Люди и те, кто против них - Алексей Кошкин

— Я поеду.

— Не ожидал от вас, ведь вы моложе всех, — Синьоретти почти с испугом посмотрел на него. — Надеюсь, за вас не говорит ваше легкомыслие?

Остальные журналисты потупились и, кажется, были обрадованы.

Молодой журналист улыбнулся.

— Я не испугаюсь любого задания, я профессионал своего дела. И я много путешествовал.

Потом они беседовали с глазу на глаз. У молодого журналиста горели глаза, он жадно слушал директора. А Синьоретти говорил все медленней и неохотней, и на сердце его становилось все тяжелее.

— Так вот, слухи об окончании войны… Человек, который подбросил мне эти слухи, сегодня утром убит, застрелен возле своего дома своим телохранителем. Это бывший депутат Халиев…

Директор остановился. Да, подумал он, это наша профессия. И этот парень знал об этом, когда выбирал ее.

Синьоретти вспомнил, как его коллега Джон Смит рассказывал, что люди в масках направили на журналистов оружие и затолкали их в холодный погреб. Потом снаружи раздался треск — совсем близко кто-то взорвал динамит. «От переживаний, усталости, страха неизвестности у меня заболело сердце, но лечь было негде — мы стояли слишком плотно один к другому, — писал Джон в отчете Синьоретти. — Когда снаружи послышались голоса, я подумал, что это пришли выпустить нас, потому что бой кончился, и опасность нам больше не угрожает. Вошел человек без формы и несколько солдат. Один из солдат был с фонарем; он посветил на моего коллегу мистера Йорка из „Всемирных новостей“ и сказал: „Это он“. После этого Йорка увели. Когда за нами приехал генерал Сухович и принес нам извинения, прошло уже часов пять-шесть. Нас отвезли в Гермес, а там посадили на поезд в товарный вагон. Уже в столице я узнал, что мистера Йорка похитили мятежники и убили».

— Простите, господин директор, я слушаю вас, — напомнил молодой журналист. — Кажется, вы говорили о том, что надо пробраться на Остров?

Это был крепкий парень с веселыми глазами; такие любят блондинок, кожаные куртки и мотоциклы. И еще они умеют драться; как правило, один на один, честно и мужественно… пока сзади ему не всунут лезвие, проткнув кожаную куртку… Что-то не понравилось директору в его взгляде.

— Почему вы так смотрите? — задал он неожиданный вопрос. — У вас странное выражение лица.

Журналист рассмеялся и ловким движением нацепил сильные очки.

— Вы меня раскусили! — сказал он. — Я привыкаю ходить без них, чтобы больше нравиться девушкам.

В очках он стал другим. Теперь это был любитель пива и болтовни, начитанный сынок богатых родителей, который жалеет бездомных собак и увлекается игрой на саксофоне. И они обсуждают какой-то Остров, мятежников? Может, стоит рассказать ему о пароходах с золотом?

— Вы ослышались, — сухо сказал Синьоретти. — Я просил вас поехать на Побережье, занятое войсками Великодержавии. Но сейчас я начинаю думать, что это глупая идея. Сложное задание.

— Но мы должны работать, господин директор, — воскликнул молодой журналист. — Конечно, сложное задание, но тем интереснее! Или вы не доверяете мне? Однако, больше никто не вызвался — кто же поедет вместо меня? Тогда пишите приказ об увольнении. Вы больше не считаете меня профессионалом?

— Считаю… Вы правы, — проворчал Синьоретти. — Это дело, с Халиевым, плохо на меня подействовало. Не сердитесь, и дайте мне подумать…

Он вздохнул, подумал. Нет, не решаюсь. Нет.

— Халиев мало что сообщил, — осторожно сказал он. — Так, одни догадки. Его основной идеей было то, что на Острове есть предатели, и они быстрее закончили воевать, потому что им якобы обещали это золото… Он обещал передать мне сведения о конкретных людях, но не успел. Сейчас эти сведения, конечно, пропали. Расследованием убийства занимается ВСБ. Понимаете, что это значит? Пропали с концами.

— Вы догадываетесь, как предатели получат золото и куда его денут?

— Нет! — воскликнул директор. — И вам не дай Бог догадаться.

Он вскочил и заходил по комнате. Сам того не замечая, закурил и удивился — откуда взялся дым перед его носом? Дернул черт этого мальчишку вызваться!

Синьоретти вдруг услышал свой голос. Кажется, он спрашивал, как зовут молодого журналиста.

— М-м… Не хотелось бы называть вас по фамилии…

Журналист оскалил белые зубы.

— Меня зовут Пол, господин директор.

У Синьоретти дрогнул голос.

— Пол… Я дам вам простое задание. Если война кончится, должно быть много пленных мятежников. Постарайтесь взять у некоторых интервью. И посылайте мне отчеты каждый день, пишите обо всем, что там увидите… И не конфликтуйте с офицерами. Если будет выбор — вообще не рискуйте. Возвращайтесь, я прошу вас… Ладно, я верю в ваши профессиональные качества и осторожность. Вот кое-какие материалы, они вам напомнят, куда вы собрались ехать.

Синьоретти достал картонную папку. В папке была подборка об Острове и Побережье за последние десять лет, в том числе статьи из государственных газет, в которых, кстати, островитяне презрительно назывались «чурбаны».

«Вчера в результате вооруженных столкновений в районе седьмой заставы уничтожено более двухсот „чурбанов“. Наших ребят ранено семь человек».

«Полковник Биденко сказал: мы отомстим за гибель трех наших бойцов при взрыве самодельной бомбы на Центральном рынке. Мы уже перекрыли Дальний перевал… Вышли на след подозреваемых в это зверском преступлении…»

«В деревне Перепердый захвачены четыре склада боеприпасов. В организации складов и укрывательстве группы из шестидесяти бандитов задержана гражданка Чураева, ее сын, невестка и пять внуков. Ведется следствие».

«Оперативный отряд „Омега“ Великодержавной Службы Безопасности захватил ликероводочный завод в городе Гермесе, удерживаемый ранее двенадцатью бандитами во главе с Узи Узиевым. Командир бандитов скрылся, остальные уничтожены. Хранившаяся на заводе продукция утеряна в ходе упорных боев и списана по приказу полковника Биденко. Ущерб составил почти миллион долларов».

«Международные правозащитные организации опять выдвигают протест против планомерного уничтожения силами ВСБ образовательных учреждений Острова и их контингента. По их мнению, эти учреждения ничем не отличаются от обычных школ и лицеев. Однако, западные так называемые „правозащитники“, видимо, не имеют всей информации. Пресс-служба Президента Великодержавии сообщает, что в этих школах идет активная боевая и идеологическая подготовка младшего поколения бандитов, в частности, обучение подрывной работе и навыкам партизанской войны».

«Вчера мятежники с Острова еще раз показали свой истинный звериный облик, нарушив договор о прекращении огня. Вероломно ударив в тыл двадцать первой заставе, они самым жестоким образом перебили и захватили в плен более двадцати наших солдат, потеряв при этом около трехсот человек. Начальник службы фронтовой информации Случайник сообщил, что похороны наших бойцов состоятся почти в тридцати городах страны. Завтрашний день Президент в своей речи объявил днем траура».

«К сожалению, западные „правозащитники“ настаивают на немедленном прекращении огня в районе города Гермеса. По мнению сочувствующих бандитам средств массовой информации, в этом сложном в плане географических условий районе нет мятежников, а наша артиллерия якобы стреляет по мирным деревням. Наш Президент уже устал объяснять, что на Острове и в прибрежных районах нет мирных деревень, а все они уже давно являются опорными пунктами бандитов.

Говорит капитан Срамнов:

— Стрелять трудно, туман. Каждую секунду могут налететь „чурбаны“. Нервы надо иметь стальные. Мы как ориентируемся — на звук коров, лошадей. Один залп для страху, чтобы они заблеяли, потом на слух стреляем.

Пресс-служба Президента и их коллеги из ВСБ сообщают, что до окончательного уничтожения бандитов остается не более трех-четырех недель».

«В результате тщательно подготовленной операции силами ВСБ освобождены заложники-подростки, удерживаемые на шхуне „Альбатрос“. Их похитителям удалось скрыться. Бывшие заложники в шоковом состоянии доставлены в лагерь беженцев возле деревни Новосуй».

«В городе Злом начались восстановительные работы. Однако, беженцы не спешат возвращаться в насиженные места. Мы спросили их: почему?

— Мы теперь чувствуем себя в безопасности, — говорит одна женщина. Спасибо великодержавцам, что они защищают нас от бандитов. В лагере мы как за каменной стеной. А если вернемся в большой город, кто нас будет оберегать?

— Да, пока еще рано, — вторит ей ее дочь. — По слухам, еще не все бандиты выметены из Злого. Я боюсь за свою семью, за себя.

Пресс-служба ВСБ сообщила, что принят к рассмотрению окончательный план ликвидации бандитов. Согласно этому плану, вся операция завершится успехом через месяц-другой».