Раздели со мной вечность - Лина Гилберт

- Хоть и на том спасибо.

Серьезно? Я только, что сказала спасибо парню, который сказал что я выгляжу, как стриптизерша? Я точно ненормальная.

Бог не скупился, и сейчас я была уверенна, что у него была встреча с одноклассниками, где они не просто хорошенько выпили, а еще и арбузом закусывали. Струйки воды стекали по моему лицу, словно я встала под душ. Вода капала с подбородка и скатывалась по шее вниз к ложбинке между груди, что вызвало во мне мелкую дрожь и я поежилась.

Это не ускользнуло от…

- Как тебя зовут?

- Данкер. – Парень снял с себя кожаную куртку, и закинул мне ее на плечи, задев при этом мою грудь. Мои соски, тут же набухли.

- Эй, ты только что сделал не очень приятно Мэрлин, - я указала  пальцем на правую грудь.

- Ты дала имена своим грудям? – протянул он и скептически подняв свою идеально очерченную бровь.

- Что? Ты имеешь что-то против, - я посильней закуталась в его куртку, - думаю, мне пора домой.

Единственная моя нормальная мысль за этот вечер.

Я подошла ближе к дороге и начала голосовать.

- Постой, как зовут твою вторую грудь?

- Какая разница, ты и так уже обидел их. – Я стала подпрыгивать, чтоб хоть одно такси заметило меня.

- Скажи мне ее имя и я извинюсь, - я слышала как он улыбается.

- Нет! Отстань от меня.

- Ну, пожалуйста! Скажи, и я отстану, - не унимался он.

- Питер, ее зовут Питер!

- Ты серьезно? Как человека паука? - он заливался хохотом.

- Я думала ты удивишься почему мужским именем.

Наконец хоть одна машина остановилась. Парень из такси открыл мне дверцу приглашая сесть. Какой джентльмен.

- Кому ты дала еще имя из своих частей тела? – Данк облокотился на открытое окошко и с улыбкой уставился на меня.

Таксист послушно ждал.

- Ну… Мою левую бровь зовут Эрика.

Данкер улыбнулся и покачал головой, после чего отошел на пару шагов и одними губами произнес:

- Рад был познакомиться.

- Я тоже, - также тихо прошептала я.

      глава 6.

          - Сошла ли я с ума?

          -  Думаю у всех свои тараканы в голове.

Зайдя в двери фае, я ни кого не увидела в главном холе. Что-то очень странное. И где хотя бы один журналист или парень из группы? Неужели никого? Даже как-то обидно стало.

Я уже надеялась на серьезный разговор и долгие уговоры, а тут.

Консьержка до сих пор была на месте. Старушка сидела за своим огромным столом, ее ноги были закинуты на один из табуретов, а взгляд устремлен в маленький телевизор, который висел на стенке.

Казалось она была полностью сосредоточенна на сериале, а судя по всему это была экранизация с участием Натальи Орейро, и не заметила меня, но когда я проскользнула мимо нее к лифту, она меня остановила:

- Лорен, для тебя оставили записку.

Что? Записку?

- Парень передал прежде чем уйти, а это было… - она сделала вид будто что-то считает в уме, - примерно три минуты назад. Вы разминулись, - на ее губах заиграла теплая улыбка, когда она протянула мне бумажку.

- Спасибо Лили.

К моему удивлению, лифт приехал очень быстро, и так же быстро уехал.

Прежде чем зайти в квартиру, и опять поругаться с Алексом, я хотела прочитать, что написано в записке, поэтому опустилась на холодные бетонные ступеньки. И очень странно, что мою кожу не обожгло холодом.

И только тут до меня дошло, что я до сих пор в куртке солиста Данкера. Надо будет вернуть ее ему.

Я развернула записку и прочла:

«Завтра в 19:00 в кафе на углу вашего дома. И прошу не дай мне повода пожалеть об этом».

Странный этот парень, он не пробовал просто созвониться со мной и договориться о встрече. Думаю, любой нормальный человек так и сделал бы. Но видимо он к таким не относился.

- Лорен, - послышался взволнованный мужской голос.

Я подняла голову и увидела хмурящееся лицо Алекса, он приоткрыл дверь, давая понять, что теперь мне бежать не куда.

И мне ничего не оставалось делать, как зайти в квартиру.

***

За весь вечер, мы не проронили не слова. Алекс пытался избегать разговоров со мной, но украдкой кидал на меня злобные взгляды. Весь его вид выдавал, что он ревнует. Причем очень сильно.

Как он догадался, что я была в клубе, понятия не имею. Он заставил меня прочистить желудок, прежде чем лечь спать, и теперь в моем животе, все бабочки начали превращаться обратно в гусениц, причем очень быстро и одновременно.

Несколько раз, мне приходилось подниматься с кровати, и бежать на встречу к керамическому трону, с которым после обжималась в течение долгого времени.

Я уже стала подозревать, о том, что унитаз является одним из моих лучших друзей, когда в очередной раз вернулась в туалет.

После очередной попытки отчистить свой желудок до конца, у меня появилась ужасная изжога, и мне пришлось выпить литровую банку вишневого компота, который уже немного забродил.

Когда я вернулась в постель, Алекс дышал медленно и глубоко. Он умел притворяться спящим, поэтому я и малейшего понятия не имела, спит он или нет.

Но когда я придвинулась к нему ближе, он отполз на край кровати, что означало две вещи: он до сих пор не спит, и все еще дуется.

Проворочавшись в постели в течение нескольких часов, я поняла, что у меня опять началась бессонница, и смысла мне пытаться уснуть просто не было.

Бесшумно соскользнув с постели, я тихо пробралась к барной стойке и попыталась налить себе кофе. И сейчас я очень жалею о том, что кухня находится не отдельно от гостиной.

Чтобы не разбудить любимого, мне пришлось переместиться в комнат (которая по идее, должна служить нам спальней), в которой теперь располагался наша маленькая библиотека и огромная кровать.

У меня до сих пор не укладывается в голове, почему Алекс хочет, чтобы я бросила музыку, или хотя бы ушла в другую группу. Мне кажется, лучше быть бедным и счастливым, чем богатым и несчастным. Почему я не могу добиться чего-то хорошего в нашей группе?