Противофаза (СИ) - Максимилиан Раин

советских. Увы, это утверждение ничем не подтверждается. Большинство будет ни плохих, ни хороших: средней серости, безучастных, равнодушных, в некотором смысле инфантильных. Причём их окажется статистически подавляющее большинство. Такая колотевско-шульженковская агрессивно-послушная биомасса и представляет собой основной народ. Или, как высказывался один мой приятель — «народец».

…И едим начальство глазом,

и вихляем гибким тазом…

И всё-таки я ценю свою страну за наличие прослойки активных, прекрасных и душевных людей. Именно они создают материальные и духовные ценности. Своим существованием они наполняют мир светом, чистотой и смыслом. Вот как раз их и надо спасать. Прекраснодушных ребят-подпольщиков срочно нужно вытаскивать из психушек. Правдолюбца Саблина стоит слегка перенацелить, чтобы не подставлялся под расстрельную статью. Келдыша, прочих учёных и творцов надо приободрить, чтобы даже не думали самоубиваться под действием чиновничьего пресса. В общем, придётся создавать аналог ноева ковчега для «чистых» и тем самым спасти ту духовную составляющую, о которой так ностальгируют в бывшем моём времени спасшиеся с утонувшего корабля дураков.

Некоторые писатели в своих творениях по теме о попаданцах пытаются спасти советскую систему, отстреливая руками своих героев неправильных дядей в Политбюро, либо в среде злобствующих либералов, либо вообще кого-то там за кордоном. Вот так всё у них просто получается: застрелили Горбачёва и… «корабль плывёт». И все вокруг поют, пляшут и дарят друг другу цветы. Забывают эти спасатели, что системы развиваются по своим собственным законам, кои нужно изучать и уметь использовать. Не будет Горбачёва, система разродилась бы каким-нибудь Горбуновым, или Горбенко, или даже Горбманом и так далее. А ещё смешнее, когда попаданцы принимаются заваливать письмами мавзолейных манекенов, либо набиваться к ним в советчики. И те вроде как начинают прозревать и проникаться. Да для этих властных мумий любой индивид, обладающий каким-либо могуществом, становится опасным конкурентом, которого на всякий случай требуется посадить под надёжный запор, а то и вовсе уничтожить…

Машина съехала на бетонку и сразу же запрыгала по рытвинам, вырвав меня из морока мыслей. Идиллия ровного полотна дороги закончилась.

— Будем к нашему соседу наведываться? Валерий Петрович на пенсии и присматривает за нашим жильём, — намекнул водила.

— Понял. Будет ли по пути какой-нибудь продуктовый магазин?

— В Бронницы тогда завернём, — подумав, предложил Хвост.

Блин бронетанковый, начал с Инки и домечтался до грёбанной политики. Инку хочу увидеть. Вот прямо сейчас. Где мои призрачные помощники? Свистать всех наверх.

Глава 19

Вторник, 18.03.1975 г.

Чета Орловых не заставила себя долго ждать. Поприветствовали меня радушно. Я попросил Хвоста притормозить и вышел в придорожный лесок якобы по малой нужде. Вообще-то и на самом деле малость испытываю, но из-за присутствующих сиятельных дам пока погодю.

— Какие новости у вас, мои дорогие помощники? — поинтересовался, прогуливаясь меж берёзок.

— Всё как положено. Присматриваю по твоему поручению за начальничками из известной Конторы, пока моя старая кошёлка гонялась по всей конторе за своим Чебурековым, — подколол Семёныч свою боевую подругу.

— Молчал бы уж, пенёк трухлявый, — завелась Степановна, — Сам же велел мне за замами главного присматривать.

— Ладно, ладно. Уймись, старая, — захихикал дедок, — Собрал я тебе, Мишель, выжимку из основных моментов. Как наши загнивающие товарищи выражаются: «дайджест». Можешь сам взглянуть, — доложился призрак.

— Давай, влезай. Только меня особо не кушай.

— А это как придётся, — проворчал старик, настраивая мои органы на восприятие записанной информации.

Семёныч следил в основном за Андроповым. Мы с деятельным призраком освоили новые функции. Такие, как ускорение записи, замедление, возврат к любому моменту назад, повинуясь моему мысленному приказу. Этакий ментальный видик.

— Значит Ювелир хочет устранить Шурика, — задумчиво пробормотал я, закончив просмотр ментальной записи.

Никакого секрета в том не было, что сотрудники ведомства за глаза называли своего шефа Ювелиром.

— Уже нет. Они с ним какую-то новую каверзу хотят затеять, — поправил меня дедок, — А какая же тварь оказался этот Андропов! Своего родного сына не пожалел. Никакой он не коммунист, а притаившийся враг. Клянусь всеми своими предками! Ишь, как высоко забрался в нашем государстве. И Чебуреков ему под стать.

— Получается, что Индюк имеет некий компромат на Ювелира, — высказал вслух новую мысль, — Прав был отец. Надо будет его найти.

— Найди компромат, Мишенька, и сразу Брежневу неси. Надо этого гада изобличить и расстрелять. Пока он делов не натворил, — загомонил призрак.

— Здесь наскоком ничего не решишь. Думать надо. Вот что, Алексей Семёныч. Есть к тебе персональное поручение. Хочу увидеть свою Инну. Отыщи её, пожалуйста, и побудь моими глазами.

— Для тебя, дорогой мой Мишенька, со всей душой, — удовлетворённо захмыкал дедок.

— Нечего тебе, старый потаскун, в такое деликатное дело соваться, — вдруг вклинилась бывшая соседка, — Знаю я вас, мужиков. Станете за девушкой в неглиже подсматривать. Смотри за КГБ лучше, а я девушку поищу.

— Да ты же не умеешь того, чего я умею, — попытался оказать ей сопротивление Семёныч.

— Вот и научишь, — поставила точку в споре Степановна.

— Ещё одна просьба, — предложил напоследок потусторонним помощникам, — Мне на завтра понадобятся Линда и Сабина.

— Чего ты так долго, — проворчал Хвост, когда я забрался в салон машины, — Я уж подумал, что тебя волки загрызли.

— Ну, поначалу так и было. Хотели загрызть, а потом обиделись и ушли. Сказали, что уж больно костляв, — шутканул я.

— Нормальное у тебя тело. Просто конституция такая… сухощавая, — подлизнул мне водила, окинув меня взглядом.

— Поехали давай, конституция, — хмыкнул в ответ.

— На въезде в город нашу машину полосатой палочкой тормознул колоритный гаишник с мощной фактурой. Монумент советского правопорядка на дорогах. Подошёл, отдал честь и пробурчал беспрекословно:

— Сержант Шкандыба. Проверка. Предъявите права и документы на транспортное средство.

Первый контакт с представителем этой пока ещё не сильно навязчивой службы заставил меня немного понервничать, хотя мужчина не выдвигал пока никаких претензий, и в его глазах не щёлкали нули. Хвост со спокойным выражением своей морды передал требуемое блюстителю дорожных правил. Документы нам вскоре вернули без последствий и с пожеланиями счастливой дороги.

— У тебя чего, всё в порядке с дорожными ксивами? — спросил Хвоста, восстановив нормальное дыхание.

— Ну