Логово заядлых неудачников - Анна Нимная

Конечно, она понятия не имела, что так называемый колдун и возлюбленный её служанки — оба подосланные шпионы Зархеля, которые лишь разыгрывали долгий и зловещий спектакль перед женщинами. В итоге всё сложилось так, что Зармалессия в собственных руках поднесла дорогому мужу яд под видом безвредного любовного напитка, разум Тэя затуманился, ну а потом… потом его со свитой якобы «пожрали» на охоте воплощения утопших.

Пока что Эр Данаарн не определил, раскусила ли Зармалессия хитрый план своего любезного кузена. Понимала ли она, что лично отравила мужа и была причастна к его падению? Наверное, Эру было на это наплевать, однако он принял решение ни за что не рассказывать наследнику, что его родная мать погубила отца, которым Сэль так восхищался.

— С твоей матушкой мне не по пути, увы, — уныло выдал Эр. — Её притязания я тоже вынужден отмести. Легко завладеть теми, кто подчиняется страстям. Однако ими трудно управлять, ведь огонь распространяется стихийно. Огню доверия нет.

Маг задумался, а потом загадочно прошептал:

— Теневой цветок выживает лишь потому, что кто-то ест его нектар, и кто-то разносит его пыльцу. Пчёлы, или мухи… не знаю.

— Говорят, что одна пчела лучше тысячи мух, — откликнулся наследник очередной пословицей.

Дождь напористо барабанил по земле. Вода, обрушившаяся с небес, создала целую завесу и отделила пространство беседки от прочего дворца, как бы одновременно и пленяя в укрытии Эра с Сэлем, и наделяя их свободой от любопытства посторонних глаз.

— Но я так и не выяснил, почему исчезла твоя прежняя наставница, эльфийка Ирмингаут, — безрадостно заключил маг.

— Если так сильно желаете знать, то я Вам сам расскажу, — прошептал принц приунывшим голосом.

Теперь никто не мог их увидеть или подслушать, и Сэль отважился высказать вслух то, что долго скрывал под замком в собственном сердце.

— Она… в общем, я прознал о том, что матушка и дядюшка собираются сотворить с ней, ведь она не хотела покидать дворец добровольно. Только я хорошо знал её характер. Все представители высоких происхождений отличаются непокорностью и своеволием, их невозможно принудить делать нечто, что не отзывалось бы в их умах.

— В этом имеется смысл, — кивнул демон-оборотень.

— Однако я не желал для Ирмингаут подобной участи! — неожиданно вскрикнул принц. — Как бы я смог жить с таким грузом на душе? Зная, что ничего не предпринял, никак её не защитил? Поэтому я решил, что если наставница во мне разочаруется, то сама покинет замок. У меня была в запасе единственная склянка с омиртетией. Вам знакомо это снадобье?

— Конечно.

Разве мог выходец из Мирсварина, родины сего великолепного усыпляющего зелья, не знать, что это такое?

Омиртетия, или сонная пыльца, на самом деле пыльцой не являлась, и чтобы изготовить это дурманящее средство, которое погружало в сон и смертных дев и бессмертных мужей, требовались колоссальные умения, навыки, крайне редкие и дорогостоящие ингредиенты и сложное оборудование. По правде говоря, рецепт омиртетии хранился в строжайшем секрете, и производили её только в двух местах — городе Киф, и на берегах озёр Кур и Элез Кур, и обе точки располагались в Мирсварине.

— У меня было совсем чуть-чуть, омиртетию дала мне Ирмингаут на крайний случай, как защиту от… от Зархеля, — принц гневно повёл бровью в сторону, — но мне пришлось подлить зелье наставнице. А когда она беспробудно уснула, я сделал вид, что опоил её, дабы улечься с ней на ложе и воспользоваться её… беспомощностью.

Закончив исповедь, Сэль замолчал. Он поднёс руку ко рту, после чего прошептал:

— О, небеса и священные озёра. Как же это мерзко звучит, я ещё никогда не произносил этого вслух…

По щекам наследника престола заструились слёзы, но он сам ничего не ощутил.

— Не думаю, что она ушла из-за такой отчаянной и глупой выходки. Тебя слишком легко раскусить, — хмыкнул Эр, искажая губы в ухмылке.

— Вы… Вы просто утешаете меня, Аман-Тар, — вымолвил наследник, протирая глаза пальцами и едва улыбаясь.

— Утешаю? У меня же нет сердца, забыл?

Ливень прекратился так же внезапно, как и начался, и ледяной сад снова запрудили животворящие лучи солнца. Повсюду заиграли радужные всполохи, отброшенные драгоценной гирляндой из хрусталя, и Сэль быстро позабыл о своих печалях. По крайней мере, на сегодня. Уж слишком день выдался погожим.

Принц взял подношения для Одакиса, состоящие из яблок и стакана с разбавленным вином, и двинулся в сторону алтаря. С серьёзным и сосредоточенным лицом он возложил дары для бога-заступника, и тихо сказал Эру, который подошёл к нему со спины:

— Как бы там не было, теперь я знаю, что даже в моей темнице могут расцвести пышные сады… особенно, когда у них много тепла и света. Прошу, присоединяйтесь, Эр, давайте вместе вознесём молитвы Одакису.

Бессмертный устало закатил глаза, и Сэль тут же улыбнулся.

— Того, у кого в сердце добрые намерения, берегут боги. Если Вы не верите во всевышних, то назовите это иначе — случаем, или судьбой. Как пожелаете.

Эр принял такую же позу, как и наследник престола. То ли грозный маг желал подкупить Его Высочество своим расположением, то ли просто шутки ради проделал столь несвойственную лунгам вещь — но, всё-таки, Эр сомкнул ладони в молитвенном жесте и прикрыл веки. Правда, слегка наклонившись к Сэлю, он тут же злокозненно вышептал:

— Я же демон-оборотень, «порождение майна, отвратительное и чудовищное создание». Что боги приберегли для меня, как думаешь? Зачем ты веришь мне, нелепый мальчишка? Какой же ты глупец.

— Воистину, Аман-Тар.

Уже не раз Эр откровенно рассказывал Сэлю, для чего он вернулся на земли Ассалгота. Эр давно разочаровался в человечестве, развращённом и погрязшем в пороках, и возжелал изничтожить его, извести все смертные и «слабые» происхождения, дабы «расчистить дорогу свету». Он хотел освободить тропу для бессмертных: лунгов, эльфов и аранов, и выкорчевать все сорняки на пути, вроде людей, например. Только, кажется, наследный принц не совсем верил в намерения Эра. Сэль считал подобные угрозы обычной болтовнёй; пустыми разговорами, только и годными на то, чтобы наводить ужас на несмышлёных дураков или разгонять скуку промозглым днём.

— Вот заключу договор, и сразу возьмусь претворять в жизнь свой план, — словно пробежавшись по мыслям подопечного, надменно отчеканил Данаарн.

— Значит, мне просто нужно не заключать с Вами никаких сделок. А что будет со мной, когда Вы начнёте всё тут испепелять? — принц посмотрел на собеседника чистыми и прозрачными глазами, в которых блуждал игривый огонёк.

— Вы в безопасности, Ваше Высочество, — провозгласил демон-оборотень и чуток поклонился престолонаследнику. — Будете рядом, наблюдать за великими свершениями.

Сэль Витар хмыкнул и направился в