Двое непутевых. Русальная неделя - Надежда Сергеевна Сакаева

В каком-то оцепенении, я действительно села на кровать. Папа, чуть подобревший, ушел на кухню делать чаю, а мама принялась рассказывать, как и обещала.

Оказалось, двадцать лет назад моим родителям принесли меня. Накануне до этого они как раз обсуждали, что хотят усыновить ребенка, сидя на даче возле прудика. А на следующий день, в том же прудике, появилась я в люльке. Ну прямо как Моисей, которого тоже прибило к берегу.

Родители, конечно, хотели пойти в полицию, но сперва порылись в корзинке, где я лежала. И обнаружили там записку, а еще готовые документы, в которые им только оставалось вписать имена.

В общем, на семейном совете было решено меня присвоить и никуда не обращаться, ведь иначе, чем чудом, случившиеся они назвать не могли.

— Но это не объясняет того, что вы знали о моем происхождении… — проговорила, смаргивая слезы.

Если честно, до последнего не верила, что я действительно неродная. Я ведь на них даже похожа!

— В колыбельной была записка, — мама поднялась и полезла в ящичек с документами.

Интересно, почему я эту записку не видела, если сама там много раз шуровала?

Ага, понятно — она лежала среди квитанций, куда не заглядывала.

Мама протянула мне эту записку, и я принялась читать про себя:

«Люди, надеюсь вы станете хорошими родителями для нашей малышки. Она необычная девочка, она — сказочное создание, которое мы отдаем вам ради ее спасения. Берегите ее и не говорите правду раньше, чем придет срок. Дайте ей то имя, которое посчитаете нужным, ведь враги из волшебного мира не должны ее найти. Пусть она растет простой человеческой девушкой, а в двадцать лет вы откроете ей правду, потому что в этом возрасте ей придется вернуться в сказочное измерение. Но даже там она будет под защитой, а пока время не пришло, подарите ей тепло, любовь и заботу, которое не можем дать мы».

— То есть из всех возможных человеческих имен вы выбрали Мирабелла? — спросила я, окончив читать письмо.

Нет, конечно, в голове вертелись совсем другие вопросы:

Кем были мои биологические родители?

Почему они оставили меня?

Каких врагов стоит опасаться в сказочном мире?

Что же случилось, и кто я такая?

Вот только, боюсь, у мамы все равно нет на них ответов.

— Ну, нам хотелось, чтобы хотя бы имя у тебя было волшебное, — пояснил вернувшийся с чаем отец.

Волшебное, ага. Скорее, идиотское. Не счесть, сколько раз за всю жизнь я произнесла: «Пожалуйста, только не Белла!». И если в садике еще было норм, то потом вышел фильм про вампиров и понеслось…

— И вы вот так, без доказательств, поверили в существование какого-то сказочного мира, волшебства и магии? — скрестила руки на груди я.

Если да — то мои родители просто неисправимые мечтатели.

— Ты не понимаешь, Мира, — покачала головой мама. — Само твое появление в то время, когда мы так сильно этого хотели… оно уже являлось чудом. Да и документы… мы боялись, что они окажутся поддельными, но нет… К тому же, кроме записки в колыбельке лежало еще и это…

В руки мне вложили очередной конверт.

Вскрыв бумагу, обнаружила внутри маленький медальон в виде круглого камушка на цепочке, который светился всеми оттенками синего и зеленого.

Вау… красиво.

— Это… — я выудила свое наследство, принявшись внимательно его рассматривать.

— Мы не знаем, что это, но наверно тебе никому не стоит его показывать, как и распространяться об этой истории, — развел руками папа. — А теперь скажи, если тот парень говорил о сказочном мире, значит он пришел оттуда? Кто он? Он не может быть одним из врагов, упоминавшихся в записке?

— Без понятия. Но скорей всего вряд ли, он ведь мой ровесник…

— Откуда он взялся?

— В лесу повстречала. Он оборотень.

— Оборотень? — вскинула брови мама, прижав ладошку ко рту и явно вспоминая все, что слышала о волках.

Судя по лицу, слышала она только плохое.

— Он не укусил тебя? — забеспокоился папа, внимательно меня оглядывая.

— Нет, — хихикнула. — Только сожрал весь холодильник. Вообще он забавный, рассказал мне много интересного.

— Нам жаль, что это сделал он, а не мы, — мама взяла меня за руку. — Просто мы ждали, что на твой двадцатый день рождения что-то случится и будет повод… но ничего не случилось. Никаких искр, фейерверков, или волшебного письма…

— Вообще-то письмо пришло, только совсем недавно. Меня приглашают обучаться в какую-то дурацкую Академию… — скривилась. — Типа все сказочные создания должны проходить основной курс, и раз я теперь тоже… в общем, первого сентября меня переместят в волшебный мир.

— А магия в тебе проснулась? Ты узнала, кто ты? — уточнил папа.

— Я…

— Нет-нет, — перебила меня мама. — Дай попробую догадаться. Ты принцесса фей с уникальным даром?

И она мечтательно зажмурилась.

Да уж, кому-то явно надо меньше смотреть мультики. Сколько лет, да все туда же… Еще что-то про моего плюшевого мишку возмущается.

— Нет, — покачала головой. — Я русалка. А из особого дара у меня только хвост и жабры, если вдруг меня сильно намочить.

— Русалка? Но ты ведь до сих пор воды боишься…

Спасибо, а то не знаю.

— И хорошо, что боюсь, — проговорила вслух. — А то представь, какой бы тебя сюрприз на море ждал.

— Русалка, — хмыкнул папа. — Понятно теперь, почему мы нашли тебя в пруду. Ну, хорошо, хоть не оборотень.

— И то верно, — кивнула.

Все же в волка обращаться мне хотелось даже меньше, чем отращивать хвост.

— Ладно, раз мы поговорили и все выяснили, значит теперь надо готовиться к твоему поступлению в эту волшебную академию… — протянула мама. — Надеюсь, там не носят мантии? А то я без понятия, где их покупать.

Глава 4

Закончив разговор, мама перешла к делу, потащив меня по магазинам.

Сборы в эту самую таинственную Академию заняли весь остаток лета. Мама волновалась, что мне может не хватить вещей, или что вещи, которые я возьму, испарятся из-за их неволшебности, или их и вовсе порвет на куски какой-нибудь чудо-юд.

В чем-то я ее сомнения разделяла — сама ведь там ни разу не была, а значит точно не могла знать, что меня ожидает. Эх, жаль, что папа Мишу выгнал — тот бы явно пару советов полезных дал.

Но нет, оборотень как ушел, так больше и не возвращался.

Состояние у меня все эти дни было странно-подвешенным. С одной стороны, я была вроде как рада, что мне не пришлось врать о том, куда исчезну, или выдумывать какие-то глупые отговорки. Да и если честно, готовиться к учебному году,