Офисные записки (СИ) - "Кьяза"

— Пап, у меня тут все равно ничего теплее нет.

— А это тепло?

— Тепло. Папа, я уже проследила свою эволюцию от студентки до десятиклассницы. Сейчас могу заплести две косички и на выставку пройти по детскому билету.

— Неплохая экономия, доча. Ладно, поехали.

Выставка была очень интересной, Акварель, классические сюжеты, теплые оттенки, словно в противовес унылости снаружи. Почему то я вспомнила, что Вишневский говорил, что рисует и акварелью. Надо будет попросить показать его. На секунду я замерла, смотря сквозь осенний пейзаж. День пройдет, ночной поезд. Завтра. Надеюсь он приедет до того, как все появятся. Ну хоть немного побыть в его руках.

— Очень красивый пейзаж, — раздался вкрадчивый голос сзади, — а используемые цвета словно отражаются от ваших волос.

Я обернулась. За спиной стоял приятный молодой человек с модной трехдневной небритостью. Стильная одежда в серой гамме, только более сдержанного фасона перекликалась цветовыми решениями с моим обликом.

— Простите? — решила я все же уточнить.

— Меня привлекло ваше лицо. Так тонко чувствовать пейзаж дано не каждому.

— А, — глубокомысленно заметила я и улыбнулась, — а вас не смущает что мне нет еще восемнадцати?

— Вы прекрасно выглядите, я даже удивился, что столь юное создание так чувствует искусство.

Он присмотрелся и удивленно присвистнул:

— Разноцветные глаза. Это потрясающе! Послушайте, я прошу вас, я должен написать ваш портрет.

Может прозвучало и от чистого сердца, но я поморщилась недовольно.

— Извините, меня мама с папой ждут.

— Вам правда нет восемнадцати?

— Я же сказала. Простите.

Сбежав от растерявшегося молодого человека, я поспешила к родителям, ехидно улыбающимся.

— Ну что? — спросил отец, — когда познакомишь?

— С кем? С ним? Да я его сама не знаю. Ходят тут всякие, к малолеткам пристают.

Родители рассмеялись. Мы уже все вместе досмотрели экспозицию. Уже на выходе, мама задержалась возле афиши, просматривая, что планируется. Я посмотрела на часы, осталось уже полдня и ночь.

— Пойдем пообедаем? — предложил отец, — тут классическая кухня, можно поесть без изысков.

— Хорошая идея, — обрадовалась мама.

— Только к нам присоединится чуть позже один человек. Ландыш, ты не против?

— Нет, а кто?

— Наш очень хороший друг.

— Я его знаю?

Отец замешкался, и ему на помощь поспешила мама:

— Возможно, мы долго не общались. Впрочем, пойдемте, я голодна.

Ресторан был выдержан в стиле сдержанной современной классики и находился прямо в отеле, где и располагалась выставка. Высокие потолки, светлые тона, тихая музыка и ненавязчивый сервис. Приятная атмосфера, умиротворяющая. Наши куртки мы сдали в гардероб, папа предложил устроиться в одной из ниш у окна. Мы успели сделать заказ, когда отец решил продолжить разговор.

— Ландыш, Витя сказал, что у тебя появился поклонник.

— Я пока не готова говорить об этом. Единственное могу сказать, что мужчина серьезный, уважительно относится ко мне. И он старше меня.

— Он тебе нравится? — мама улыбалась.

— Да, мне с ним хорошо. Дайте мне время.

Отец усмехнулся, затем посерьезнел:

— Ландыш, знаешь, что мы с мамой почти с рождения дружили. Потом вот… поженились. Но у нас был еще один друг. В общем мы втроем все время вместе были и… Черт, Карина, ты откуда взялась?!

Я обернулась. За моей спиной стояла красивая женщина. Эффектная брюнетка в черном платье внимательно рассматривала меня. Недоумевая, почему стала причиной такого пристального внимания, все же вежливо поздоровалась:

— Добрый день.

— Ну здравствуй, — пропела она и перевела взгляд на родителей, — Мил, Лена, даже удивительно, что с вами тут встретилась.

— Карина, не поверишь, но я тоже не рад встрече, — отец поднялся.

— Да я и не сомневаюсь.

Карина устроилась на стуле возле меня.

— Я не приглашал тебя, — с угрозой в голосе произнес отец.

— Я поговорю с девочкой и уйду. Даже забавно, судя по всему детка не знает, что стала разменной монетой в ваших играх. Вот только я не поняла, кто из вас главный игрок. Вы, отдавшие дочь в качестве залога дружбы, или он, решивший так отомстить.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Карина, заткнись, — прорычал отец.

— Простите, а вы кто? — не выдержала я.

— К сожалению, это моя бывшая жена. Добрый день, господа, извините что опоздал.

Меня спасло лишь то, что я сидела. Мне даже оборачиваться не надо было, я знала, кто облокачивается на мой стул.

— Вит, объясни мне, что здесь делает Карина? — потребовала мама.

— Лена, прости, я сам пока не в курсе, однако надеюсь узнать из первых уст. Здравствуй, ты как всегда прекрасна. Мил, добрый день, рад видеть. Карина, я просил предупреждать о визитах в Россию.

Вишневский ловко развернул стул от соседнего стола, ставя его между мной и Кариной. Он сел словно невзначай прикрывая меня от бывшей жены. Игнорируя остальных повернулся ко мне и улыбнулся:

— Здравствуй, Ландыш.

Я понимала, что из всех только я ничего не знаю, и меня злило. Но его появление не могло не обрадовать. Он сидел слишком близко, я чувствовала его парфюм. Терпкий запах обволакивал, сводя с ума.

— Что происходит? — спросила его.

— Сейчас разберемся, милая. Все будет хорошо.

— Это вас родители имели в виду, говоря о госте?

— Да. Потерпи немного, сейчас все узнаешь. Кофе, пожалуйста, — обратился он к подскочившему официанту.

Вишневский положил руку на спинку моего стула, словно обозначая свои права на меня, повернулся к остальным и обратился к брюнетке:

— Итак, Карина, я хочу знать, каким обстоятельствам обязан лицезреть тебе в России?

* * *

Витольд вышел из такси, рассматривая здание перед собой. Нужный ему ресторан был внутри. Он уже вошел внутрь, когда замер. От стойки отеля в сторону ресторана шла бывшая жена. Витольд надеялся что обознался, однако это Карина, как всегда эффектная, стильная красивая. но не вызывало в нем никаких других чувств, кроме недоумения. Он не уточнял у Аниэлы, звонила ли им мама, но сейчас был недоволен. что Карина не приехала к дочери. Наверно, опять решила, что это детские капризы и неприятности только закаляют. Все же Карина была слишком строгой матерью. Через мгновение он осознал — жена шла в сторону ресторана, где обедала Ландыш с родителями. Однако. Он достал телефон и набрал номер. Ему ответил приятный мужской баритон на французском:

— Мсье Вишневский? Неожиданно, но я рад звонку.

— Эмери, здравствуй. Надеюсь, что не отвлекаю.

— Ну что ты, я сам хотел звонить.

— Правда? С удовольствием поговорю, но позже. Ты в курсе, где Карина?

— Конечно, мы в России, в Санкт-Петербурге. Карина осталась в гостинице. Я же в музее Фаберже. Завтра собирались посетить Москву, заодно встретиться с тобой.

— Мы можем ускорить встречу, — жестко ответил Витольд, наблюдая, как Карина устраивалась за столиком возле Ландыша, — твоя жена срывает мне важный обед. Мы в ресторане Sevilla отель Sokos на Биржевом. Забери ее, Эмери.

— Витольд, чем тебе помешала Карина?

— Эмери, я прошу.

— Выезжаю.

Витольд сбросил звонок и направился к столику, где назревал скандал. Он вмешался, вклиниваясь за столик между Кариной и Ландышем. Внешне спокойный, внутри он злился на бывшую жену, которая именно сейчас решилась покопаться в грязном белье. Все же женская логика не поддается пониманию. Зачем ей через тридцать лет, когда они уже расстались, когда она вновь замужем, ворошить старое. И как на все отреагирует Ландыш? Сейчас он уже не был уверен, что его поймут. Он повернулся к девушке и не удержался от улыбки. Школьница, старшеклассница. И эти два бантика. А может плюнуть на всех и увести ее отсюда? Как паучку, в укромный уголок, купить мороженое, пирожные. И целовать, потому что ему обещали. Гумберт и Лолита.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Что происходит? — спросила она его, настороженно следя за ним.

Не отшатнулась, не сердилась. Доверяла и ждала ответа..