Наглая морда. Том 1 - Михаил Алексеевич Ланцов

— Ализэль, — чуть кивнул, ответила эльфийка, после чего снова залопотала на своем языке. Но недолго. Буквально несколько фраз. Заметив, что ее совсем не понимают, переключилась на другой. Потом еще, еще и еще. Итого Виктор насчитал двадцать семь языков. А толку ноль. Ничего не понятно, даже незнакомо. Все языки словно с другой планеты… «Хотя почему словно?»

Разговор явно не клеился.

Немного помолчав, девушка извлекла небольшой мешочек и, высыпав на узкую ладонь какие-то разноцветные кристаллы, стала с ними возиться. Причем, что удивительно, они были явно не стекляшки. Даже более того, Виктору чудилось, что они переполнены чем-то. Но додумать он не успел — эльфийка оживилась.

Улыбнувшись, она жестом попросила сесть рядом. А потом, крепко зажав один из кристалликов в левой руке, правую приложила Виктору к виску и закрыла глаза. Несколько секунд ничего не происходило. Потом от ее пальцев пошло тепло пульсирующими волнами. Приятное, надо сказать…. А вот дальше он так и не понял, что произошло. Словно перед глазами разом прокрутили несколько сотен кинофильмов. Секунд за несколько, то есть, с какой-то чудовищной скоростью. Причем он умудрился при этом увидеть и запомнить каждый «кадр».

Но поразмышлять над своими ощущениями Орлову не удалось — эльфийка свалилась, уткнувшись в него головой. Расфокусированный взгляд. Прерывистое дыхание. Легкое подергивание всего тела. Однако этот синдром продлился всего несколько минут, которые Виктор просто не знал, что делать. А потому просто аккуратно держал ее, постаравшись устроить удобнее.

Все закончилось также быстро, как и началось: девушка вдруг выгнулась дугой и резко, глубоко вздохнула. После чего к ней явно вернулось сознание и самоконтроль.

Сев напротив она с минуту молчала, рассматривая старшего сержанта, видимо собираясь с духом.

— А теперь тебе понятны мои слова? — Поинтересовалась эльфийка.

Самым неожиданным для Орлова стало то, что говорила она явно не на русском языке, но он ее понимал.

— Да… но как это возможно? — Ответил Виктор на той же тарабарщине.

— Амулет магии разума. Я передала тебе знание древнего имперского языка, который все называют общим и используют повсеместно. Даже самые глухие дикари и то несколько фраз на нем знают.

— Спасибо, — кивнул Виктор. — А то уж думал, что придется годами местный язык учить.

— Это самое малое, что я могу сделать.

— В смысле?

— Ни у меня, ни у моих сородичей не было ни малейшего шанса спастись. Мы уже даже смирились со смертью.

— Странно. Мне показалось, что у вас были все шансы победить. Пусть и большой ценой.

— Если бы, — тяжело вздохнула она. — Вот эти четверо, — указала она рукой на ребят в доспехах, — были шаманами. Полными сил, и увешанными амулетами. Ты думаешь, почему они выжили, избежав и стрел, и магии, и мечей? С такими просто так не справишься. Я не знаю, что у тебя за артефакт, но он их защиту пробил. А это серьезно.

— Но вы ведь тоже маги.

— Истощенные…

— А из-за чего драка? Они ведь не просто так вас преследовали.

— Ты прав, — покладисто кивнула эльфийка. — Пять дней назад на наш город напали. Прекрасный Ондостомен пал. Алтарь Аматерона разрушен. А все его жители оказались вырезаны… кроме меня.

— Я был впечатлен тем, как вы сражались, — вполне искренне произнес Виктор. — Сколько же было врагов?

— Много. Но не это главное. Они напали в день, единственный за несколько веков, когда сила солнечного Бога Аматерона слаба настолько, что покидает алтари. Ненадолго, но все же. Так бывает….

— Но если вы знали, то почему не готовились?

— Мы готовились, — фыркнула, нахмурившись эльфийка. — Но как устоять против ТАКИХ сил? — Она тяжело вздохнула и безвольно уронила голову на грудь.

— А бежали вы куда?

— Куда глаза глядят. Просто пытались оторваться и спастись.

— И что теперь будет с городом?

— Его разграбят, разрушат, осквернят и покинут. Так же, как и с другими городами солнечных эльфов. Когда-то в незапамятные времена, если верить легендам, было двадцать одна твердыня моего народа. Но раз в несколько столетий один из них падает под ударами врага. И никто ничего с этим поделать не может. Сейчас осталось только десять… то есть, девять.

— А объединить силы с другими городами?

— Никто не знает заранее, на кого нападут.

— Да. Грустная история. — Согласился Орлов. — А теперь ты куда пойдешь? В другой город?

— Нет. Меня туда не примут. А… — махнула она рукой. — Это долго рассказывать. Для своего народа я умерла вместе с разрушением алтаря.

— Странно.

— Это просто традиции, которым не одно тысячелетие, — усмехнулась Ализэль. — Но их блюдут неукоснительно. Говорят, что их установил сам Аматерон.

— А другие эльфы? — Спросил наугад Виктор. Ведь девушка упомянула, что она солнечный эльф, а значит есть и другие виды. В противном случае, вряд ли применялся какой-то эпитет.

— А им-то я зачем нужна? — Удивилась она. — Без благословения Аматерона я всего лишь маг, причем ниже среднего. Их Богу поклоняться не стану, да и он меня не примет. Нет… — покачала она головой. — Так, в гости заходить можно. Но не очень часто.

— И куда ты пойдешь?

— А почему ты спрашиваешь? — Чуть прищурившись, поинтересовалась Ализэль.

— Я в этих краях новичок и был бы признателен, если бы ты стала моим проводником.

— Новичок? — Удивленно переспросила эльфийка.

— И рад бы объяснить, но и сам не понимаю, как сюда попал, — пожал плечами Виктор. — Прошел через странную пещеру. А она взяла и исчезла. Так что, мы с тобой можно так сказать, в похожей ситуации. Моих родичей, конечно, никто не убивал. Но они для меня недосягаемы. А я для них. Не удивлюсь, если на Родине меня объявили пропавшим без вести или погибшим.

— Пещера? — Оживилась Ализэль. — Теперь понятно, почему ты такой странный.

— Ты что-то о ней знаешь?

— Только то, что ни один смертный дважды по ней не проходил. Это древняя шутка Локи, которая сбивает людей с пути. После каждого прохода она перемещается в другое место, прокладывая новый путь. И он, по легенде — никогда не повторяется.

— Значит домой мне не добраться никогда… — грустно отметил Виктор, припомнив все, что он слышал