Дракон - Евгения Кондырева

Друзья не узнали голоса Фиджина, когда он заговорил.

– Скажи, дядя, какую цену ты заплатил за договор с Повелителем Драконов?

– Это не твоя забота, племянник.

– Я хочу понять, почему отец не сделал то же самое?

– Каласту была ненавистна даже мысль о том, что Ломрат перестанет быть свободным герцогством. Глупец, кому нужна эта никчемная свобода?

– Мне. – Фиджин встал. – Пойдёмте, друзья, – просто сказал он.

– Ты пожалеешь, племянник!

– Может быть, но я, лорд свободного герцогства, никогда не стану вассалом дракона.

Никто не помешал им выйти из замка, хотя Криш каждую секунду ожидал, что вот-вот раздастся топот ног за спиной, их схватят и бросят в темницу. Оказавшись на улице, он вдруг почувствовал, как от напряжения у него свело шею. Криш посмотрел на лорда. Тот низко надвинул капюшон, но ловчий мог поклясться, что у Фиджина на глазах блестят слёзы.

– А здорово ты его, ваша светлость. – Криш покрутил головой. – Хотел бы я ещё разочек посмотреть на Дюрена, когда ты сказал: «Мне». – Он зашёлся в беззвучном смехе. – Честное слово, я думал, что Правящий лопнет от злости! «Мне»!

– Наследник Аткаса, – пробормотал Фиджин. – Великие Небеса, Наследник Аткаса! – во весь голос засмеялся он.

И глядя на друзей, засмеялась Эши.

Ночь продолжалась.

Путники решили задержаться в городе до утра, купить одежду и пищу, а затем двигаться на юг через Вердату.

На рыночной площади не стихало веселье, и друзьям едва удалось найти свободное место под полотняным навесом возле телег с сеном. Не успели они устроиться, как громко затрубили трубы и люди расступились, освобождая место отряду стражников.

– Ведут! Ведут!

– Сейчас начнётся, – довольно сказал пожилой горожанин.

– Кого ведут? – осторожно спросил Криш.

– Бродячих артистов. – Мужчина смачно плюнул. – Сейчас сам всё увидишь.

Снова послышались трубы, и вперёд вышел глашатай со свитком в руках.

– Горожане! Слушайте указ Правящего лорда Аткаса. «Отныне каждый бродячий артист, фокусник или иной комедиант, который войдёт в наш славный город, будет подвержен принародному бичеванию, а затем брошен в темницу…»

– Во имя всего святого, – прошептал Фиджин, – что здесь творится? Чем помешали ему комедианты и циркачи?

– «…уличённые в укрывательстве или помощи оным, будут наказаны вдвое против них, а их имущество продано с торгов. Такова воля Правящего Аткаса.

Если же в городе обнаружится маг, сиречь колдун, то надлежит этого мага немедля заковать в цепи, чтобы тот не причинил вреда горожанам. Спутников и укрывателей мага предать немедленной смерти, дабы не сеяли в народе страх и смуту. За поимку же мага будет дана особая награда в золотых деньгах. А прочий пришлый люд, кроме торгового, не должен задерживаться в городе более двух дней.

Так повелел Правящий лорд Дюрен и сего числа руку к тому приложил».

Толпа одобрительно загудела.

Стражники расступились, и друзья увидели горстку отчаянно жмущихся друг к другу людей в костюмах бродячих артистов. Впереди, презрительно щурясь, шёл молодой человек в мантии фокусника. Острый конец пики то и дело упирался ему между лопаток, заставляя двигаться быстрее.

Процессия остановилась, и глашатай снова развернул список. Это был приговор.

– Канатной плясунье Эльхе – шесть ударов, – провозгласил он, – жонглеру Гедаму за оказание сопротивления – тридцать ударов. Метателю кинжалов Амараху и его подручным – по семь ударов…

Пожилой человек крепко прижал к себе двух подростков.

– Пощади, господин! Дети не виноваты! – хрипло вскрикнул он.

– Канатной плясунье Пеноре – шесть ударов. Молодой фокусник внезапно шагнул вперёд.

– Что с вами люди? Ведь эти артисты только что рисковали жизнью, чтобы потешить вас, и вы кидали монеты к их ногам! Что изменилось? Неужели эти женщины опасны для вашего лорда?

Ему не дали договорить. Толпа забурлила, и в фокусника полетели камни. Под улюлюканье и свист его втолкнули на помост, на котором только что плясали горожане, и вместе с другими несчастными привязали за вытянутые руки к толстой дубовой балке.

– Ты будешь первым, трюкач. – Стражник одним рывком разорвал рубашку на спине фокусника.

– Надо выбираться отсюда, – тихо сказал Криш.

Эши с испугом посмотрела на лорда. Фиджин был очень бледен, его левая щека странно подёргивалась. Лорд упрямо смотрел на помост. Какие мысли бродили в голове у того, кто час назад мог стать наследником Аткаса?

Внезапно страшная догадка заставила гулко забиться сердце девушки. А если ловчий ошибся, и она шла вовсе не с торговым обозом, а вот так же, с караваном бродячих артистов? Что, если бы это она оказалась сейчас на том помосте?!

Скользнув за спины друзей, Эши быстро огляделась. В железной скобе на стене каменной таверны горел праздничный факел. Увлечённые жестоким зрелищем люди не обратили на северянку никакого внимания. Не раздумывая ни секунды, Эши схватила факел и ткнула им в ближайший воз сена. Огонь вспыхнул в одну минуту и, перекинувшись на полотняный навес, начал стремительно продвигаться вперёд.

Люди закричали и отхлынули назад. Откуда-то сбоку вдруг вынырнул Фиджин.

– Нашёл! Она здесь!

– Бежим! – заорал в ответ ловчий. – Эй, ты куда?! Сумасшедшая! Сгоришь!

Но, миновав друзей, Эши бросилась к помосту с привязанными артистами. В ту же секунду к ней присоединился Фиджин с ножом в руках и начал яростно кромсать верёвки на руках пленников. Краем глаза девушка увидела, как, отпихнув стражника, на помост вскочил Криш.

Огонь яростно гудел, набирая силу и опаляя близким жаром. Под ногами начали тлеть доски, и дымная пелена отделила их от толпы. Где-то на ратуше ударили в колокол.

– Беги, Эши! – Лорд схватил её за плечи и столкнул с помоста. – К воротам! Мы догоним тебя!

Глаза мигали и слезились, в горле саднило от едкого запаха гари. Эши резко остановилась.

Что она делает?! Ведь она может потерять друзей!

Развернувшись, Эши бросилась назад, к площади, наполненной теперь не только гулом огня и криками людей, но и пронзительными ударами пожарного колокола.

Она увидела их почти сразу. Криш и Фиджин торопливо шли, поддерживая с двух сторон молодого фокусника, посмевшего выступить в защиту женщин. На его плечи был наброшен чей-то яркий маскарадный плащ. В свободной руке ловчий держал большой свёрток.

От неожиданного облегчения у Эши подкосились ноги.

– Ты цела? – запыхавшись, спросил Фиджин.

– Да! Да! – От радости ей хотелось кричать. – А что с остальными?!

Криш весело блеснул зубами.

– Я тебе скажу, было дельце! Ну-ка, подержи. – Он сунул в руки Эши свёрток, который оказался курткой и сумкой фокусника. – Они ушли через западные ворота. Двум акробатам удалось бежать, они раздобыли лошадей, а потом запалили возы с сеном! И как лихо всё вышло! Красота!