Волчья Радуга - Елена Жаринова

— Отец, отец… — плача, шептала Грэм, вытирая кровь и пот с его лица.

— Я люблю тебя, моя девочка. Ты всегда стояла между мной и тьмой…

— Дорогой мой, не оставляй меня, я тоже тебя люблю…

Громкий плач эхом разнесся по лесу. Рыдающая Грэм упала на бездыханное тело барона ниф Зайта. Присевший рядом Иван ласково поглаживал девушку по голове. Остальные грустно смотрели на поляну, ставшую обителью смерти.

Волки, зализывая раны, постепенно разбегались. Волчица-вожак, прихрамывая на переднюю лапу, подошла к Яно и на прощание лизнула его в руку.

— Может, ей надо помочь? Лапу перевязать? — озабоченно предложила Катя, глядя ей вслед. Яно покачал головой.

— Нет, не надо. Она справится сама. Она же не одна.

И действительно, могучий седогривый волк нагнал подругу и побежал рядом.

— Смотрите! — воскликнул Иван.

Друзья увидели, что тела мертвых демонов обрели облик, подаренный им Домгалом. Черный дым заклубился над трупами, и они растворились в этом дыму и черными змеями устремились назад — прочь из Волшебного леса, земля которого не хотела принимать останки этих темных существ. Люди ошеломленно глядели, как поляна освобождается от растерзанных демонов. Даже Грэм подняла заплаканное лицо. И никто не заметил, что над телами погибших волков тоже поднялись маленькие облачка тумана, похожего на зеленую дымку весенней листвы. Они тихо-тихо заструились в лес, по дороге обретая форму крошечных двуногих существ, покрытых зеленой шерсткой.

Яно сбросил одежду, обернулся волком и, не жалея лап, вырыл глубокую могилу. Иван и Василий бережно положили туда тело барона. Но на долгое прощание времени уже не хватало: надо было искать Эйфи и продолжать путь к Грани. Когда, оставив позади свежий могильный холм, путники, наконец, зашагали по дороге, над лесом внезапно появилась и стремительно выросла, закрыв полнеба, странная тень; раньше времени наступила ночь. Над головами друзей послышалось громкое хлопанье крыльев. С орлиным клекотом Фаргит камнем упал вниз и когтями схватил Катю за спину. Девушка закричала: теперь демон не старался обращаться с ней бережно, напротив, он хотел причинить ей боль. Но взмыть в воздух Фаргит не успел: одним невероятным прыжком Яно бросился на него и мертвой хваткой вцепился в горло.

Взмахивая крыльями, демон пытался взлететь и освободиться от мощных клыков, прорвавших его черную кожу. Зеленоватая, пахнущая нефтью кровь брызнула из ран, пачкая Кате лицо. Иван с Василием подоспели вовремя и вместе вырвали девушку из когтей демона.

— Яно! — закричала она.

Но волк ее не услышал. Он глубже и глубже вгрызался в жесткое, нечеловеческое тело, крепче и крепче сжимал челюсти. Он не чувствовал, что демон молотит его крыльями, и их чешуя раздирает его шкуру. Он не чувствовал, как Фаргит падает на него всей своей тяжестью, рассчитывая раздавить… В какой-то момент демону удалось схватить Яно за горло. У Фаргита тоже была железная хватка. Не видя другого способа освободиться, он сдавливал горло волка все сильнее и сильнее, у Яно темнело в глазах, но зубы он не разжимал. Как тогда, когда он сражался с волком-убийцей, он думал, что это конец, но надеялся, что даже в агонии не отпустит врага, что последняя судорога добавит ему сил. И теряя сознание, он уже не увидел, не почувствовал, как руки демона разжались, тело обмякло, а глаза закатились. Яно только показалось, что вместо глотки врага он сжимает черный туман, быстро, извиваясь, утекающий прочь.

Глава 23

ЛУННАЯ РОЗА

Яно открыл глаза. Над ним склонились озабоченные лица друзей. Он поднял руку — человеческая, — видимо, потеряв сознание, он сбросил волчий облик. Василий с Иваном помогли ему сесть, Грэм осторожно приложила влажную тряпку к изодранной спине. Катя, бледная, но улыбающаяся, сидела рядом.

— Слава богу, ты жив, — сказала она и вдруг расплакалась.

— Где Эйфи? — спросил Яно, озираясь.

— Он сейчас придет, — успокаивающе кивнула Катя. — Он испугался и спрятался в лесу, — девушка подмигнула Яно, — но он уже отозвался. А, вот и он!

Действительно, из леса выбежал Эйфи и бросился к друзьям.

Яно снова завертел головой.

— А где… Где Фаргит?

— Испарился, — сообщил Василий. — Ты победил его, это было круто. Теперь у нас одной помехой меньше.

Слова Василия напомнили всем о том, что, кроме Фаргита, есть еще и Морэф, которая поджидает их где-то рядом. Словно в подтверждение в лесу загремели ружейные выстрелы — теперь враг приближался со стороны Грани, отрезая им путь к цели. Яно быстро оделся, морщась от боли: свитер стоял колом от грязи и нещадно тер ободранную спину.

Сумерки тем временем быстро сгущались, обращаясь чернильной темнотой осенней ночи. На пасмурном небе не было видно ни луны, ни звезд. Где-то ухала сова, и тревожно щебетали вспугнутые Морэф птицы.

— Как она найдет нас в такой темноте? — сказала Катя. — Может, просто спрятаться, переждать? Как раз они проскачут, а мы потихоньку доберемся до Грани.

Но тут же стало понятно, что спрятаться не удастся: по лесу разнесся громкий лай.

Василий ударил кулаком по стволу дерева.

— Собаки! Вот черт!

— Что, за нами опять гонятся? — жалобно спросил измученный Эйфи. Мальчик задремал, прислонившись к дереву, а теперь вот надо было снова бежать.

Яно рванул Катю за руку и почти волоком потащил за собой. Девушка чувствовала, что силы ее на исходе.

Она все время отставала, спотыкалась, тщетно пыталась защитить от колючих веток лицо. Больше всего на свете она боялась выпустить его руку, но оборотень держал ее крепко. Позади трещал валежник, и громко лаяли псы, взявшие след. Морэф травила беглецов по всем правилам охоты.

— Я больше не могу, — простонала Катя, хватаясь за бок. Яно остановился, не выпуская ее руки. На них с разбегу налетел Василий.

— Это вы? Что стоим? Кого ждем? А, вот и Плюха.

Иван, тяжело дыша, вел Грэм и Эйфи.

— Ну что, все в сборе? Никто не потерялся? — спросил Кропотов.

Лиц стоящих рядом разглядеть было невозможно: Катя различала спутников только по голосам. Василий заявил:

— Все, надо уходить врассыпную. Иначе нас загонят, как зайцев. А, Вань? Ты с Грэм налево, Катя с Яно направо, а мы с Эйфи пряменько. А Фоз пусть сам решает, к кому присоединиться. Все, с Богом.

Катя с Яно остались одни. Девушка оглядывалась, тщетно пытаясь сообразить, куда им предстоит бежать. Было так темно, что понятия верх-низ и право-лево утратили смысл. Только улюлюканье рыцарей Морэф и факелы, которыми они освещали дорогу, подсказывали, с какой стороны движется погоня.