Култи (ЛП) - Запата Мариана

Дженни пнула меня ногой под столом.

* * *

Они не шутили, когда говорили, что команда получит больше внимания из-за немецкого игрока, ушедшего в отставку. То, что обычно было тихим и скромным событием для игроков, теперь было событием, с парковкой переполненной арендованными автомобилями и несколькими фургонами новостных каналов. Долбаные фургоны. Когда я подъехала, на стоянке уже собралась небольшая группа людей. В некоторых девушках я узнала игроков, но остальные были незнакомы: журналисты, репортеры, блогеры и, возможно, даже поклонники Култи. И хоть я и надеялась на то, что поклонников будет больше, чем журналистов, особого оптимизма по этому поводу не испытывала.

Это даже не начало тренировок. Сегодня мы просто должны были сдать наши ежегодные медицинские тесты и спортивные нормативы. Как всегда, прежде чем начнутся настоящие тренировки, необходимо было получить допуск. Ничего особенного, но в этот раз там было так много людей…

Чувство тревоги скрутило желудок, и я сделала глубокий вдох, чтобы избавиться от этого ощущения.

На самом деле, это не сработало.

Сделала еще один глубокий вдох, потом еще один, и к третьему я уже стояла на парковке. К счастью, нервы удалось успокоить настолько, что я смогла выйти из машины и не выглядела так, будто меня сейчас стошнит. Примерно через пять секунд после того, как вытащила свою сумку из багажника, я услышала.

— Касильяс!

Проклятье моей жизни.

— Сал Касильяс! У вас найдется минутка для меня? — раздался мужской голос.

Я перекинула сумку через плечо и огляделась. Увидев мужчину, отошедшего от группы незнакомцев и машущего мне, я почувствовала, как желудок сжался. Я приклеила улыбку на лицо и помахала в ответ. Никто не виноват, что я чувствовала себя неловко и тревожно перед камерой.

— Конечно, — убежденно ответила я. Сдача тестов начнется только через двадцать минут, но мне все еще нужно было подготовиться.

— Как поживаете? Я Стивен Купер из «Спорт Дейли». — Мужчина поприветствовал меня рукопожатием. — У меня только несколько вопросов, если вы не возражаете.

Я кивнула.

— Начинайте

— Я буду вести запись, чтобы задокументировать. — Он показал мне записывающее устройство, которое держал в руке, и нажал кнопку запуска. — Чего вы больше всего ожидаете от этого сезона? — спросил он.

— Я действительно с нетерпением жду, когда он начнется. У нас есть несколько новых игроков и сотрудников, и я рада их видеть в команде. — Тот факт, что я говорила, как хорошо подготовленный человек, а не как человек, который вот-вот наложит в штаны, заставил меня гордиться собой.

— Как вы относитесь к тому, что Рейнер Култи нанят помощником тренера «Пайперс»?

Это был тот же самый вопрос, на который я ответила во время адовой пресс-конференции несколько дней назад.

— Мне все еще сложно в это поверить. Я в восторге. Думаю, здорово, что у нас появился кто-то с таким большим опытом. Уверена, это нам поможет.

— Он не лучший выбор тренера, вам не кажется?

Я засунула руки в карманы, когда почувствовала, что они становятся липкими. В большинстве случаев я прекрасно справлялась с интервью, но время от времени они превращались в бомбы замедленного действия. Я позорилась, говоря в ответ несуразицу больше раз, чем могла сосчитать. Конечно, это не помогало мне преодолеть свой страх перед интервью, и он выползал каждый раз, когда мне приходилось отвечать на вопросы.

— Ситуация изменилась, но в этом нет ничего плохого. Култи не просто так называли «Всемирным Игроком Года» больше раз, чем кого-либо другого. Он знает, что нужно, чтобы быть лучшим, и к этому стремится каждый игрок. Кроме того, я думаю, несправедливо ставить под сомнение его состоятельность, прежде чем мы дадим ему шанс проявить себя, — ответила я.

Журналист недоверчиво посмотрел на меня, как будто думал, что я несу полную чушь, но спорить со мной не стал.

— Разумеется. Каков ваш прогноз на этот сезон? «Пайперс» снова намерены попасть в финал?

— Таков наш план. — Я улыбнулась ему. — Мне нужно идти, если только у вас нет еще одного вопроса.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Хорошо. И еще один: есть ли у вас планы снова присоединиться к сборной в ближайшее время?

Я открыла рот и стояла так секунду, прежде чем закрыть его. Я качнулась вперед на пятках и потерла ладони о шорты.

— Я не планирую этого в ближайшее время. Сейчас я хочу сосредоточиться на нашем национальном чемпионате. — Я с трудом сглотнула и протянула ему руку. Секунду спустя я уже шагала к полю, наблюдая, как несколько других девушек разговаривают с разными репортерами. Еще двое журналистов окликнули меня, но я отказалась, извинившись. Мне нужно было разогреться, прежде чем начнется наша оценка и сдача нормативов.

* * *

Сегодня мы в течение часа были заняты бегом на короткие дистанции. Затем подтягивания и отжимания на выносливость верхней части тела, и третий круг ада — бесконечные приседания. Это форма пыток, которую злобная старушенция или, говоря официально, тренер по фитнесу разработала недавно. В некоторых это действительно вселяло ужас, но я не имела ничего против нашего комплекса упражнений. Это было весело? Нет. Но я много и упорно тренировалась весь год, чтобы не задыхаться и не хрипеть уже в первой половине игры на поле, и мне нравилось быть самой быстрой в команде. Можете подать на меня в суд за это.

У меня были причины стараться и работать усерднее, чем остальные. Я была быстрой, но не становилась моложе, и моя больная лодыжка с годами тоже не становилась лучше. Вдобавок, мое травмированное колено было проблемой в течение последнего десятилетия. Мне приходилось компенсировать это тем, что в первую очередь я заботилась о своем здоровье, никогда не расслаблялась и не принимала ситуацию как должное.

Я только сбросила с плеча свои вещи на краю поля, когда это, наконец, произошло.

Это.

— Ох. Мой. Бо-о-ог, — произнесла одна из девушек, с которыми я не была знакома, что внезапно заставило меня внимательно осмотреться. Я увидела его. Он был здесь. Здесь.

О, черт. Я погибла.

Все сто восемьдесят семь сантиметров с каштановыми волосами — пятикратный «Всемирный Игрок Года» — был прямо там и разговаривал с тренером команды по фитнесу, злой старой ведьмой, которая не знала жалости.

О, кажется, я потеряла связь с собственным разумом. Я протянула руку, чтобы убедиться, что мои волосы не завились за те пять минут, что вышла из машины, а затем остановилась. Что, черт возьми, я делаю? И тут же опустила руку. Меня никогда не волновало, как я выгляжу, когда играю. Ну, меня в принципе редко заботило, как я выгляжу, и точка. Пока волосы не падали мне на лицо, а подмышки и ноги были выбриты, я была в порядке. Я выщипывала брови пару раз в неделю, и у меня была большая любовь к натуральным маскам для лица, которые я делала сама, но обычно это и были все усилия, которые я прилагала для своей внешности. Люди спрашивали меня, почему я нарядилась, если я надевала джинсы. Настолько все было плохо.

На последнее свидание я нанесла бальзам для губ и надела повязку на голову, а теперь поправляла волосы. Офигеть.

Для протокола и ради собственной гордости, я думаю, что никогда в своей жизни не вела себя как обезумевшая фанатка. Думаю, я немного краснела при встрече с несколькими футболистами. И однажды, когда мне было четырнадцать лет, на концерте Джастина Тимберлейка, он коснулся моей руки, и я слегка лишилась чувств... но это все. Но видеть мастера управления мячом, стоящего на краю футбольного поля в сине-белой тренировочной футболке и спортивных штанах, было просто... слишком.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Просто. Слишком. Много.

Рейнер Култи кивнул в ответ на слова старой садистской ведьмы, и я почувствовала себя... странно.

К моему абсолютному ужасу, моя внутренняя тринадцатилетняя девочка, та самая, которая планировала выйти замуж за этого парня и родить ему детей, играющих в футбол, проснулась и напомнила мне, что она где-то рядом. Я готова был поклясться жизнью, что мое сердце сжалось, и одновременно с этим вспотели подмышки. Лучший термин для описания того, что со мной происходило — шок. Полный шок.