Наша последняя ошибка (СИ) - Кавейк Дианелла

Ревность больно кольнула моё склеенное сердечко. Мурашки пробежались от головы до пят, подпуская ближе грусть с потоком слёз. Рыжая довольно улыбнулась и нагнулась к парню, чтобы бесцеремонно впиться губами. Я резко развернулась на сто восемьдесят градусов и направилась к метро.

— Стой, Амели, — где-то вдалеке крикнул Валентин, но я не собиралась останавливаться после такого концерта. Больше не будет в моей голове ни единой мысли о прощении этого животного. Вот это мужчина с плотным графиком, ведь он успевал не только со мной побыть, но и покувыркаться с Розалией, да ещё и завести себе несколько любовниц. Успешный человек! Я хмыкнула своим мыслям, смахивая непрошенные слёзы, которые никак не могли иссякнуть.

Прошло пять дней, но я не смогла научиться жить без него. Конечно, мозгами понимаю, что это вполне возможно, но меня сковало чувство одиночества, и я не в силах вырваться из этих пут. Да, нужно больше времени, но силы исчезают без восстановления. Я пробиралась сквозь толпу спешащих людей. Метро — это такое небольшое место для выживания, ведь никто не знает, сможешь ты протолкнуться в вагон или останешься ждать следующий поезд. Двери шевелились из стороны в сторону, ожидая нового посетителя метрополитена. Я находилась на станции «Политехнический институт», который относится к красной линии, но мне нужно было сделать пересадку на станции метро «Хрещатик», чтобы добраться до «Контрактовой площади».

Тихий стук каблуков прерывал звуки уходящего поезда, пока я спускалась по мраморным ступеням. Слёзы перестали заслонять мне дорогу, а внутри образовалась всепоглощающая пустота. Казалось, что природа сотворила чёрную дыру, которая засасывала позитивные эмоции, приятные воспоминания, выдавая взамен опустошенность. Неплохой обмен, но приведёт ли он меня к счастью?

Каждый человек заслуживает это «счастье», и для человека это слово имеет разное значение. Кто-то мечтает зарабатывать миллионы и думает, что наступит момент богатства, который и принесёт ему блаженное состояние счастливого человека. Теперь за обычную бумажку продаёт девушка своё тело, оскверняет душу. Никто не ценит человечности и чувств, которые так сложно раскрыть в себе, увидеть что-то особенное. Зачем развиваться и узнавать что-то новое, ведь мужчины не обращают внимания на таких девушек? Пустышки намного интереснее своей красотой, фотками в инстаграме и модными вещичками. Глупая девушка не станет что-то спрашивать и требовать поговорить с ней на какие-то действительно важные темы. Достаточно дать телефон или ноутбук — всё, вопросов вообще не последует, ведь её мозги будут полностью заняты социальными сетями.

Мой мир был заполнен одним человеком, которому я хотела посвятить себя. Родить от него детей, даровать им ту любовь и ласку, которую когда-то в огромных количествах получал их отец. Что мне теперь делать?

зашла в полупустой вагон метро, что довольно странно для этой оживлённой станции, но мне это только на руку. Люди что-то тыкали в своих смартфонах, не обращая внимания на кого-либо.

Глава 8

Чужая мне, тебе чужой…

И нашей в этом нет вины.

Но каждой боли есть предел

и смерть — единственный удел

Уильям Шекспир

Я махнула рукой на предупреждение и продолжала мучать себя мыслями. Как же не хочется жить в этом мире… Я пошатнулась от этого предложения и серьёзно задумалась. «В чём же мой смысл жизни на данный момент?» — это не давало мне покоя, и пришлось долго обдумывать вопрос, посматривая в окно. Хотелось бы найти хоть какой-то ответ, чтобы зацепиться, как за спасательную ниточку, которая сможет вытащить меня из этого положения. Голос назвал мою станцию метро, и пришлось продолжать дорогу на ватных ногах. Тело двигалось по инерции, а голова перестала здраво мыслить. Нет, она вообще забыла об этом функционале.

«Я не хочу жить так», — сказала про себя несколько раз, поднимаясь по ступенькам на «Контрактовую площадь». Жизнь утратила краски после жестокого предательства со стороны любимого человека. Каждая новость болезненно переносилась сердцем. Я почувствовала, как оно быстро бьётся. Этот стук болезненно пульсировал в голове, создавая непонятные шумы без возможности расценивать картинку адекватно. Мои руки ухватились за мостовое ограждение. Днепр бушевал из-за сильного и прохладного ветра. Я, словно пиявка, ещё сильнее присосалась к мостовому ограждению, будто это единственное, что меня держало на этой земле.

«Я никому не нужна», — пронеслось в моей голове и засело паразитом. Жить, чтобы видеть ежедневно довольное лицо Розалии, которая такая же двуличная мразь, как и бывший парень. Наблюдать за их идиллией, слушая жаркие поцелуи на большой перемене? Нет, я не хочу так жить. «Так измени что-то в своей душе, стань лучше, сильнее, чем ты есть», — диктовал второй внутренний голос, но я не понимала, что мне нужно сделать для этого. Нет, я не хотела понимать, даже думать не могла об этом. Развиваться дальше без него? Просыпаться каждое утро без него? Одиноко таращиться на парочки и не иметь возможности обсудить что-либо без него? Нет-нет-нет, я не хочу этого.

Я тяжело вздохнула и перекинула стройную ногу через перила. Ветер с новой силой подул так, словно хотел заставить меня перешагнуть обратно. Никакой силе небесной не хватит аргументов, чтобы уговорить меня жить дальше. Говорят, что человек сам должен хотеть чего-либо, чтобы этого достичь. Так вот — да, на этом моё прекрасное путешествие по тропинке первого курса закончится. Отношения закончатся. Жизнь оборвётся, когда я свободной птицей отправлюсь в тихое забвение. Да, я никогда больше не увижу грёбанного Валентина с его свитой девушек низкого социального статуса. Никогда больше мои мысли не заполонят наше расставание, и пустота исчезнет. Нет, я стану этой всепоглощающей пустотой. Никто меня не сможет полюбить, как и я никого. Сердце билось только ради одного мужчины, и тот меня предал… Больше нет сил слышать оправдания.

Весенний ветер ударил в лицо, ранивший чувствительную кожу. Больше не будет этого периода, когда формируется доверие в отношениях, ведь их тоже не будет. Смерть — это моя свобода от всего и сразу.

Я взмахнула длинными золотистыми волосами, давая ветру возможность расчесать их своим потоком. Даруя несколько секунд, чтобы принять в свои ласковые объятия прежде, чем я рискну прыгнуть в небытие. Руки немного затрясло, и пришлось взяться за причудливые узоры ограждения, сделав небольшой наклон вниз. Я последний раз вдохнула освежающий аромат озона, совершенно забыв о дожде.

— Ты действительно хочешь сделать это? — я испуганно пошатнулась, услышав довольно приятный, бархатный мужской голос.

Я прищурено поглядывала на молодого парня в классическом пальто, который слишком внимательно разглядывал моё испуганное лицо. Руки дрожали, но цеплялись за ограждение моста, чтобы не упустить этот таинственный взгляд. Чёрные глаза насквозь пробирали душу, пытаясь отыскать все раны сердечные, дабы залечить их действенным способом.

— Ты действительно хочешь сделать это? — черноволосый парень терпеливо повторил вопрос, удивлённо изогнув такого же оттенка бровь.

— Что? — я исследовала его лицо, не понимая, чего от меня ожидает услышать человек, который больше похож на какого-то детектива.

— Умереть, — коротко ответил он, всё ещё ожидая ответ на свой вопрос. Удивительно, но парень взаимно разглядывал меня, не спеша что-то предпринимать. Тело покрылось сотнями мурашек, только совсем не от холода. Глаза его медленно просматривали каждый сантиметр кожи, который только можно было увидеть. Сердце отбивало чечётку, забывая о приличном темпе. Кажется, что он заметил эту странную реакцию, но не смутился, а лишь внимательнее осмотрел моё местонахождение на краю моста.

— Да, — одними губами промолвила я, словно выдыхая ответ. Он услышал то, что я сказала, хоть и был достаточно далеко. Черноволосый не спеша шагал ко мне.

— Да? — парень опёрся об ограждение и спокойно посмотрел мне в глаза.