Галера чёрного мага - Деннис МакКирнан

— Эльмар, как ты думаешь, Дарлок и на юге вызывает потоки? — спросила Джиннарин, подняв глаза в ночное небо.

— Возможно, да, — проворчал маг. — Если бы я знал, зачем он это делает, сказал бы более определенно.

На пятнадцатый день после выхода из штилевой полосы Козерога они подошли к южной оконечности мыса Штормов.

Араван вышел из рулевой рубки и направился в капитанскую каюту. Эйлис сидела за столом, перед ней лежала разложенная колода карт. Провидица была явно удручена выпавшим раскладом.

— Что там, Chieran?

Эйлис взглянула на Аравана и жестом указала на карты:

— Смертельная опасность, милый. Хотя я и блокирована, нет никакого сомнения, что мы плывем навстречу ужасным событиям.

— В Большом Водовороте?

— Похоже, да.

Араван мельком взглянул на карты и взял руку Эйлис в свои.

— Если так, Chieran, то нам надо выяснить природу опасности менее чем в три недели. Мы только что обогнули мыс Штормов. Отсюда прямой путь к морю Синдху, и если ветра нас не подведут…

— Три недели?

Араван прижал ее руку к своим губам.

«Эройен» продвигался вперед, оставляя за собой холодные полярные воды и устремляясь к более мягкому климату средних широт.

На семнадцатый день после прохождения мыса Штормов с фок—мачты раздался крик наблюдателя:

— Вижу водоросли! Спереди, прямо по курсу!

Джиннарин с Эйлис стояли на палубе, провидица, перегнувшись через леер, пристально всматривалась в даль. Сердца их бешено стучали, но лица выражали непреклонную решимость.

Под полуденным солнцем медленно и неотвратимо «Эройен» входил в воды бирюзового моря.

Глава 25

Дети моря

ВЕСНА, 1Е9575

Араван прошел на носовую палубу и вгляделся в длинные ветвистые усы зеленых, как трава, водорослей.

— Джату! — позвал капитан. — Готовь тяжелый линь. И спускай паруса.

Пока Рико отдавал команды, Джату принес лаглинь с утяжеленным свинцом лотом на конце.

— Бросай и отпускай его на глубину, Джату. Мы используем его для проверки хватки водорослей.

В ответ на недоумевающий взгляд Джиннарин Араван объяснил:

— Чтобы нам с «Эройеном» здесь не застрять, мы будем все время следить, насколько густо растут водоросли, и остановимся, находясь еще в безопасных водах, поскольку чем ближе мы будем подбираться к центру, тем больше их будет становиться, пока они не превратятся в настоящий капкан. Я не хочу, чтобы нас постигла участь других застрявших тут навсегда кораблей, занесло ли их сюда ураганным ветром, привел ли их невежественный капитан или злой рок. Неважно как, но все они погибли.

— О боги! — произнесла Джиннарин, оглядывая горизонт. — Море пропавших кораблей.

— Да, — сказал Джату, — некоторые называют его именно так.

Он раскрутил лот и сильно бросил его вперед, линь легко размотался, и свинцовый груз со слабым всплеском упал в воду.

— Как далеко вглубь мы сможем пройти? — спросила Эйлис.

Араван посмотрел на моряков, свертывающих паруса, и развел руками:

— Не знаю, Chieran. Возможно, мы будем идти день или два, но, может быть, и один час. Все зависит от водорослей.

Подволакивая ноги, подошел Эльмар:

— Вижу, ты убираешь паруса. Замедляем ход?

— Да. С этими страшными клешнями надо быть поосторожнее.

Джату вытащил лаглинь:

— Водорослей совсем немного, капитан. Никакой угрозы. По таким мы всегда сможем пройти.

Араван в сомнении покачал головой:

— Боюсь, Джату, это ненадолго.

— Наверняка, — поддакнул Бокар.

Его команда высыпала на палубу. Гномы направились к своим баллистам и занялись приведением их в боевую готовность.

— Если вдруг в этих водорослях появится монстр с зелеными щупальцами, мы с ним быстро разберемся, — добавил Бокар.

Они прошли под парусами еще двадцать восемь часов, постепенно приближаясь к центру Водоворота. Судно покрыло очередные сто пятьдесят миль. Водорослей становилось все больше, и наконец их количество, цепляемое лаглинем, стало ощутимым.

— Ложись в дрейф и удерживай судно! — скомандовал Араван.

Джату поставил корабль носом к ветру. Поверхность моря поднималась и падала, словно мерно дышащее спящее чудовище.

Араван повернулся к воинам, стоящим возле носовых баллист:

— Будьте готовы, в этих водах мы беспомощны. Корабль медленно дрейфовал. Течение, образующее Большой Водоворот, разворачивало его по часовой стрелке.

— Находись мы к северу от срединной линии, — бормотал в раздумье Араван, — мы крутились бы против солнца.

— Есть разница? — спросила Джиннарин.

— Да, Джиннарин. На севере шторма, воздух, вода — все имеют тенденцию закручиваться в направлении против часовой стрелки. На юге наоборот. Почему? Я не знаю. Так, видимо, задумал Адон.

Сбитая с толку, Джиннарин смотрела через борт на водоросли в бирюзовом море. Пикса не могла понять, почему события, происходящие к северу от срединной линии, отличаются от точно таких же в южных морях. Наконец она высказала свое мнение:

— Я думаю, это происходит по той же причине, что и перемена времен года.

Араван посмотрел на пиксу, словно собираясь сказать что—то, но Джиннарин успела отвернуться.

— Теперь все зависит от Эльмара. Где же он?

— Когда я видел его в последний раз, он спорил в каюте с Бокаром, который вместе со своими гномами желал принять участие в предстоящей встрече с Детьми моря.

— И?..

— Смотри сама, Джиннарин, — ответил Араван, указывая в направлении кормы.

Эльмар с Бокаром появились со стороны кормовых отсеков. Бокар был мрачен, на лице мага играла презрительная ухмылка триумфатора. Следом за ними шли Эйлис и Джату. Провидица была явно чем—то озабочена, черный гигант посмеивался. Джату вызвал Рико, чтобы отдать распоряжения. Боцман быстро собрал шлюпочную команду, включая двух гномов. Бокар отошел в сторону, что—то сердито бормоча себе в бороду. Эйлис удалось расслышать только «упрямый старый дурень».

Она обняла и поцеловала отца в щеку, и старец забрался в одну из вновь построенных лодок, висевших на шлюпбалке, за ним последовала команда гребцов. Плоскодонка была спущена на воду, и Эйлис, дождавшись, пока она окажется на плаву, пошла вместе с Джату на нос.

Присоединившийся к ним Бокар не переставал ворчать:

— Почему твой отец никогда не прислушивается к голосу здравого смысла?

Джату опередил Эйлис с ответом:

— Прекрати, Бокар. Ты же понимаешь, что он прав. Бокар рассердился еще больше:

— Мы не знаем, какие чудовища могут таиться в этих водорослях.