Возлюбленная Габриэля - Тина Фолсом

- Однажды ты станешь нормальным, и ты захочешь кого-то другого вместо меня.

- Разве ты не слышала, что я тебе сказал ранее? Что я люблю тебя.

Слова ласкали ее слух, но до сих пор она не могла поверить в них.

- Да, ты говорил это, но также сказал, что хочешь ребенка. Однажды ты поймешь, что можешь быть с кем угодно, когда твое уродство исчезнет, то почему бы тебе не захотеть быть с той, кто может подарить тебе малыша?

Прежде чем она поняла, что произошло, Габриэль притянул ее в объятия.

- Мне плевать, - произнес он угрюмо. - Все, что я когда-либо хотел получить от жизни, - это жену, которая любила бы меня и принимала меня таким, каков я есть. Отцовство стало бы дополнительным бонусом, но это меня мало волнует. Неужели ты подумала, что я отказался бы от такого шанса на счастье только потому, что мы не сможем иметь детей?

- Ты серьёзно? - Ее сердце подскочило к горлу.

- Я серьезно. Но...

Там было "но". Ей не следовало радоваться раньше времени. Ее плечи поникли в знак поражения.

- Ты должна принять меня, и когда я расскажу то, что узнала ведьма, должна будешь принять решение. Я люблю тебя. Хочу, чтобы ты знала, что не могу просить тебя стать моей, пока ты не узнаешь, кто я. Это было бы нечестно.

Теперь какая-то путаница. В его голосе появилась нерешительность, которую она прежде не слышала, словно он не был уверен, как подойти к вопросу.

- Кто ты? Что ты имеешь в виду?

- Я не чистокровный вампир.

Эти слова ничего ей не сказали. Как он может быть не чистокровным вампиром? Все, что она до сих пор видела, говорило Майе, что он определенно вампир и весьма сильный. Она видела его клыки, чувствовала его силу. Видела, как он пьет кровь.

- Как ты можешь быть не вампиром?

- Я вампир, но не совсем, не полностью. Я не был человеком, когда меня обратили. Просто не понимал этого до сих пор. Мое превращение очень похоже на твое, и теперь я понимаю почему. Как и ты, я чуть не умер, словно мое тело отвергало превращение в вампира. Но я справился, как и ты.

Она хорошо помнила, как было больно.

- Я выжила только благодаря тебе.

Он прижался лбом к ее лбу.

- Но я не хочу, чтобы ты думала, что должна мне. Я сделал это по очень эгоистичной причине: хотел, чтобы ты выжила, потому что желал сделать тебя своей. Прямо там, в тот самый момент, когда впервые увидел тебя, лежащей на кровати в доме Самсона, я знал, что люблю тебя.

- Как ты можешь знать это? Ты ничего не знаешь обо мне.

Однако столько уверенности было в его словах.

- Мое тело признало тебя. Мы похожи, Майя, гораздо больше, чем я мог предполагать. Я сатир, как и ты.

Новость ударила ее, как товарный поезд, врезавшийся в кирпичную стену.

- Сатир? Зверь с копытами?

Габриэль покачал головой.

- Ты говоришь о Минотавре. Сатиры другие. Они мифические существа, наполовину люди, наполовину животные, но животная сторона проявляется лишь в их силе и в жажде плотских утех, а у мужчин еще в определенной анатомической части. Другими словами наши тела выглядят как человеческие. Вот почему я никогда об этом не подозревал. Я не знал моего отца, поэтому некому было объяснить мне, кем я был.

- И ты утверждаешь, что я тоже сатир. Но как? Бессмыслица какая-то.

Она всегда чувствовала себя человеком.

- Ты знаешь, что тебя удочерили?

Она удивилась тому, что он знал.

- Конечно. Мои родители никогда не делали из этого тайны. Кроме того, они белокурые и светлокожие, а я нет.

- Твои биологические родители, или хотя бы твой отец, был сатиром.

- Как ведьма может быть настолько уверена? Она не проводила на мне никаких тестов.

Утверждение ведьмы слишком странное, чтобы в него верить.

- А ей и не нужно ничего утверждать после того, что со мной случилось. Я изменился. - Габриэль нервно сглотнул. Майя могла видеть, как ходит вверх и вниз его кадык.

- Как изменился?

- После нашего секса.

- Черт подери, Габриэль, хватит ходить вокруг да около. - Она уперла руки в бока, но Габриэль притянул Майю ближе вместо того, чтобы отпустить.

- Эти изменения. - Он прижался к ней бедрами. - Та лишняя плоть, которую ты видела. Она изменилась. Она предназначена для того, чтобы сатир мог заняться сексом с другим сатиром в первый раз. Майя, эта плоть превратилась во второй член, потому что мы с тобой занимались сексом.

Майа ахнула, хватая ртом воздух, чтобы как можно больше кислорода поступило в мозг. У него два члена? Она мгновенно вырвалась из его хватки и тут же заметила разочарование на лице Габриэля. Но она не могла сейчас об этом думать. Майя опустила руку на то место, где топорщились его джинсы. Когда ее ладонь коснулась эрекции, Габриэль дернулся, но потом прижал ее ладонь к нему. И тогда она почувствовала. Ощутила не только контур одного пульсирующего эрегированного члена под ее ладонью, но так же могла ясно чувствовать второй, такой же тяжелый, но немного меньшего размера. Он упирался в ткань брюк Габриэля.

- Я хочу увидеть. - Она облизнула губы и потянула вниз за молнию.

Останавливая ее, он схватил Майю за руку.

- Майя. - Его голос прерывался, и когда она посмотрела на Габриэля, то увидела едва сдерживаемое желание в его глазах. Габриэль выглядел так, словно хотел проглотить ее, и, учитывая то, что она чувствовала под рукой, у нее возникла отличная идея о том, как именно он хотел это проделать. Ее сердце бешено заколотилось, тело откликнулось. Она ничего так в жизни не жаждала, как сжать руками его два члена и прикоснуться к нему, взять их в рот по очереди и сосать, пока Габриэль не станет молить остановиться.

- Это не урок естествознания.

Об этом он подумал? Что она просто хотела его осмотреть?

- Если ты не снимешь эти штаны и не займешься со мной любовью, клянусь, в тот момент как сядет солнце, я уйду отсюда, и ты меня больше никогда не увидишь.

Его забавное выражение лица было бесценным.

- Ты хочешь, чтобы я занялся с тобой любовью, и действительно думаешь, что я отвергну тебя? Майя, я - вампир, я - сатир, но прежде всего я - мужчина.

Глава 33

В голове Габриэля все перевернулось. Майя приняла его таким, каков он есть. Легкая, уверенная улыбка расцвела на ее красных губах, и появился блеск в глазах, такой же он видел в гостиной, где они, как сумасшедшие, занимались любовью.

- Ты хочешь меня?

- Да, и учитывая то, что мы не сможем выбраться отсюда до заката, я не могу придумать ничего лучшего, чем занятие любовью. Как ты на это смотришь? - спросила она и кокетливо подмигнула. И он полностью согласен. Габриэль притянул ее в объятия, его рот оказался в дюйме от ее губ. Она подняла голову и подставила ему губы.