Гоблин-Вивисектор. Первая часть (СИ) - Вермолёк Василий

Первый уже закончил обучение в магической школе и ушёл далеко на пути мага, а Альма только встала на него, но и ей хватило внимания заметить тягу и неординарный ум Нила.

Только вот во всем остальном он выглядел как полный болван. Его увлечение или даже безумное помешательство магией выбивало всё остальное, поэтому неудивительно было увидеть его неряшливым или рассеянным.

— Альма, так почему ты хмурилась? — не дала уйти теме великая герцогиня.

— Церковь. — одного слова достаточно, чтобы вся семья помрачнела.

В отличие от той же принцессы Кристы, которую отец не подпускал к реальному положения вещей, большая часть семьи Великого Герцога прекрасно понимало нынешнюю ситуацию.

Абсолютные мировые гегемоны — это разные религиозные течения. Какой бы бунт не поднимали разумные, при помощи своих богов — эти божьи псины склоняли всех остальных.

Самое паскудное, что они никогда не перегибали больше нужного и не происходило борьбы до победного конца, что давало религиозным деятелям множество возможностей и статусов.

Произошедшие события в северной провинции закачали и так шаткий баланс. Церковь Двух Отцов зашевелилась и их влияние стремительно увеличивалось, что очень настораживало местную власть.

Про странных гоблинов и ужасающие события никто особого не говорил, но интриганы и стратеги не забывали их учитывать.

Такое противостояние между могучей расой и псами божьими, да на территории Королевства Стоклэнда, заставляли хмуриться не только Великие рода, но и других, кто смог получить соответствующую информацию.

— Хватит забивать свою голову. — Лилония грозно прервала кислые мины своих родных. — Сегодня главный день Альмы, поэтому негатив в сторону, давайте лучше порадуемся!

* * *

Также поместье другого Великого Рода Зитрит.

В кабинете уважаемого Великого Герцога Менга произошёл небольшой диалог между ним и сыном.

Красная жидкость скользнула по бокалом, бутылка вернулась на стол. Легкий звон и несколько глотков.

— О чём хотел поговорить? — поинтересовался отец у сына.

Кразнес Зитрит — первый сын, самый старший наследник, как и полагается детям великих герцогов имеет титул графа. Если немного отвлечься от темы и посмотреть на Нила Лао, что носит титул барона, в этом случае проглядывается участие его отца или королевской семьи.

Вернёмся же к нашему старшему сыну Великого Рода Зитрит. Этот молодой мужчина радует своего отца. Его амбиции столь же стремительны, как и всех представителей их рода.

Единственная слабость, которая появилась у Кразнеса часто не давала ему покоя. Как выйти из этой ситуации он не знал, поэтому частенько обращался за консультацией к отцу.

— Я пришёл поинтересоваться о возможности свадьбы с принцессой Кристой. — медленно проговорил Кразнес.

Всегда величественный мужчина поднял свой тяжёлый взор на своего наследника и устало вздохнул:

— К сожалению — это невозможно. — ответил Менг. — Наши отношения с королевским родом ужасны. У принцессы помешательство на почве своего младшего брата.

На словах о брате принцессы глаза Кразнеса блеснули убийственным холодом. Бывали моменты, когда его ревность перерастало в бешенство и страдали слуги. Как минимум несколько смертей от таких порывов случилось.

Третью же причину Великий Герцог добавил про себя. Не то чтобы договоренность с принцессой помешало бы ему использовать её, но такую удачную возможность упустить будет грех.

Об договоренности между ним и принцессей, не стоит знать его родным. К сожалению даже наследнику он не мог доверить эту тайну. Ляпни тот по неосторожности и станет очень тяжко…

* * *

Столица. Серебряный круг. Главная Церковь Двух Отцов. (Эх, живите, без сладких комментариев)

Один интересный Министр Религии пересекал площадь по направлению к величественной церкви. Обитель служителей богов всегда привлекала к себе внимание, что уж говорить, когда вокруг кипела предпраздничная деятельность.

Мужчина в нарядах очень похожих на служителей церкви, несколько раз посмотрел на мелькающих городских стражников и строителей, продолжая свой путь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

На площади серебряного круга, количество работающих людей стремительно возрастало. Уже совсем скоро развернётся важнейшее события в истории королевства. Неудивительно, что так много людей работают на благо предстоящего праздника.

Проникнув в святая-святых обители, Иссуосик удовлетворенно улыбнулся. Он почувствовал словно на него спустился светлый лик его богов! Фанатичная вера вспыхнула с новой силой, придавая куда больше решимости этому маленькому человеку.

Кто он по сравнению с богами? Министр не самого сильного королевства? Да что это для богов вообще значит? Ничего!

— Господин Иссуосик? — одна из монашек прервала одухотворенный экстаз министра.

Тот быстренько вернулся в реальность и кашлянув ответил:

— Да-да?

— Ваш ожидают, прошу следовать за мной. — поклонилась красивая женщина.

Иной мужчина мог польститься на красоту этой женщины, но не этот ярый фанатик. Что ему до мирского? К тому же эта дева принадлежит лишь богам или его верным рабам, кто достоин большей чести!

Министр Религии был частым гостем сей обители богов. Ему доверили роль эмиссара для контроля власти королевства. Высшие служители веры по достоинство оценили его веру и преданность. Христон гордился возложенными на него доверием!

Чем глубже заводили мужчину, тем больше роскоши бросалось в глаза. Человек обладающий разумом давно бы пустил кровь из глаз. Почему? Большинство учений богов, за исключением богов-торговцев, проповедовали отринуть презренное злато, но что же можно увидеть у слуг этих богов, как бы самых рьяных приверженцев учений? Правильно — множество драгоценных побрякушек.

Как только министр религии попал в точку назначения, то он сразу же бухнулся на колени и с подобострастием воскликнул:

— Святые! Сей презренный слуга приветствует вас!

Никто из присутствующих даже не повел бровью. Для них это было чем-то нормальным. В свою очередь архиепископ ранее так не унижался, как это фанатичное чудо.

— Встань брат Иссуосик. — мягким голосом приказал Архиепископ. — Ты понимаешь почему тебя вызвали?

Преданный раб рабов божьих поднялся на ноги, но не смел поднимать голову, ответил:

— Прошу меня простить, но могу лишь предполагать. Замыслы высших слуг божьих вне моего понимания. — покорно вымолвил он.

— У принца Луна, ученика Его Первосвятейшества, есть к тебе несколько вопросов. — глава филиала великой церкви спокойно его осведомил.

Означенный принц наслаждался драгоценными фруктами. Многие маги выпучили бы глаза, увидь картину поедания столь драгоценных ингредиентов.

Алхимики же расплакались кровавыми слезами. Будь здесь одни интересные гены, то наверняка бы появился клан красноглазых убийц, ненависть которых заставила бы заточенных эльфов, нервно покуривать в сторонке.

— Скажи мне. — медленно проглотив остаток фрукта, принц продолжил. — Если брат Талер объявит о внеочередной моей свадьбе на принцессе Кристе, не помешает ли нам королёк этого захолустья?

Только глухой не мог услышать презрение принца Святой Земли. Ничего удивительного, по сравнению с его королевством, Стоклэнд сильно блекнет. На фоне же Золотой Торговой Федерации и подавно.

Раздался звук падающего тела. Министр Религии не смел поднимать голову, лоб его прижался к прохладной плите. Он со всей доступной ему лестью ответил:

— Если это воля высшего, то никто не смеет противиться!

На лице Луна появилась довольная покровительственная улыбка, но он всё же уточнил:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Это не ответ братец Иссуосик.

Замерший в преклонной позе мужчина даже в своих самых заветных мечтах не смог вообразить такое обращение от высшего! Вся душа министра пребывала в экстазе, ему хотелось танцевать, плакать, смеяться, молиться и он не знал что с этим делать.

Единственное что останавливало его, так это нужда ответить Его Святейшеству: