Эдипов комплекс - Татьяна Ролич

их непроизвольно соединились. Что значили эти ласки с этим конкретным мужчиной Петей, Галя не понимала, но ей на мгновение показалось, что рядом Андрей, и она смело отдалась этим ею придуманным ощущениям с реальным мужчиной, как будто с тем, с которым ей было недавно так хорошо. Механические движения, в которые вмешивались воображение и память, показались ей так сладостны, что она чуть слышно застонала, испытывая радость близости с мужчиной вообще, но в этот момент ее душа принадлежала другому, который был далеко и не принадлежал ей.

Когда оба очнулись, Петя спросил:

– У тебя был кто-то?

 Он почувствовал, что Галя особенная, очень для него привлекательная, но близость с ней была какой-то другой, новой, и он не мог понять, что такое с ней – то ли она его полюбила, но что-то его настораживало в этой ее пробудившейся чувственности, как будто она стала независима от него, и это его немного огорчало, потому что такой она нравилась ему очень, так, что он испугался своей от нее зависимости.

– Какой ты глупый, конечно, нет, – откровенно врала Галя, радуясь своему обману и тому, что с Петей она могла испытывать эмоции, похожие на те, которые в ней пробудил Андрей. Ее практичная натура быстро поняла, что так жить ей будет удобно – жить с одним, а любить другого, но она не осознавала, что эта близость с Петей была под впечатлением только что ушедшего мужчины, а память смогла скрасить все не имеющее к этой ее тайной любви отношения.

 Вечером они взяли такси и привезли вещи Гали. Заняли они ту самую комнату, где стоял новый гарнитур. Мама Пети, женщина добрая, не хотела, чтобы молодые были в чем-то обижены, и искренне радовалась на свою проворную невесту, которая раскладывала по ящикам свои вещи. Главное, что комната была изолированная, а диван раздвигался, так что им больше ничего не нужно было. Решили, что питаться будут отдельно – это удобно, у всех разное расписание дня.

 На следующий день подали заявление в ЗАГС, и оставалось подождать месяц. Они начали подготовку к свадьбе.

Глава 8

 Странная началась для Андрея жизнь. Он днем должен был в группе встречаться с Галей, но сначала не знал, как ему себя с ней вести. Петя ему позвонил и сказал, что они подали заявление в ЗАГС и что он просит его быть свидетелем.

Галя себя вела очень естественно и просто. Она не садилась рядом с Андреем, а, поздоровавшись, шла на свое привычное место в аудитории, где они с приятельницей сидели в прошлом году.

 Что творилось в это время в душе Андрея, знает он один. Сердце начинало быстрее биться, когда он видел, как Галя входит в аудиторию. Он делал вид, что не замечает ее, и погружался в конспект, записывая, что говорит преподаватель, а сам той стороной тела, которая была со стороны Гали, чувствовал ее присутствие всякую секунду – тело его с этой стороны немного покалывало и оно было горячее, так ему казалось. Особенно все это он чувствовал в первые две недели, потом он привык к этим ощущениям. Постепенно острота его переживаний утихла, и он спокойно переживал свою влюбленность, видя предмет обожания каждый день. Он не хотел ничего выяснять, и только вопрос, может ли он быть свидетелем на их свадьбе, не давал ему покоя. Он понимал, что если откажется, то это вызовет подозрения у Пети, говорить начистоту – это значит разрушать их спокойное счастье, согласиться – это подвергать себя испытанию. Он не мог без страха подумать о надвигающейся свадьбе. Когда он в книгах читал о подобных ситуациях, они ему представлялись выдуманными, а когда он оказался сам в подобной, то это ему казалось каким-то фарсом, как будто это происходило не с ним.

 Петя чувствовал, что с Андреем что-то происходит, но боялся задавать лишние вопросы. Он чувствовал, что у них с Галей что-то было, но делал вид, что не догадывается. Андрей не давал определенного ответа, и вот как-то Петя позвонил Андрею и прямо сказал:

– Понимаешь, тут у Гали есть пара, которые недавно поженились, они как нитка с иголкой, везде вместе, подруга согласилась быть свидетельницей, и чтобы муж тоже был свидетелем. Ты свободен. Будешь почетным гостем.

У Андрея как гора с плеч свалилась.

День свадьбы приближался, и ничто не предвещало никаких сложностей, и только однажды Петя позвонил Андрею и сказал:

– Ты у меня самый близкий друг. Скажу по секрету, Галка беременна, так что готовься к крестинам.

– Поздравляю. А когда ожидать потомство?

– Наверно, в апреле.

Андрея как будто что-то кольнуло в сердце. А про себя он подумал: «Неужели…» Он не закончил свою мысль, а начал ходить из угла в угол. Его мучил вопрос: «Неужели это мой ребенок?» Эта мысль не давала ему покоя, и так ему захотелось узнать правду…

Если бы он не был влюблен, если бы у них ничего не было, этот вопрос его бы не волновал, но он знал, что имеет к этому факту отношение. Он задавал вопрос: «А она любит Петю или нет?» Почему раньше это его не интересовало? И неожиданно он понял, что струсил тогда, когда ушел и оставил Галю с Петей, именно испугался, но когда он стал примеривать свое счастье к реальной жизни, он понял, что не готов к жизни и не может свое счастье любить Галю представить в реальных обстоятельствах. И он перестал думать о том, что ему сообщил Петя.

Глава 9

 Мама Андрея после возвращения сына из экспедиции чувствовала, что ее мальчик  сильно нервничает. Она это видела и по тому, как он радуется невесело, старается оставаться один, и однажды она ему сказала:

– Ну, если у тебя есть девушка, пригласи ее.

– Мама, никакой девушки у меня нет, – спокойно ответил Андрей, и мама поняла, что он влюблен безнадежно, по той серьезности, с которой он сказал «Нет». Мама услышала по интонации, почувствовала сердцем все, что с сыном происходит, и ее душа болью отозвалась на это «Нет». Она подумала, что очень бы любила девушку Андрея, она это придумывала, чтобы утешить себя и не переживать за сына, за его придуманные, понятные сложности, она вспоминала свою молодость и удивлялась, когда ей говорили, что юность самое счастливое время.

 «Это не так, – думала Наталья Аркадьевна, – самое счастливое время мимолетно и неуловимо, и в любом возрасте и свое счастье, и свои сложности. Только то время хорошо, когда душа твоя на месте, ей положенном, не мечется, а знает, не страдает, а умиротворена». Это больше к ней теперешней подходило, и это она про себя так думала сейчас и вспоминала себя молодую,