Палач - Олег Борисов

– А если оттуда кто выскочит? – засомневался унтер, но палач лишь усмехнулся:

– Я после вчерашнего любую заразу в округе почую сразу же. Так что – бери за этот угол, а я тут. И во-о‑от сюда.

Когда между полицейскими и столбом осталась всего пара метров заставленного пространства, Клаккер прервался на миг и разгреб придавленные тяжелыми ящиками опилки. Ткнул пальцем на грязные разводы под ногами и прокомментировал:

– Мне кажется, что бедолаги умерли прямо здесь. Вот кровь, которую как-то замыли, потом попытались припрятать.

– А тварь?

– Тварь… Тварь – ей не повезло. У меня только одно объяснение. Вот это…

Сильные руки развернули один из ящиков, приткнувшийся вплотную к каменному столбу, и рывком отодрали крышку. Яркий луч света упал на деревянное дно, где на куче мумифицированных кусков покоилась голова с забитой острыми зубами пастью.

– Вот и тварь… А если хорошенько тряхнуть местных разнорабочих, то можно будет узнать историю в деталях.

Шольц осторожно подошел поближе, убедился, что никакой опасности убитый монстр не представляет, и сунул нос внутрь ящика. Поковырял подобранной палочкой кисло вонявшие куски, потом подцепил мелкие листочки, прилипшие к стенке. Поманив к себе унтера, с еле скрываемой радостью в голосе спросил:

– Кто у нас хозяин, не Сивашов, часом? Которого уже лет пять не можем за руку поймать с контрабандой шипучей пыльцы? Вот так-так, Раух. Похоже, мы накрыли его точку. А значит, вместо разноса в ратуше выбью я тебе полугодовую премию, не иначе… Одна нога здесь, другая в участке, мигом. Всех дежурных сюда и кого успеешь по дороге отловить. Сарай оцепить, сам с нарядом потом по работникам. Чтобы через час эта кодла у меня здесь сидела, все до единого… А к хозяину я чуть позже уже сам с визитом наведаюсь.

Отдав распоряжения, безмерно довольный господин обер-крейз вернулся к разговору:

– Как ты себе представляешь, что случилось? Хочу знать, прежде чем колоть начнем местных проходимцев. Чтобы время зря не терять.

Повертев в руках голову шипуна, Клаккер швырнул ее назад и отряхнул ладони:

– Да, это наш клиент… А картинка мне видится такая. Трое, максимум, четверо работяг вечером на складе что-то отмечали. Здесь, у столба, столкнулись с тварью и вынуждены были драться, чтобы остаться в живых. Двое погибли, остальные зверя убили… Наверное, их все же было трое. Ящики потом явно одиночка ворочал… Замыл кровь, как мог. Присыпал опилками все вокруг. Тела на телеге хотел отвезти к реке и утопить. Но по дороге ему померещилось, или в самом деле второго зверя заметил. Свалил убитых и удрал назад. Удивительно еще, что телегу не бросил. А мы потом ходили по округе и голову ломали, что же на самом деле произошло.

– Складно. – Шольц пристроился у входа и добыл из кармана любимые цигариллы. – От этого и будем пока плясать. Тем более, что вон первого клиента волокут. Шустро Раух работает, моя школа… Ладно, передохнем, и с новыми силами за голубчиков возьмемся…

Вечером Клаккер отмечал у старухи Марты первое завершенное дело. Та не поленилась заглянуть на рынок, где на щедро отсыпанные медяки прикупила провизии. И теперь Шольц, Раух и бывший ветеран пехоты Его Величества жевали свиную отбивную и запивали ужин крепким пивом.

– Так скажу, парень, удачлив ты. А в нашем деле это очень важно. Даже могу добавить, что для тебя это – главное дело. Чтобы первым ударить любую заразу, чтобы даже крохотный след раскопать и к цели добраться…

– Нашли умника?

– Нашли. Унтер подсказал. Пока работников сгребал, успел еще справки собрать, кто чем дышит… Бывший студиозус. Учился всяким наукам, да начал дрянью баловаться и вылетел из университета. Пристроился на складе у Сивашова. По-мелкому подворовывал дурь, что у них паковали и дальше по реке отправляли. Тем вечером к нему двое местных оборванцев зашли на огонек. Видимо, он через них что-то на улицы по-мелкому продавал. Выпили, пыльцой надышались, хорошо посидели. Потом одному из них привиделось, что из столба морда высунулась. Он со смехом подошел и вмазал пару раз. Крепко так приложил, шипуна аж из столба выдернуло. Ну он и вцепился… Пока второго добивал, студиозус топор сгреб и зверя прикончил. Потом – как ты и рассказывал: кровь замыл, опилками присыпал. Тела на телегу и к реке. По дороге вопли из-за забора услышал, дружков свалил и назад, в штаны наделав. Но мозги не до конца угробил, сумел сообразить, как следы прикрыть. Может, слышал где про палачей, может, просто по наитию. Вот мы и крутили круги потом вдоль стен да сараев, а зверье в ящике дымом исходило. Еще бы неделя – и только вонь осталась.

Клаккер запустил руку в карман и нащупал туго набитый кошелек. Горсть монет за первого шипуна, да еще две расписки с вензелями во внутреннем кармане новой теплой рубахи. И купленный в обед брезентовый балахон с подбивом на лавке рядом. Хорошо… А как еще кружку допьет – так еще лучше станет. Живой, до захода солнца уже дома будет. На следующей неделе – в банк, долги погасить. А там можно потихоньку и к новой охоте готовиться. Благо, есть теперь хорошие знакомые в припортовых кварталах. Обещали уступить отличный дробовик и ручную секиру в придачу. Никакая гадина уже не будет страшна. Хоть с когтями, хоть с клыками…

Шольц откинулся на спинку стула и похлопал по туго загудевшему брюху:

– Все, неделю удачно закончили. Можно и отдохнуть… Жду тебя, убивец, во вторник. В понедельник мне медаль «За доблесть» получать, не до тебя будет. Очень градоначальник впечатлился нашими успехами, хочет в лучах славы погреться… Так что – во вторник. Часиков в десять, чтобы я с утра успел в себя прийти после банкета… И об одном прошу. Ты теперь не только в темные углы без нужды не лезь. Ты теперь за спину поглядывай. Потому что на складе мы пыльцы выгребли несколько ящиков. А Сивашов не тот человек, который подобные обиды прощает. Изъятый товар на работников свалил, вывернулся, будто и ни при чем. Но злобу по-любому затаил. До меня у него руки коротковаты, а вот с тобой поквитаться вполне может. Так что…

Палач помолчал, затем кивнул и покосился на окно, прикидывая, сколько осталось до наступающих сумерек. Есть еще время, чтобы за дробовиком зайти. Прямо сейчас. А там посмотрим, у кого список обид длиннее. Клаккер тоже не тот человек, который кого-либо прощает. Одним мерзавцем в списке врагов больше? И ладно. Где наша ни пропадала…

Глава 2

– Кого желает господин? Пухленькую, худенькую или маленький «горячий перчик»? Могу всех свободных девушек показать. Или выбор доверите мне? Не пожалеете.