Путевой светлячок - Ольга Гусейнова

Хем не отрываясь смотрел на леди Азарэль, которая села в экипаж и на мгновение выглянула в окно, чтобы в последний раз взглянуть на своих родственников. Мальчик, протянув ручку, рванулся к ней и уже открыл рот, чтобы что-то закричать. Но эла Хлоэль одной рукой крепко прижала его к себе, а второй — закрыла ему рот, суетливо оглянувшись и проверив, нет ли свидетелей этой сцены.

Заметив мое любопытство, она стушевалась и потащила мальчика в свою карету. Мне показалось, что в этот момент из ребенка будто выкачали воздух, он весь обмяк и равнодушно поплелся за женщиной.

Я перевала взгляд на леди Азарэль и непроизвольно передернулась. Страдания мальчика не вызвали у нее сочувствия, скорее — отвращение и раздражение. Стоило родственнице с мальчиком скрыться за дверьми кареты, как та с явным облегчением крикнула вознице:

— Трогай!

Поймав мой презрительный взгляд, едко усмехнулась и задернула штору. Я же сейчас поняла, что эта дама и мальчик по имени Хем — не чужие друг другу и гораздо ближе, чем Хлоэль. Возможно даже это его мать. От этой мысли и увиденной сцены, стало еще горше, и сострадание к Хему заполнило сердце. Бедный, остался один в таком возрасте…

Неожиданно на мое плечо легла тяжелая ладонь. Лорд Сиэль тихо спросил:

— Вы готовы, леди Хельвина?

В ответ лишь тяжело вздохнула, кивнула и с его помощью поднялась в салон кареты. С этого дня мое прошлое остается здесь, а будущее начинается.

Четыре дня в пути могут вымотать кого угодно, не говоря уж обо мне, путешествующей на большое расстояние впервые. Первые сутки я усердно улыбалась, слушая очаровательную Ариэль, но вскоре скулы начало сводить судорогой от зевоты, стоило той открыть рот, а глаз — нервно подергиваться. Моей аристократической выдержки и вежливости хватило ровно на одни сутки, а дальше с утра до вечера я читала взятый с собой учебник по магии жизни, которой владею, и учила раздел по целительству, которое мне лучше всего дается.

Кроме того, забрала из дому очередной дамский роман, правда, в этот раз повезло найти старый томик о темных эльфах. Видимо книга оказалась в поместье отца вместе с мамой, еще до моего рождения.

Героиней романа была совсем уж слабая и беспомощная темная эльфийка, которую все время спасает темный эльф из соседнего, но, к сожалению, враждующего клана. Причем спасает из глупейших ситуаций. То бедняжка в яму упала по колено и выбраться не может — саури мешает, а раздеться — правила приличия не позволяют (вот бы прочитали об этом чопорные, но не обходящие стороной любые, даже сомнительные развлечения светлые). То злая собака загнала девушку в лес, и она там погибает от голода (а о том, что в лесу ягоды и грибы растут, которые есть можно, она, в принципе, не знает). То гроза напугала бедную девушку до икоты, и все лекари справиться с этим «недугом» не могут, и лишь мужественный темный эльф — главный герой — скромным поцелуем длиной в пять страниц избавляет от напасти, тем самым прекращая многовековую вражду между кланами. А в качестве кульминации романа — коварный демон похищает героиню из лона семьи с явным намерением сделать ту своей парой (в романе почему-то писалось, что все демоны поголовно мечтают жениться на темных эльфийках, что вызвало у меня раздражение и насмешку: да уж, на такой женишься — поседеешь раньше времени), но главный герой не дремлет. Возникает вопрос: когда он там не только работать умудряется, но хотя бы — поспать, если героиня столь невезучая?

К концу романа я уже не переживала за влюбленных, а старалась тихонько хихикать в кулак, чтобы внимание Ариэль не привлекать. Но девушка услышала и поинтересовалась:

— О чем читаете, леди Хельвина?

Я передала ей потрепанный томик, чтобы та сама выяснила, а не я пересказывала содержание романа. Ариэль повертела его в руках, а потом, прочитав название и несколько первых страниц, увлеченно заговорила:

— О, я читала этот шедевр. Отец привез мне из прошлой миссии такую же книгу. Не правда ли, великолепный роман? Героиня с такой сложной судьбой и мужественный герой.

Вот тут меня уже смех до слез разобрал, пришлось закрыть рот ладонью, чтобы не всхлипывать, но Ариэль поняла это по-своему.

— Как я вас понимаю, — с придыханием и, закатывая глаза, произнесла она, — я так же сильно расчувствовалась и долго не могла успокоиться. Такие сильные чувства, сложные отношения, с нетерпением жду того момента, когда увижу территории темных своими глазами. И хотя многие знакомые леди предупреждали об опасности, говорили о том, что эти темные — настоящие звери…

В этот момент взгляд Ариэль натолкнулся на мой хвост, мохнатый кончик которого постукивал о пол кареты, вытирая с него пыль. Девушка смутилась, вытаращила на меня свои изумрудные, явно в отца, глаза и, прикрыв рот ладошками, приглушенно зашептала:

— Ой, простите меня, пожалуйста, леди Хельвина. Я не хотела вас никоим образом обидеть, наоборот, счастлива участвовать в этом путешествии на исконные земли темных. Папа часто рассказывает про ваши обычаи, образ жизни и восхищается мужеством мужчин и красотой, и утонченностью женщин.

Я снисходительно махнула рукой, останавливая поток извинений:

— Леди Ариэль, не переживайте. Я сама впервые еду в клан дедушки и, так же как вы, воспитана в лучших традициях светлых, и знаю о родителях мамы только понаслышке. Так получилось! Брачное соглашение моих родителей вынудило папу отправить меня к дедушке в клан. Он сильно переживает, но поделать ничего не может. Честь рода превыше всего!

Не знаю, что толкнуло меня на вранье, но так захотелось оправдать отца, а может самой поверить в то, что говорю, да и впечатлительную восторженную собеседницу смущать ни к чему.

Светлая участливо посмотрела на меня, наклонилась и погладила по моей руке в тонкой шелковой перчатке. Но Ариэль долго переживать о чем-то вряд ли способна и вскоре вновь защебетала, а я впервые с искренним интересом слушала:

— Папа сказал, что в каждой сказке есть большое зерно истины. Я не совсем поняла, что он имел в виду. Но оказывается, в этом романе многое — правда. Вы представляете, леди Хельвина?

Ариэль округлила глаза и таинственно посмотрела на меня, а потом почти шепотом продолжила:

— Папа уже третий раз возглавляет ежегодную дипломатическую миссию. Его восхищает мужество наших темных собратьев, — она смущенно пояснила, — ну, это отец так считает.

Затем глубоко вдохнула и, наверняка копируя отца, вдохновенно продолжила говорить:

— В наше время, когда высшие расы теряют способность и желание к размножению, когда низшие: люди, арути, жалкие гномы бесконтрольно плодятся и захватывают все новые территории, теряют страх и уважение перед высшими, нам всем надо сплотиться. И вместе стоять на защите наших интересов, в конце концов, лишь хвост и клыки отличают темных от светлых, разве нельзя не обращать внимание на некоторое несовершенство?