Никто не узнает - Ника Лисовская

— То, что ты называешь юбкой, даже не закрывает края чулок! Это сексуально только в телевизоре, в жизни это смотрится вульгарно. Я приглашаю тебя погулять и хочу, что бы ты выглядела, как нормальная девушка, а не как дешевая проститутка. Я понятно все объяснил? И еще — я надеюсь в твоем гардеробе есть такая деталь одежды, как лифчик, потому что эту штуку хорошо бы надевать под такие дырявые, как этот, свитера!

— Конечно, дорогой, ты всегда все так хорошо объясняешь… — проговорила Машка, медленно проводя язычком по своей чуть вздернутой верхней губе.

Лиса начинали бесить эти вульгарные ужимки пятнадцатилетней девочки.

И все же она надела вместо юбки джинсы, надела под черный ажурный свитер красный бюстгальтер, соорудила из волос стильную прическу, припудрила лицо, подкрасила ресницы, тронула губы прозрачным блеском и, сбрызнувшись духами с густым сладким ароматом, обернулась к Лису:

— Идем?

В коктейль-баре "Соул" Машка была сама неприступность, было этоизлишне наигранно, что бы сойти за чистую неприступность была несколько наигранной, что бы сойти за чистую монету. Машка дразнила Лиса и огрызалась в ответ. Она поднимала все его слова на смех и ничего не желала воспринимать всерьез. Лис уже не знал чем ее пронять. Ему необходим был серьезный разговор!

— Машенька, — он улыбнулся на столько ласково, на сколько умел и взял ее за руку. — Ты обижена на меня, я знаю, и я прошу у тебя прощения. Я делаю это искренне, потому что я на самом деле сожалею о том, что все случилось вот так.

— Знаешь, — у Машки был мечтательный тон, а в глазах — насмешка, — у меня знакомый был — Ваня. Так он весь в пирсинге ходил. Говорил, что если через все его дырки, пропустить веревочку и дернуть, так он сам у себя отсосет!

Машка смотрела на Лиса, наслаждаясь произведенным эффектом. Он же сейчас боролся с желанием схватить эту маленькую дрянь за ее рыжие, торчащие в разные стороны волосенки, и как следует приложить лбом о столик. Так, что б мозги брызнули в разные стороны.

— Маша, — Лис старался быть спокойным. — Я тебе о своих чувствах рассказываю, а ты мне про какого-то Ваню…

— Ты мной попользовался! — отчеканила Машка.

— Я хочу все исправить. Очень хочу. Я хочу, что бы ты стала моей девушкой, что бы у нас было все серьезно. Я хочу, что бы ты поняла, как я на самом деле отношусь к тебе.

— А я уже поняла, как ты ко мне относишься! — улыбнулась она, торжествующе глядя Лису в глаза. — Ну! Сегодня я тоже смешная?!

Лис вновь улыбнулся обаятельно и как бы искренне.

— Да, — сказал он. — Особенно сейчас! Ты такая смешная и милая малышка, каких я в жизни не встречал!

Сомнительный комплимент, сказанный с хорошо имитируемым стеснением и восторгом произвел на Машку впечатление гораздо большее, чем все вышесказанное. Она молчала. В ее взгляде читались радость и недоверие. Она мечтала услышать от Лиса такие слова, но когда услышала…

— С чего это все, Лис? То есть я хочу знать — ты в самом деле хочешь, что бы… Что бы мы… Ну, чтобы мы… Встречались? — ее речь прерывалась взволнованными вздохами. — Гуляли, целовались…Все такое… Лис, я что-то не могу поверить.

Она была умна, эта малышка, но Лис не сдавался.

— Я много думал. О тебе. О нас. Я хочу что бы было так, как ты сказала, но еще я хочу помочь. Я могу тебе помочь, я это чувствую.

— Не понимаю о чем ты, — нахмурилась девушка. Она вытянула свою ладонь из горячей руки Лиса и сделала несколько глотков своего сине-зеленого коктейля.

— Я знаю, что ты летишь вниз по наклонной, прямо в бездну. Я хочу помочь тебе, вытянуть из этого. Ты же мне помогла когда-то. Я знаю, что если не я, то никто. Ты очень хорошая. Настоящая. И по этому я хочу, что бы ты была рядом.

— Странный ты, — покачала головой Машка. — То посылаешь, то зовешь. Еще и такими словами… Прямо, как в кино. Не верю я тебе, Лис. Почему-то совсем тебе не верю…

— Я не хотел говорить об этом, но мне важно, что бы ты поняла. Элина ушла и оставила пустоту, а я не могу так. Мне нужно, что бы ты была рядом. Ты и больше никто, потому что ты понимаешь меня, веришь, хоть и стараешься это скрыть и… Может, это любовь?

От последней фразы Машку словно током ударило. Вздрогнула. Кровь прилила к щекам и сердце забилось чаще. Девушка с шумом потянула коктейль из трубочки.

— Лис… Я не знаю. Я хочу казать, что не знаю и никак не могу придумать, почему именно я?

— Это не важно. Просто скажи — да.

Он смотрел на нее своими синими завораживающими глазами.

— Да, — сорвалось с Машкиных губ и она отвела взгляд.

— Спасибо, — улыбнулся Лис и взяв девушку за руку, поцеловал запястье, пахнущее сладкими духами. — Но, теперь нам нужно обсудить еще кое-что.

— Хорошо, — Машка таяла от счастья прямо на глазах. Казалось — она сейчас со всем согласится.

— Я хочу встречаться с хорошей девочкой которая не пьет, не курит, не шатается по клубам одна или в окружении непонятных людей, не принимает наркотики, — Лис улыбался, но глаза у него оставались серьезными, даже холодными.

— Я никогда не откажусь от того, от чего можно получить кайф, — пришла в себя Машка.

— А если я стану единственным кайфом в твоей жизни?

Лис чувствовал, что его слова не далеки от истины, что немного внимания и нежности и Машка откажется ради него, Лиса, от чего угодно.

После того вечера в клубе Глебу хотелось как-то загладить свою вину перед Миленой. Не то что бы он по уши встрял в какие-то романтические чувства, нет, просто считал сложившуюся ситуацию очень и очень щекотливой. Милена не должна была знать о Насте, как и Настя не должна была знать о Милене. Глеб отлично усвоил одно правило — все девушки, даже если у них не все в порядке с головой, любят воображать себя единственными если не во всем жизненном пути, то, по крайней мере, в "здесь и сегодня", а Глеб допустил в "сегодня" непростительный промах. Пусть Милена и сделала вид, что нет никакой Насти и не позволила себе упрекать Глеба в чем бы то ни было, все равно хотелось показать себя с самой замечательной стороны. Дать Милене понять, как много она для него значит. Намного больше, чем какая-то самовлюбленная блондинка.

Глеб был настроен более романтично, чем Лис. Он решил сделать Милене сюрприз. Навел справки у знающих людей и поехал встречать ее из института. Все получалось очень красиво — он подогнал свою красавицу "BMW" почти к самому входу, вышел из машины, стал рядом с букетом из семи крупных белых роз в руках.

Впечатление он производил колоссальное. Особенно интересовались им студентки — каждая смотрела на него с восхищением и любопытством. Наиболее любопытные останавливались поодаль, сбивались в стайки, с явным намерением дождаться и посмотреть на ту счастливицу, которой это все предназначалось.