меня, и обещает… Что?

Не знаю. Но даже эта неизвестность нравится мне и манит к себе.

Другой – рыжий, забавный и задорный, с глубокими разноцветными глазами. Он может быть мягким и добрым, как плюшевый щенок, а может стать жестоким и злым. Иногда в его глазах появляется тайная печаль, особенно когда он думает, что я не замечаю. О чем она, эта печаль? И почему в такие моменты он сжимает кулаки и бросает на меня взгляд, который мог бы напугать меня, если б он знал, что я его видела?

Не знаю. И эта неизвестность пугает меня.

Сейчас они оба смотрят на меня – и бой почему-то не начинается.

Гонг бьет еще раз.

Наина стоит совсем недалеко от ристалища, под прикрытием Велимира и еще нескольких упырей. Зачем ей столько охраны? Теперь, когда она в состоянии убить?

Велимир велел сделать так, чтоб наши снова выиграли. Наши? Не слишком ли быстро она стала называть упырей «нашими»? Не знает. Может, это и к лучшему, ей ведь не вернуться обратно, к обычной жизни. Сначала Велимир сказал ей, что, как только бои закончатся, князь отпустит се домой. И Наина верила. Сначала – верила.

А потом поняла. Зачем князю отпускать столь совершенное оружие, как она? Велимир сказал, что хотя Наина пока этого не умеет, но не пройдет и нескольких месяцев, как она научится вкладывать в сознание людей любые мысли и желания.

Смириться с тем, что она пошла против человечества, оказалось не так уж и сложно. Куда сложнее вот сейчас заставить этого рыжего парня перестать сопротивляться, стать слабым, чтоб Барет мог убить его.

Странно. Что происходит? Оба бойца – и рыжий, и Барет – смотрят на девушку с той стороны, Керен. Дважды уже прозвучал гонг, а не один из них не отвел взгляда. Может, она не человек? Как иначе она могла приворожить и упыря, и человека?

– Эй! – кричит с судейской трибуны Галина – велхва, предавшая своих. Своих… – Вы собираетесь сражаться? Или так и будете любоваться зрителями?

Неужели она не поняла, на кого именно они смотрят?

Словно сбросив оцепенение, оба бойца встряхнулись и обнажили оружие. Меч против меча и кинжала.

Но Барет мог бы выйти и просто с голыми руками – все равно будет победа. Для этого здесь Наина.

Велимир оборачивается, кивая ей. Что ж, пора начать работу.

Мысли рыжего разбросаны, он невнимателен, но сосредоточен не на предстоящем бое, а на этой блондиночке с улыбкой во весь рот и слезами в серых глазах. Он думает о том, что ему нравится, как она смеется. И… Он жалеет о том, что должен будет сделать…

Ничего себе!.. Люди ничуть не лучше нелюдей. Амелфа была права.

Велимир еще раз оборачивается, торопя ее.

Споткнись, урони меч… Под ногами появляются преграды, ты становишься неуклюжим… Падай!

Почему не действует? В прошлый раз Наина слишком вымоталась, но князь продумал это заранее и выставил на последний бой чародея. Но рыжий все равно каким-то невероятным образом сумел выжить. Что же происходит? Почему она не может подействовать на него?

В его голове нет ни единой мысли о бое – он все делает на автомате, думая только о своей блондиночке.

Может быть, дело именно в этом? В том, что он думает не о том, о чем хочет зеленоглазая?

Под твоими ногами – трава, почти до пояса. Она вьется, цепляясь за твои ноги… Ты падаешь. Ты должен упасть!

Это невозможно!

– Велимир, я почему-то ничего не могу ему сделать!

– Велимир, у него Артефакт Власти. Один из двух, что потеряны. – Воеслава явно обеспокоена.

Об этом Наина слышала. Артефактов Власти – пять. Они олицетворяют власть князя. Это диадема, скипетр, кинжал, кулон и ножной браслет. Скипетр был уничтожен много сотен лет назад, еще до того, как на трон взошел князь, а диадема и кинжал утеряны. У князя остались два последних. Значит, у рыжего Кинжал Власти. Диадему он не смог бы спрятать. Артефакты Власти деактивируются только после смерти того, кто их активировал.