Один и без оружия - Игорь Яр

Солнце так и не показалось, небо совсем затянулось серо-голубой пеленой облаков. Это даже не облака, сплошная облачность, какой-то кисель. Непонятно на какой высоте или кончается, где начинается, ни одного отдельного облака не видно. Похоже, и окрестные ларьки, и маленькие магазинчики успели разграбить. Ветер перекатывает по безлюдной площади обрывки бумаги пакеты, рваную упаковку и прочий мусор. Казалось бы, всего дня три коммунальщики не убирают, а смотри, как получается, раньше и не замечали этот повседневный труд.

Прошёл за ограждение, мимо ларька с шаурмой, поближе к остановке трамвая. Неожиданно запахло шашлыком, мелькнула мысль, не найдется ли в ларьке съедобного. Но тут же угасла, настолько неприглядно фасад выглядит, там точно уже похозяйничали. Но это не главное, ветер-то доносил аромат от «сталинки», где внизу кафе с побитыми окнами и следами копоти на желтой штукатурке. Поначалу голодный желудок прореагировал на это, как положено, то есть, запросил еды. Неужели, кто там ещё сейчас работает, готовит пищу, или это не шашлык? И только потом дошло, а не запах ли это сгоревших людей… Заныло сердце, желудок сжало спазмами. Теперь что угодно может случиться.

Хватит про еду думать, так до дома долго не доберусь, не за тем сюда пошел, и так получается, не стоит сюда соваться. Чуть подальше, метров за сто, за остановкой, на рельсах, лежали трамваи. Именно лежали, на боку, словно детские игрушки. Как повалили, чем, не скажу, но и здесь баррикада получилась не слабая. Один трамвай уперся кабиной в крыльцо Дворца культуры глухих, другой в аптеку, что в старинном здании темно-красного кирпича. С обратной стороны проход закрывала пара машин. Не ошибся «Опер Лёха», подходы к стадиону перекрыты…

Придётся разворачиваться обратно, сам себе задал работу, но здесь хоть места свободного полно. Пока смотрел на заграждения, показалось, громко заиграла музыка. Сначала так и подумал, кто сейчас с ума так сходить станет? Но нет, не послышалось, по проспекту Октября, как раз со стороны Брагино, доносился этот «бум-бум-бум», все сильнее, словно байкеры на мотоциклах, только без сопутствующего рева моторов. Не раз в прежние времена похожее доводилось слышать на улицах. Но теперь только сумасшедшие решатся так шуметь!

Но это оказались не байкеры, и не сумасшедшие. Три здоровенные легковые машины, одна с открытым верхом, набитые молодёжью, мчались на меня, того гляди, врежутся в баррикаду. Завизжали тормоза, кабриолет эффектно развернулся, аж дым пошёл из-под колес. Две другие не так рисковали, затормозили заранее. Музыка не прекращалась, не знаю, какой мощности акустика, но грохотало так, что не только тело дрожало, даже уцелевшие стёкла ближайшего дома звенели.

Так и остался стоять за заграждением, не успел подойти к «ГАЗону». Эти придурки остановились напротив, разделял только невысокий красный заборчик. Теперь и выехать никак, последняя машина встала так, что по-любому задену, если вздумаю выбраться. Надо с ними договариваться, как только музыка тише станет.

Вначале подумал, молодёжь приехала «пошерстить» ювелирный магазин, что на первом этаже. Но даже слепой увидит, что магазин вынесен полностью, причём, самым варварским способом, витрины разбиты. И что это там за подозрительные тени мелькнули? Не зомби, привлеченные адским грохотом? Надо бы отсюда быстрее исчезнуть. «Секира» при себе, но до крайности доводить не следует. По виду на "гопоту" не похожи, одеты не просто хорошо, а по последней моде, даже парни. Таких в ночном клубе нередко доводилось видеть.

Попробовал подать голос, но сам себя не услышал. Что же творят, не знаю, как мертвяки к музыке относятся, но, если на обычный шум приходили... Пусть зомби не видать, но мест, где могут оказаться, вокруг полно, тот же клуб «Гигант", или стройка за забором рядом с ним, или дома перед баррикадами. Чёрт знает, что может случиться, и словно накликал.

Зомбаки показались сразу с двух сторон. Пара в спецовках, оранжевой и синей, вышли из-за забора стройки торгового центра. За ними еще один, в «гражданской» одежде, точнее, остатках. Пока можно не бояться, пусть ограда, по пояс, но мертвым и такую не перешагнуть. Вот молодёжь пусть опасается. Самому надо остерегаться тех, что показались из-за угла Дома культуры, бредут вдоль трамвайных путей. Не заметил, чтобы молодых людей это напугало, наоборот, высыпав из машин, не обращали на меня внимания, веселились. Наконец, понял, специально шумели, чтобы привлечь оживших мертвецов.

Пока соображал, как довести до сведения молодёжи, что тороплюсь уехать, музыка стихла, а парни расхватали из открытой машины оружие. У большинства новенькие бейсбольные биты, какие-то испачканы. И одно ружьё, у остальных железные трубы, грубо обмотанные изолентой. Обратил внимание, парень с ружьем держится отстраненно, опасливее, что ли? И оружие держит уверенно, не машет стволом по сторонам. Может, потому, что явно старше всех остальных?

Хоть по поведению большинство из них конкретно бухие, опасность с тыла не прозевали. Разделились, оставив тех мертвецов, что на проспекте, на попечение главаря с "подпевалами". Еще трое из компании обошли заграждение, и поджидают тех, что по трамвайным путям бредут. Надо и самому поберечься, перебрался за ограду, встал у «Газона», теперь не достать. А потянутся, «секирой» получат.

Заводила или главарь, не знаю, как правильно назвать, «пижонского», как раньше говорили, вида. Невысокий, щуплый, с модной причёской, изысканно одет. Может, и машина не угнана, принадлежит его папаше? Раньше редко замечал в городе такие престижные «тачки». В шумной компании парни и покрепче, но этот явно за лидера. Хотя ружьё не у него, первенство проявляется во всем, даже том, как три разукрашенные девки ревниво поглядывают тона него, то друг на друга.

Пользуясь наступившей тишиной, пусть относительной, попросил водителя замыкающей легковушки сдать назад или в сторону, чтобы грузовик мог выехать. Может, ошибся, обратившись не к главарю, а к тому, кто оставался рядом с помехой? Спрашивал вежливо, не хамил, ответ на просьбу услышал только смех. Ещё бы не веселиться, небритый работяга в грязном синем комбинезоне, приехавший на машине «Водоканала», осмелился им указывать! Словно они обязаны обращать внимание на всякую ерунду. Теперь стали смелыми, никого не бояться. Еще и на глазах девок, ведь у них даже ружье есть! Не знаю, заряжено или нет, проверять охоты не возникло.

Больше не обращая внимания на меня, малолетки продолжали веселиться. Впрочем, какие же «малолетки»? В таком возрасте вовсю в армии служат, Родине долг отдают. С оружием, а не с палками и отцовским дробовиком.