Кругом – сплошная ложь - Михаил Березин

– «Каррера делла Серра».

– Очень занятно.

– Еще бы! У нас ведь тут не каждый день девушек убивают. Особенно при столь таинственных обстоятельствах.

Бык Крайский настороженно повел шеей. Перед его взором вновь возник кусок красной тряпки, на котором была вышита статья из газеты «Каррера делла Серра». Один из пикадоров выехал на арену с коктейлем «Голубая лагуна» наперевес и ловко воткнул его в кинувшегося на него детектива. Бык Крайский ошалел от удара. Пикадор обнажил денер-кебаб и поставил свою лошадь таким образом, чтобы ему удобнее было поразить врага. Однако на сей раз Быку Крайскому удалось увернуться…

В ближайшем киоске я приобрел нужный номер газеты и поспешил в гостиницу. Ножницами вырезал фотографию с запиской, пресек в зародыше расспросы Тролля и отправился к портье.

– Могу я послать факс?

Мой взгляд остановился на кончике галстука, потом по этому галстуку добрался до подбородка, после чего, наконец, достиг лица. У парня было минимум два метра росту. Я мысленно окрестил его Циркулем.

– Разумеется, сэр.

«Сэр» он добавил, очевидно, потому, что я обратился к нему по-английски.

– Сюда, пожалуйста.

Я увидел дверь, посреди которой красовался огромный восклицательный знак. Знак выглядел весьма зловеще, и я с опаской заглянул внутрь. Комната, как комната: несколько компьютеров и телефон с факсом. Сидящая за одним из столов девушка оторвала взгляд от монитора и улыбнулась.

– Мне нужно послать факс.

– Конечно-конечно. Какой у вас номер?

Я показал ей ключ с биркой. Она сделала отметку в журнале.

– А у вас здесь строго, – заметил я.

– Ничего подобного, просто плата за пользование факсом войдет в общий счет.

Она подвела меня к аппарату.

– Сначала нужно нажать здесь, потом набрать номер, а потом – эту круглую кнопочку, на которой написано «Старт».

– Понятно.

Она отвернулась.

Я приписал к вырезанной записке несколько слов от себя, сунул ее в аппарат и набрал номер Лили. Валики аппарата завертелись.

Соль! Неужели мое подозрение подтвердится?!

– Пока ничего не хочу объяснять! – отрезал я. – Подождем ответа.

Тролль бегал по комнате, отчаянно жестикулируя.

– И это называется, мы работаем в одной команде?! Ты можешь по крайней мере намекнуть, на какой именно вопрос ждешь ответа?

– Отстань!

– Нет! Это ни в какие ворота не лезет!

– Неужели ты не видишь, что он нервничает, – вступилась, как обычно, за меня Малышка. – Он весь в ожидании. А тут еще ты.

Она поцеловала меня в щеку.

Я вспомнил, что еще не подготовлена почва для прихода норвежек.

– Сегодня может кое-что случиться, Малышка, – сообщил я, – но ты должна знать, что это ровным счетом ничего не значит.

– О чем это ты? – тут же вмешался Тролль.

– Я не с тобой разговариваю.

Малышка притихла.

– Тебе ничего не угрожает? – испуганно спросила она.

– Нет, тут другое… Видишь ли, иной раз так складываются обстоятельства, когда приходится жертвовать собой не только в прямом, но и в переносном смысле… Отдать тело на растерзание, это ведь еще не означает предать.

– Ага, ожидается нашествие развратных женщин! – догадался Тролль.

– Мерзкое ты создание.

– Я – это ведь тоже ты.

Действительно. Я прикусил язык. Иногда я об этом напрочь забываю.

– Миша, что он сказал? – жалобно поинтересовалась Малышка.

– Поживем – увидим. Может быть еще ничего и не произойдет…

Конечно, в жизни иной раз случается совсем не так, как ожидаешь – спору нет. Вполне могло бы и не произойти. Но произошло.

Когда наступили сумерки, я отправился за шампанским. «Вавилон любви» пробуждался. Теперь я на все здесь смотрел другими глазами: и на развешанные повсюду картины откровенно эротического характера, и на обнаженные до предела тела, и на разбросанные по журнальным столикам брошюры о важности предохранения и о СПИДе…

На террасе уже было людно. Если я правильно понял, здесь происходило что-то вроде смотрин. Люди сидели за столиками, поглощали коктейли и бесцеремонно пялились друг на друга. Некоторые прогуливались вдоль освещенного разноцветными прожекторами бассейна, на поверхности которого плавали надувные шары.

Время от времени кто-то к кому-то приближался и происходили переговоры, сопровождаемые бесстыдными ухмылками.

– Вы заняты? – спросила меня рыжеволосая девчонка, совсем еще молоденькая. Она немного стеснялась, но такой похотливой улыбки я еще никогда не встречал.

– Увы, – с сожалением отозвался я.

Она обиженно поджала губы. Конечно, если бы не та фотография, не Аська и не норвежки…

Меня начала подогревать окружающая действительность.

Соня и Лив словно сквозь землю провалились. Я вернулся в номер.

Очевидно, Тролль рассказал Малышке о происшедшем на пляже, поскольку в комнате ее уже не было.

– Ублюдок, – бросил я ему.

– Я – это ведь тоже ты.

– Знаю. – Мой голос прозвучал вызывающе.

– Ах, – осклабился он, – у нас приступ самокритики!

– Только глядя на тебя, я начинаю понимать, насколько я омерзителен, – объяснил я ему.

Тролль собрался было ответить, но в этот момент раздался стук в дверь.

– Должен же был кто-то тебе открыть на правду глаза, – все же проговорил Тролль и отвесил глубокий поклон. – Наконец-то мои заслуги оценены по достоинству.

– Пшел вон, – сказал я ему.

Это были Лив и Соня. Сверх ожидания они оказались облачены в массу замысловатых одежек: легких, полупрозрачных. Они дышали свежестью. Они улыбались.

Не такая уж плохая гостиница, доложу я вам.

– По какому поводу маскарад? – поинтересовался я.

Честно говоря, я был уверен, что они заявятся в своих традиционных плавках.

– Совсем еще зеленый, – проговорила Лив и расхохоталась.

– И вовсе необязательно, – возразила Соня. – Возможно, в России другие представления об эротике.

– Или у него просто фантазии маловато, – подхватила Лив.

Я вспомнил Гойю. Далась им моя фантазия.

– Сначала Соня разденется перед тобой, – принялась объяснять Лив. – Она делает это бесподобно. А потом ты разденешь меня.

Соня извлекла из своего капрона аудио-кассету и вставила во вмонтированный в стену магнитофон.

– Ш-ш-ш а!!! – произнес прерывистый женский голос под звуки электросаксофона. – Ш-ш-ш а!!!

Легкий платочек соскользнул с Сониной шеи и плавно опустился на ковер…

В клубке из слегка вздрагивающих обнаженных тел на кровати мое было, кажется, средним. Хотя с уверенностью этого не мог бы сказать никто.

– Мы тебе нравимся? – поинтересовалась Соня.

– Да, конечно, – отозвался я.

– Повторим еще раз?

– Почему бы и нет?

– Налей шампанского.

Не без труда я добрался до журнального столика и наполнил бокалы.

Лив спала. Я слегка наклонил один из бокалов над ее животом, и тонкая струйка потекла на пупок. Она проснулась и рассмеялась.

– Вы мне очень нравитесь, – повторил я. – Но мне понравилась еще одна женщина. Может быть поможете ее разыскать?

– О, какая любвеобильность! – воскликнула Лив.

– Никому не отдадим нашего пухленького мальчика, – добавила Соня.

– Помните тот день, когда я приехал? Когда вы первый раз меня увидели?

– Еще бы! Такое не забывается.

– В тот момент с портье разговаривала одна женщина.

– Мы ведь смотрели на тебя, дорогой.

Пришлось описать им Варвару как можно более подробно.

– Послушай, здесь столько баб, – проговорила Лив.

– Неужели тебе могла понравиться женщина с такой фигурой? – удивилась Соня. – Видишь, я была права, когда говорила, что в России, очевидно, другие представления об эротике.

– Она была на роликах, – заметил я.

– Ах, вон в чем дело! Мы тоже умеем кататься на роликах.

Я приуныл.

– Лив, одевайся, – решительно сказала Соня. – Нельзя оставлять друга в беде.

Потом они схватили меня под руки и уволокли к лифту. Мы спустились к портье.

Циркуль стоял в одиночестве за стойкой, всеми позабытый в этот час, и ковырял ручкой в носу. Норвежки сходу взяли его в оборот.

– В нашем отеле живут русские женщины?

Циркуль попытался собраться с мыслями:

– Во всяком случае, не так много. Но если ему обязательно нужна русская, на панели их хватает.

– А где у вас в городе панель? – заинтересовалась Лив.

– На этот вопрос я не могу ответить.

– Она у вас что, засекреченная?

Циркуль глупо улыбнулся и развел руками.

– Ему нужна определенная русская женщина. У него странный вкус, – заметила Соня.

Я снова принялся описывать внешность дочери чрезвычайного и полномочного.

Циркуль напрягся:

– Не могу вспомнить.

– По-моему, ее зовут Варвара.

В его глазах мелькнула тревога. Он испытывающе посмотрел на меня, потом фальшиво рассмеялся.

– Вынужден вас разочаровать, молодой человек, – сказал он. – Та женщина, о которой, очевидно, идет речь, не отдыхает в «Вавилоне любви». Она – совладелица отеля.