Мертвая пехота - Юрий Погуляй

К сожалению, из-за проклятого тумана инсектоиды подобрались слишком близко. Первые волны уже вошли в слепую зону турелей. Визгливо заработали дальнобойные разрядники снайперов, загремели установленные в стенах пулеметы.

— Сбивайте «плевак»! В первую очередь вести огонь по этим червякам-переросткам! — заорал он в передатчик, молясь, чтобы стрелкам хватило ума и без его команды первыми выбивать артиллерию инсектоидов.

— Челноки продолжат снижение. Это приказ Эндрю, — пришел ответ из рубки «Рывка». Прямой связи с боевым лордом у стратега не было. — Нам необходимо обеспечить высадку и прикрыть их.

— Он спятил? Мы находимся под атакой! — не сдержался Элай.

— Мне так и передать? — спокойно поинтересовался безымянный связист. — Ту часть, про «спятил»?

Ловсон сдавленно рыкнул и со всех ног побежал к шлюзу в челнок.

Оказавшись в рубке, он первым делом приказал вывести на экраны то, что происходило на северном и восточном участках. Жуки перли лавиной только с одного направления, и солдаты пока еще сдерживали их без труда. Докатываясь до стен, тараканы скапливались внизу, сучили хитиновыми лапами, забираясь друг на друга, и пытались таким образом преодолеть высокие стены цитадели. Бойцы Элая отстреливали их сверху. В паре мест, у пулеметных гнезд, дымились камни, разъедаемые слюной «плевак». Прямо на глазах Ловсона «выстрел» жука накрыл воина в легком доспехе. Тот даже закричать не успел: рухнул как подкошенный, и часть его, наверняка, растворилась прежде, чем оружие коснулось камней.

Мерзкая отрава царит в желудках этих получервей.

Турели били по площадям, вслепую. В тумане расцветали зеленоватые грибы их разрывов. Хорошо, что здесь, в рубке «Рывка», не слышна сама битва. На выжженных болотах звучала знатная какофония: взрывы, писк гибнущих жуков, проклятья солдат и стрельба-стрельба-стрельба.

Неподалеку от одной из башен тараканам удалось создать живую лестницу, и один «драчун» оказался на стене. Семифутовая тварь набросилась на солдат, без труда разрывая их доспехи жвалами и зазубренными лапами. Жук крутился в безумном танце, истребляя оказавшихся рядом людей.

Чьим-то взрывом смело живую пирамиду тараканов, отчего «драчун» остался без поддержки. А затем со второго периметра на тварь бросился боец в усиленном скафандре. Элай с удивлением узнал Рудольфа.

Ловур за несколько секунд пересек сто ярдов стены, сбив с ног нескольких солдат, неудачно попавшихся ему на пути, выхватил энергетический палаш и бросился на инсектоида.

— Святой Лоден, да просто застрелите вы его, герои хреновы! — процедил Элай, забыв, что никто из солдат его не услышит.

Таракан метался по стене, ускользая от выстрелов. Пара разрядов случайно зацепили своих же, и Ловсон грязно выругался, а затем жук словно почуял противника. Обернулся к ловуру, встал на дыбы, подняв в воздух смертоносные конечности, и тут Рудольф прыгнул.

Офицер уклонился от удара инсектоида, проскользнул под жвалами и в два движения палашом развалил «драчуна» пополам, а в следующий миг будто забыл про таракана. Отвернулся, вешая оружие обратно на пояс. Задняя часть жука, перебирая лапами, рухнула на камни, отползла в сторону обрыва и свалилась вниз.

Рудольф же перехватил разрядник и ринулся закрывать образовавшуюся в обороне брешь. Элай завистливо вздохнул. Он тоже хотел бы сейчас находиться там, в бездумном, яростном бою.

Туман вдруг забурлил, и из пустоты на тараканов набросилась магия Храмов. Из-под прогоревших болот наружу рвалось нечто огромное, чудовищно уродливое. Сама земля вздыбилась под ногами жуков, выплевывая из себя белые, серые и черные валуны, связанные волшебством в единое целое. Над стенами крепости, медленно втягивая в себя ручьи камней, поднимались гигантские големы Элементиума.

Где-то там, на первом периметре, работали жрецы стихийной школы. И хорошо, надо сказать, работали!

На других сторонах все по-прежнему было тихо. И это казалось более чем подозрительно.

— Эрзарх, на связь! — рыкнул на командной частоте Ловсон.

— Эрзарх на связи, дор стратег, — тут же отреагировал ловур.

— Челноки продолжают снижение. Обеспечь им эвакуацию на базу! Но если ты пропустишь хоть одного таракана, клянусь, переведу в «Фанатики» рядовым!

— Слушаюсь, дор стратег! — молодцевато ответил Джулиан.

— Будь начеку. Ракеты видел?

— Видел, дор стратег! Не волнуйтесь!

— Работай, Джулиан.

Элай бросил взгляд на мониторы. Големы бродили вдоль стен цитадели, растирая тараканью массу в зловонную слизь. В рубке то и дело раздавались восхищенные возгласы. Редко кому удавалось увидеть работу Элементиума, несмотря на то, что этот храм не менее древен, чем знаменитый Медикариум. Из свежих веяний, которым не было, наверное, и тысячи лет, оставался набирающий силу Ксенорус, но сейчас эти школы остались не у дел. За стенами крепости царила магия Элементиума, невидимая в мирное время и несокрушимая на войне.

Атака тараканов захлебнулась. В тумане мелькало намного меньше теней, чем в самом начале. Големы при огневой поддержке солдат быстро расправились с тварями у стен и, тяжело ступая, побрели на север, нещадно давя каждого встреченного жука.

На востоке, юге и западе так ничего и не произошло. Один из бонусов при борьбе с тараканами — их неорганизованность. Но про неожиданные ракеты из леса забывать не стоило. Где-то поблизости затаился другой враг. Коварный, умный, осторожный.

Не нужно быть гением, чтобы понять: Воннерут и его люди совсем рядом.

Но атаки так и не случилось, если не считать за нее безумное самоубийство тараканьей волны о стены цитадели. Войска Эндрю Безымянного успешно высаживались на планете и, прикрываемые подразделениями Эрзарха, втягивались под защиту высоких стен.

Одними из самых первых прибыли двое клириков Медикариума вместе с многочисленной свитой различных мортов-помощников. Оба выглядели более чем древними, и марш-бросок по выжженным болотам дался им не просто. Солдаты в эскорте заметно нервничали, рыская стволами по сторонам и едва ли не подгоняя старичков, а те торопливо семенили к далеким стенам, делая, на взгляд Элая, все возможное.

Ловсон встретил их на подъеме к третьему периметру, почти в самом сердце базы. Служители устало поприветствовали стратега, поинтересовались, где им можно расположиться. Элай не ответил. Только сейчас до него дошла вся серьезность ситуации. Перед ним находились люди, которые могли помочь Наре. Помочь здесь и сейчас, а не через какое-то гипотетически бесконечное время. Почему-то даже когда жрице стало плохо, он так и не подумал что придется выбирать между своим благополучием и здоровьем Нары.