Русский калибр (сборник) - Пётр Разуваев

– Быстро одевайся, – шёпотом, одними губами произнёс я. – Пришли наши друзья.

Она сразу всё поняла и, бесшумно спрыгнув с постели, бросилась к своей одежде. За это время я успел натянуть брюки, кинуть белую футболку в сумку, достать оттуда оба автомата и пистолет. Даже носки, и то не достались врагу. Сержант Вуцик, когда-то обучавший меня подъёму за 45 секунд, мог бы сейчас мной гордиться. Бронежилет я, не раздумывая, бросил Паоле.

– Надевай! – Она замешкалась и получила чувствительный шлепок ниже пояса.

– Быстро! – рявкнул я шёпотом и протянул ей один автомат. В том, что Паола умеет им пользоваться, я уже убедился.

В коридоре что-то едва слышно скрипнуло, словно резиновая подошва неловко скользнула по мраморной плитке, устилавшей пол. Ручка двери бесшумно повернулась, и в этот момент я нажал на спусковой крючок. Короткая очередь с оглушительным треском вспорола деревянную поверхность. С той стороны раздался короткий вскрик, и в комнату ввалился кто-то, одетый во всё чёрное. Добрая половина пуль нашла свою мишень. Метнувшись к зияющему дверному проёму, я у самого выхода нырком упал на пол и, перекатившись на спину, с двух рук открыл огонь, вычищая коридор справа и слева от себя. В пистолете патроны закончились раньше. Сунув его за пояс, я подхватил короткое помповое ружье, оставленное в наследство первым «гостем», и, пригнувшись, выглянул в коридор. Тишина. Резко пахло пороховыми газами, но в остальном экологическая ситуация была вполне приемлемой. В дальнюю часть коридора я палил совершенно напрасно, зато справа, недалеко от того места, где начиналась лестница, на светлом каменном полу лежала «нечто», отдалённо напоминавшее человеческую фигуру. На всякий случай я шарахнул туда из трофейного «Benelli». Если этот парень выживет после прямого попадания из дробовика, я буду за него только рад.

– Паола? – Она сразу же оказалась рядом со мной. – Бегом к Давиду и синьоре. Сейчас я перепугаю эту сволочь и пойду вперёд, через двор. Вы – за мной. Понятно?

Она кивнула и, ловко перехватив оружие, проскользнула мимо меня, направляясь к соседней комнате. Почти одновременно с ней в коридоре появилась непривычно молчаливая и какая-то взъерошенная синьора Лонги, а в глубине комнаты мелькнул приметный даже в темноте череп Давида. «Тылы и обозы» ущерба не понесли. Разом успокоившись, я быстро переместился к лестнице, на ходу одним движением перезарядив дробовик. Смена позиций оказалась весьма своевременной, встречали меня как очень дорогого гостя – длинной автоматной очередью, из-за глушителя выглядевшей как серия плевков и шлепков по стенам и потолку. Плохие парни уже вовсю штурмовали лестницу. Мельком погоревав о скудности своего арсенала, я разрядил вниз ружьё, передёрнул, выстрелил снова. Грохот эта штука производила оглушительный, но и эффект от её применения не заставил себя ждать – снизу, из магазина, до меня донеслась отчаянная ругань.

«Вот вам, синьоры, и вся конспирация…» – злорадно подумал я и, чуть помедлив, выстрелил туда ещё раз. Наступала самая ответственная часть феерии – пора было сматывать удочки. Рим – вовсе не глухая деревня, и, несмотря на врождённую тупость итальянцев, полиция в столице работала достаточно чётко. У нас в запасе оставалось всего несколько минут. У нападавших, впрочем, тоже. Привлекая внимание спутников, я махнул им рукой и первым бросился на кухню, а оттуда дальше, через короткий коридор к лестнице во двор. Едва войдя в этот дом, я по привычке сразу же изучил все возможные пути отхода, и сейчас мои знания пригождались на сто процентов. Из чистой предосторожности выпустив короткую очередь в закрытую дверь, я сильным ударом ноги вышиб замок и осторожно выглянул наружу. Темнота, пустота – с этой стороны нас явно не ждали. Моё мнение о ночных визитёрах, и без того достаточно дурное, скатилось до откровенного презрения. Быстро сбежав по лестнице, я на мгновение остановился, изучая особенности ландшафта сквозь застеклённую дверь. Сразу за ней располагался маленький внутренний дворик, поросший аккуратно подстриженной травой. В дальнем, левом от меня углу виднелось что-то вроде примитивной «альпийской горки», между двумя чахлыми деревьями был натянут гамак. Спрятать в этом «живом уголке» засадный полк было решительно негде. С другой стороны – если бы я собирался штурмовать дом синьоры Лонги, то первое, что пришло бы мне в голову, так это посадить способного автоматчика на крышу. Вполне достаточно, чтобы держать под контролем весь двор. А если вдобавок послать пару бойцов на соседнюю улицу, присматривать за выходом… Оставалось надеяться, что сейчас я самый умный в этом районе.

– Рысью – марш! – шёпотом скомандовал я по-русски и на всякий случай добавил уже по-французски: – Если я спокойно добегу до той стороны – следуйте за мной. Сначала – синьора, потом Давид. Паола?

Она выглянула из-за плеча Давида, возбуждённо поблёскивая глазами.

– Ты пойдёшь последней. Если что – стреляй не раздумывая. Всё. С Богом.

Давид перевёл ошалевшей от свалившегося на неё приключения пожилой синьоре мои последние слова, и та, поспешно кивнув, несколько раз истово перекрестилась. Не дожидаясь, пока крестное знамение коснётся и моего чела, я бережно открыл дверь. Окинув беглым взглядом крыши домов, хорошо освещённые яркой луной, и не обнаружив на них ничего подозрительного, я мысленно взмолился Инари и, петляя, бросился через двор. Определённо, никто из нападавших не мог тягаться со мной в стратегии и тактике. Я совершенно спокойно добежал до аналогичной двери напротив и взмахом руки подал знак замершим в ожидании спутникам.

Давид был уже на полпути, когда Паола открыла беглый и совершенно беспорядочный огонь. Похоже, «плохиши» перегруппировались и решили добиваться результата любым способом. Задев меня плечом, тяжело дышавший Давид влетел в небольшой вестибюль, второй выход из которого вёл на соседнюю улицу. Я буквально разрывался на две части, и каждая из этих частей нуждалась в десятке глаз и парочке автоматов. Нас вполне могли поджидать на улице – деревянная дверь отнюдь не гарантировала безопасного тыла, а с другой стороны – по двору сломя голову неслась Паола, и её обязательно нужно было прикрывать от огня преследователей, которые вот-вот могли возникнуть на пороге. Они и возникли, но девушка уже была совсем рядом, предоставив мне тем самым идеальную позицию для стрельбы. Расстояние не превышало двадцати метров, и первого выскочившего наружу человека я скосил мгновенно, одной короткой очередью. Добавив шума и звона выстрелом из «Benelli», явно заряженного патронами со стальной дробью, я захлопнул за Паолой дверь и, резко развернувшись, ринулся по широкому коридору в противоположную сторону, к выходу, на бегу увлекая за собой всю компанию. Синьора Лонги наконец пришла в себя, и за моей спиной слышалась её быстрая и громкая речь. Но вдаваться в детали мне было некогда и, высадив последним остававшимся в дробовике патроном замок, я резко рванул дверь на себя. Тут же прижавшись на всякий случай к стене.

Времени на выжидание и планирование не оставалось. Вой полицейской сирены приближался, и нужно было быстро шевелить ногами, чтобы потом не раздавать автографы в участке. К сожалению, «плохишам» также не оставалось ничего другого, кроме как тупо следовать за нами. После того как была вскрыта дверь, прошло уже секунд тридцать, и, уповая в основном на собственное везение и глупость противников, я героически выскочил наружу. Но – ничего страшного не произошло. Обычная улица, кривая и грязная, точь-в-точь как уже знакомая мне Via Berrani. Только возле поворота, там, где начинался глухой и высокий забор, на мгновение промелькнуло какое-то тёмное пятно, мелькнуло и – пропало. Я решил, что мне просто показалось. Уж больно противно было думать о невидимом в темноте снайпере, который, гнусно хихикая, целится сейчас мне в спину. Окликнув свою «команду», я быстро двинулся вдоль череды стоявших под домами машин, методично дёргая за дверные ручки. Вообще-то автомобили в Италии угонять не принято, поэтому мне повезло почти сразу. Призовой номер достался новенькому серому «Гольфу», в котором отродясь не бывало никакой сигнализации и прочей ерунды. А заводить машину без ключа я умел почти так же хорошо, как и с ключом. Распахнув заднюю дверку, я с «Узи» в руках завис над машиной, ожидая, пока мои спутники заберутся внутрь. Давид уже шмыгнул на заднее сиденье, Паола собиралась последовать его примеру, и только тут я заметил отсутствие синьоры Лонги.

– Где няня? – рявкнул я на Паолу, толчком помогая ей войти в салон. От приданного мною ускорения она не удержалась на ногах и буквально врезалась в съёжившегося в углу Давида.

– Она сказала, что останется там, у неё был ключ от квартиры соседки, как раз из этого дома, так что она в безопасности, – ответил за Паолу Давид. От избытка чувств я плюнул на историческую мостовую.