Любовница - Анджела Дрейк

В первый раз Джорджиана воспользовалась услугами агентства сразу после возвращения Ксавьера из турне по Штатам, во время которого она так неожиданно покинула его. Было условлено, что нанятую девушку включат в число двенадцати гостей, приглашенных на ужин. Девушка должна была присутствовать также на коктейле перед ужином и, в случае если у Джорджианы возникнут сомнения насчет ее пригодности, обязана тактично уйти по кивку хозяйки, прежде чем гости перейдут в столовую. Ее вознаграждение будет выплачено полностью независимо от того, останется ли она на ужин и для выполнения последующих обязанностей с Ксавьером. Джорджиана считала это условие весьма разумным, поскольку оно давало ей свободу относительно ее проекта, свободу от беспокойства или чувства вины, если нанятая девушка окажется не вполне соответствующей ее требованиям.

В действительности все оказалось лучше, чем Джорджиана могла вообразить. Девушка оказалась спокойной, сдержанной и обаятельной и вполне непринужденно чувствовала себя в том изысканном обществе, которое собралось в гостиной Джорджианы.

Красота девушки была холодной и сдержанной, в классическом английском стиле. На ней было элегантное платье строгого покроя, минимум украшений и совсем немного косметики. И у нее были длинные прямые светлые волосы, которые так обожал Ксавьер. Наблюдая за ней, Джорджиана видела в ней отчасти свое отражение двадцатилетней давности. Но хотя между ними и было немало сходства, Джорджиана с удовольствием отметила, что она все же имеет преимущество перед более молодой женщиной. Джорджиана по праву гордилась своим лицом с высокими скулами, которые делали ее неоспоримо красивой на все времена. Она считала это особым подарком природы. Она замечала, что женщины с такими чертами хорошо смотрятся даже в пожилом возрасте. Большинство же молодых женщин выглядят хорошенькими благодаря округлым щечкам и пухлым губкам, и вся их миловидность исчезает после сорока лет.

Джорджиана распределила места за столом таким образом, чтобы приглашенная девушка оказалась слева от Ксавьера, который сидел во главе стола. Сама она сидела на противоположном конце, деля внимание между генеральным секретарем Совета по искусству и почитателем Ксавьера из числа членов королевской семьи.

Стоя сейчас с Элфридой в ожидании прибытия гостей, Джорджиана вызвала в памяти смешанное чувство нервозности и напряженного ожидания, которое она испытывала, наблюдая, как на протяжении традиционного английского ужина с седлом барашка и яблочным тортом приглашенная девушка мягко обольщает ее мужа.

Она вспомнила свою записку, которую незаметно вложила в руку Ксавьеру в тот момент, когда дамы покидали столовую, оставляя мужчин пить портвейн.

Это было любовное послание, в котором она писала, как она обожает его, как хочет сделать его счастливым и как будет рада, если он сможет получить то удовлетворение, которое она не может ему дать, с молодой гостьей, специально приглашенной на ужин. Она сообщала, что проведет эту ночь у своей подруги и дом остается в его полном распоряжении. Она умоляла его не сердиться на нее. Она верная и любящая жена и поступает так из совершенно чистых побуждений. Но если ее поступок все же рассердит его, она надеется, что он простит ее. И так далее, и тому подобное.

Это было хорошее письмо, подумала Джорджиана, как раз рассчитанное на мужчину типа Ксавьера – истинного романтика, который будет тронут нежностью ее послания. Конечно, он должен был понимать, что она не вполне искренна, и мог не согласиться на ее великодушное предложение. Но у нее было предчувствие, что муж не будет шокирован и не станет осуждать ее.

Однако Джорджиана находилась в состоянии напряженного ожидания, пока мужчины не присоединились к дамам в гостиной. Один лишь взгляд на лицо Ксавьера сказал ей, что все хорошо. Он не был сердит на нее, наоборот, удивлен и заинтригован. Он как бы принимал правила игры.

Образ Ксавьера и молодой красивой женщины, обнаженных, в объятиях друг друга, возбуждал Джорджиану гораздо больше, чем ее собственный сексуальный опыт. Она почти не спала эту ночь, представляя их в постели, воображая сцены страсти и нежности, от которых ее сердце начинало учащенно биться.

Когда на следующий день она вернулась домой, Ксавьер выглядел спокойным, отдохнувшим и дружелюбным и предложил ей провести с ним короткий отпуск в Сен-Тропезе, на ее любимом курорте.

Молодая женщина исчезла. Он не упоминал о ней. Все могло бы ограничиться этим случаем. Но Джорджиана чувствовала, что выросла в глазах мужа. Он оценил ее заботу, ее воображение и такт. Она избавилась от ощущения своей неполноценности как жены, наоборот, видела в себе в некотором роде героиню: женщину, которая не побоялась ради своего мужчины пойти на риск, переступить границы условностей.

Она решила, что он захочет повторения этого опыта, хотя, быть может, не слишком часто. Джорджиана была довольна: ей казалось, что она нашла золотое решение. Каждая следующая встреча, которую она организовывала, еще больше усиливала ее возбуждение и удовлетворенность.

Сегодняшний вечер должен был стать особенным не только потому, что это день рождения Ксавьера, но и потому, что молодая женщина, которую наняла Джорджиана, оказалась гораздо красивее, чем все, кого она приглашала раньше.

Джорджиана пожелала встретиться и побеседовать с несколькими возможными кандидатками. Она оценивала каждую в отдельности, приглашая пообедать с ней, угощая изысканными блюдами и своим любимым белым бургундским вином.

Все они были очаровательны, но девушка, которую выбрала Джорджиана, стояла особняком от других. Она была удивительно похожа на саму Джорджиану стройной фигурой, элегантностью и женственной грацией. У нее были темно-синие глаза и нежный, красивый голос. Но главным было ощущение особой ауры, исходящей от нее. Глядя на нее, было трудно поверить, что она не из старинного аристократического рода.

Джорджиана расспросила ее о работе. Девушка отвечала со спокойной прямотой, объяснив, что ее клиенты – джентльмены в полном смысле этого слова, что она не испытывает чувства стыда по поводу своей работы, считая ее сродни искусству, и что ее годовой доход в пять раз превышает сумму, которую она бы имела, работая учительницей в соответствии с полученным образованием.

Все это произвело впечатление на Джорджиану.

– Вы мне подходите, – с холодной решимостью сказала она девушке в конце обеда. Она вручила ей конверт с банкнотами высокого достоинства, – Это персонально от меня. Я хочу заранее поблагодарить вас. Свое вознаграждение вы получите в агентстве, как обычно.