Голод (СИ) - Мельникова Надежда Анатольевна

Фабрегас смотрел на тренировках на Аспиликуэта, ожидая, когда тот накинется на него с побоями. Нет, он не был трусом и, уж конечно, не боялся рукоприкладства со стороны одноклубника, просто понимал, что ситуация, мягко говоря, некрасивая. И, если уж совсем по-честному, хороший удар в морду он заслужил. Но Сесар не обращал на Сеска никого внимания, а в один из дней он стал свидетелем интересного разговора в душе.

- Мы расстались, - вздохнул Сесар, обращаюсь к вратарю команды, а Фабрегас стал намыливаться усерднее, - кто-то третий объявился.

- Ну и фиг с ней, найдешь лучше, - подмигнул воротчик и сменил тему.

Фабрегас оценил Танину честность, значит не захотела Аспиликуэта обманывать, решила разойтись по-тихому, чтобы двусмысленных ситуаций между ними не возникало, ну это похвально. Выплевывая мыльную воду изо рта и тщательно намыливая подмышки, Сеск скривился. А ведь это означало, что он больше никогда не увидит Таню. От этой мысли, почему-то, испортилось настроение.

Сеск уважал благотворительность, считал своим долгом помогать больным детям. Он любил малышей, они его веселили. Это было ужасно несправедливо, что совсем еще крошки испытывали столько боли и трудностей, для него это ничего не стоило, а дети радовались. Он всегда соглашался на подобные вылазки в детские больницы, впрочем, как и другие игроки клуба.

Когда все собрались в холле, Сеск услышал подозрительно знакомый женский голос за спиной.

- Тебе помочь? - спросил Аспиликуэта. -  Может быть я потащу?

- Нет, я в порядке.

Фабрегас даже споткнулся, уставившись на вертихвостку, он не мог в это поверить. Быстро же они сошлись по новой!  Интересно, ей не стыдно? Как она планирует ему, Сеску, смотреть в глаза? Держаться за ручку с одним, зная, что рядом ее любовник. Конечно, любовник - это сильно сказано. Считается ли одноразовый перепихон в бассейне полноценной интрижкой? Для Тани видимо нет, потому что она даже не смотрела в сторону Фабрегаса. Вот столб, дверь, тумба у входа в госпиталь и Сеск, такой же элемент мебели, как все остальное. Выходит, Фабрегас ее совсем не впечатлил, раз она решила вернуться к Сесару.

Сеск усмехнулся, прогоняя дурную мысль и разглядывая очередное белое платье. А других цветов для этой девицы не существует? Как же его все раздражало, хорошее же было настроение. Впрочем, легкая ткань эротично обтягивала фигуру, сексуально подчеркивая каждый изгиб. Таню хотелось трогать, аж руки млели.

Бессовестная она все-таки, а что если Сесар узнает, о том, что между ними было? Он же расстроится. Красивая и бесстыжая девка с длинными блестящими волосами услышала звуки музыки и стала пританцовывать, развлекая публику. Нельзя просто стоять и ждать, пока за ними придут, чтобы проводить в палаты, надо обязательно устраивать цирк. Ее бедра плавно двигались в ритме популярной мелодии, она извивалась, соблазняя другого. Вроде бы ничего особенного, но Сеск не мог заставить себя отвернуться. Музыка оборвалась так же резко, как началась. Внутри закипела дикая злость, он не мог объяснить ее природу, ярость просто вспыхнула, разливаясь кипятком по телу.

 Таня хихикнула, разглядывая подошедшего к ней малыша. Взглянула на Аспиликуэта, вернее, они посмотрели друг на друга полными любви глазами. И это, почему-то, взбесило Сеска еще больше.

- Мы собираемся на фильм про очередного супер-героя, кто с нами?- спросил Аспиликуэта.

- У тебя уже есть свой супер-герой! – повисла у него на шее Таня.

- Дааа, - улыбнулся Сесар, - Таня сегодня спасла котенка от гибели на дороге!

 Сеск никак не мог понять причину своего раздражения. Ну какое ему дело до этой девушки? Надо признать, что секс с ней ему очень понравился, по какой-то странной причине они отлично подошли друг другу, причем мгновенно, как будто действовали по удачно разработанной схеме. Но схемы то никакой, конечно, не было, просто Сеску нравилось трогать там, где было приятно ей. Глупость какая-то. И все-таки она его очень злила.

- Ты кинулась за котом на проезжую часть? - не сдержался Фабрегас, чтобы хоть как-то обратить на себя внимание.

Их взгляды встретились, накатила еще одна волна злости.

- Амиго Фабрегас всегда расчётлив и хладнокровен в своих действиях, - зыркнула на него Таня, а Сеск улыбнулся, оказывается он скучал поэтому.

- Выпью воды, а то что-то жарко, - Таня мотнула длинными волосами, наклоняясь к автомату с напитками. Когда бутылка оказалась в ее руках, она ловко открутила крышку и пригубила содержимое.

 Сеск, стоявший напротив, ухмылялся, все еще купаясь в своем гневе.

- Жалко, что тут бассейна нет, можно было бы окунуться.

Таня поперхнулась, закашлявшись. А он поймал ее взгляд:

- Люблю водичку бассейна, там приятно.

- На самом деле, - не тени улыбки на лице Тани, - бывало и поприятнее.

- Не спорю, особенно когда много всего перепробуешь, - расплылся Фабрегас в ехидной улыбке.

- Ну лучше так, чем мечтать о чужом фонтане.

Все присутствующие замолчали, внимательно наблюдая за перепалкой Сеска и Тани.

Глава 9

Аспиликуэта сидел на поле, капаясь в телефоне. В отличии от своих одноклубников, он не считал себя суперзвездой и мог спокойно подождать ведущую челленджа, если она застряла в пробке. С кем не бывает. Он даже лавку не стал требовать, так и сел на траву, скрестив ноги.

Когда к нему подбежала раскрасневшаяся девчонка в белых кедах, его ослепило солнце. Сесар пытался что-то рассмотреть, прикрываясь рукой, но так и не смог ее увидеть. А потом небесное светило заслонили тучи, и Сесар расплылся в широкой улыбке.

- И откуда ты такая взялась? – только и смог он выдавить, заглядывая в самые прелестные глаза, которые он когда-либо видел.

Аспиликуэта смотрел на нее постоянно, пропуская мимо ушей вопросы и улыбаясь, как идиот. Задания выполнял абы как, проиграл ей по всем позициям. Девушка по имени Таня смущалась, хохоча над ним. Ну, что он мог поделать, если никогда не видел никого красивее.

Он позвал ее на свидание, как только оператор крикнул о том, что съемка окончена, не удосужившись спросить, есть ли у нее парень или даже муж. Но удивительно другое, веселая девчонка согласилась, и уже через час они жевали ужасно приготовленную картошку в соседней придорожной забегаловке. Таня смеялась, рассказывая ему историю любви бутылочки горчицы и кетчупа. А Аспиликуэта не сдержался и чмокнул ее, слизнув остатки томатной пасты с губ. Потом, правда, долго извинялся за свою наглость, Таня улыбнулась и потянула его за воротник обратно.

С тех пор они виделись почти каждый день. Сесар приезжал к ней после тренировок. Они много гуляли, болтали о всякой ерунде, ели мороженое и постоянно смеялись. Не стоит говорить о том, что Аспиликуэта влюбился в эту задорную девчонку почти сразу. Ему нравилось, что она могла забраться на очень высокий бордюр и идти, раскинув руки в стороны, как будто ей не больше пяти лет. Затащить Аспиликуэта на чудовищные американские горки, а потом, вцепившись в руку и уткнувшись носом в плечо, кричать о том, как ей страшно.

Он грел ее на набережной, обнимая за плечи и вдыхая сладкий аромат волос. А после Сесар целовал ее, в то время, как над Темзой садилось солнце.

Конечно, ему хотелось большего. Таня его завораживала, даже несмотря на то, что они почти не знали друг друга. Но он боялся спугнуть ее своим темпераментом, потому ждал подходящего момента.

Постепенно он стал ее брать с собой на все клубные мероприятия, хотелось все время быть рядом, ведь с Таней было так хорошо, легко, весело и уютно. А потом что-то случилось…

Тане было трудно говорить, она запиналась и совсем не была похожа на ту девчонку, которая ему так нравилась. Сердце Сесара остановилось, когда она сказала, что им больше не стоит встречаться, потому что она переспала с другим.