Смок Беллью. Смок и Малыш (сборник) - Джек Лондон

Вместо ответа Малыш зачерпнул ложкой бобы, облизал ее и передал Киту. Едоки не промолвили ни единого слова, пока кастрюля не была вылизана дочиста.

– Ну, ясно, мы тут бездельничали, – сказал Малыш, утирая ладонью рот. – Ничего не делали. И конечно, вы ничего не ели. И все это по моей вине.

– Мы позавтракали в одной палатке у друзей, – поспешно проговорил Стайн.

– Так я и знал! – буркнул Малыш.

– Вы уже наелись наконец, и можно отправляться! – торопил Спраг.

– Лодка спущена на воду, – ответил Малыш. – Лодка нагружена. Что же еще, по-вашему, нужно сделать, чтобы отправиться в путь?

– Сесть в лодку и оттолкнуться. Идем.

Хозяева уселись, а Кит и Малыш принялись толкать лодку перед собой. Когда вода стала заливать за отвороты высоких сапог, они вскочили в лодку. Хозяева и не дотронулись до весел, а потому лодку сразу же прибило обратно к берегу. Раз десять повторялось одно и то же. Кит и Малыш выбились из сил.

Малыш, проклиная весь мир, уселся на корме и сунул за щеку кусок жевательного табаку. Кит вычерпывал воду из лодки, а хозяева раздраженно переругивались.

– Если вы будете меня слушаться, я попробую отчалить, – сказал Спраг.

Но намерению его не суждено было исполниться. Не успел Спраг перекинуть ногу за борт лодки, как его окатила волна, и он вымок до пояса.

– Придется поставить палатку и разложить костер! – воскликнул мокрый Спраг, когда лодку снова выбросило на берег. – Я замерз.

– Чуть промок и уже испугался, – насмешливо сказал Стайн. – Сколько людей отъехало сегодня с этого самого места, хотя они промокли больше, чем вы. Теперь я поведу лодку.

На этот раз вымок он и, стуча зубами, потребовал, чтобы немедленно был разведен костер.

– Стоит ли обращать внимание на легкий душ? – издевался Спраг. – Едем!

– Малыш, выньте из лодки мой чемодан с бельем и разведите костер! – приказал Стайн.

– Малыш, не смейте разгружать лодку! – воскликнул Спраг.

Малыш взглянул поочередно на обоих господ, сплюнул, но не двинулся с места.

– Он служит у меня и обязан повиноваться моим приказаниям, а не вашим! – крикнул Стайн. – Малыш, вынесите на берег мой чемодан!

Малыш исполнил приказание, а Спраг остался сидеть в лодке, хотя его трясло от холода. Не получая никаких распоряжений, Кит с удовольствием отдыхал.

– Когда капитаны ссорятся – пароход стоит, – проговорил он как будто про себя.

– Что вы сказали? – спросил Спраг.

– Я говорю сам с собой, такая у меня привычка, – отвечал Кит.

Хозяин наградил его суровым взглядом и, надувшись, просидел в лодке еще несколько минут. Потом сдался.

– Выньте из лодки мой чемодан, – распорядился он, – и займитесь, пожалуйста, костром: мы остаемся до утра.

II

Настало утро, а ветер не утих. Озеро Линдерман представляло собой узкое горное ущелье, наполненное водой. Ветер, срываясь с гор, дул здесь неравномерно, порывами, то с силой урагана, то как еле заметный бриз.

– Если вы хорошенько подтолкнете, я, пожалуй, выведу лодку, – сказал Кит, когда все было готово к отплытию.

– Что вы в этом смыслите? – накинулся на него Стайн.

– Там видно будет! – ответил Кит и замолчал.

Впервые в жизни Кит нанялся в услужение, но он быстро усвоил правила дисциплины. Покорно и весело принимал он участие в общих попытках сдвинуться с места.

– Что вы собираетесь делать? – чуть не плача спросил Стайн.

– Давайте сядем и хорошенько отдохнем, а когда настанет затишье, наляжем и двинем ее как следует.

В этой идее не было ничего мудреного, но все же Кит первый набрел на нее. План удался сразу. Поставили парус из одеял, и лодка двинулась. Стайн и Спраг мигом повеселели. Малыш, несмотря на неистощимый пессимизм, оказался человеком веселым, а Кит был слишком захвачен всем происходящим, чтобы скучать. Четверть часа Спраг боролся с рулем, потом умоляюще взглянул на Кита, и Кит сменил его.

– Я чуть руки себе не обломал, – извиняющимся голосом пробормотал Спраг.

– Вы, наверное, никогда не пробовали медвежатины? – сочувственно осведомился Кит.

– Что вы хотите этим сказать, черт побери?

– О, ровно ничего, я просто полюбопытствовал.

Но за спиной хозяина Кит встретил одобрительный взгляд Малыша, который понял и оценил шутку товарища.

Кит обнаружил такие блестящие способности к управлению лодкой, что денежные тузы, не склонные к труду, произвели его в рулевые. Малыш с удовольствием взвалил все корабельное дело на плечи товарища, а сам занялся стряпней.

Между озерами Линдерман и Беннет было несколько миль сухого пути, и предстояло тащить багаж на плечах. Оставив в лодке только самый легкий груз, Кит и Малыш перегнали ее на озеро Беннет по узкому, но быстрому протоку, соединяющему оба озера, и тут Кит приобрел много познаний в судоходном деле. Багаж пришлось тащить на себе Киту и Малышу. Спраг и Стайн исчезли, и Кит с Малышом, надрываясь, в два дня перенесли его от озера к озеру. Так было и дальше, – Кит и Малыш изнемогали под тяжестью клади, а хозяева шли налегке и вдобавок требовали, чтобы им угождали.

Полярная зима приближалась и сковывала все, как железом, а путники продвигались вперед медленно, тратя много дней по-пустому. В Уинди-Арм Стайн самовластно отставил Кита от руля и взялся управлять лодкой сам; в результате не прошло и часа, как лодку отнесло на подветренный берег, где яростно бушевали волны. Два дня были потеряны на починку лодки, а когда на третий день утром хозяева и работники вышли на берег, на корме и на носу красовались огромные буквы сделанной углем надписи: Чечако.

Кит улыбнулся, оценив меткость прозвища.

– Я, конечно, умею читать и писать, и я знаю, что чечако значит новичок, но я не настолько образован, чтобы написать такое трудное слово, – заявил Малыш в ответ на обвинение Стайна.

Оба хозяина злобно посмотрели на Кита. Кит промолчал о том, что накануне вечером Малыш попросил его показать, как пишется это слово.

– Их это задело не меньше медвежатины! – радовался Малыш.

Кит усмехнулся. С каждым днем убеждаясь в своих силах, в своей возрастающей ловкости, он все глубже проникался презрением к хозяевам. Они не только раздражали и возмущали его, но и внушали ему омерзение. Сам он отведал медвежьего мяса, и оно пришлось ему по вкусу; они же отбивали у него всякую охоту к этой еде. Он благодарил Бога, что Бог создал его не похожим на них. Его неприязнь к ним порой доходила до ненависти. Хозяева раздражали Кита не столько своими вечными придирками, сколько своей беспомощностью. Все-таки он принадлежал к закаленному роду старого Исаака Беллью.

– Малыш! – сказал он как-то во время одной из обычных досадных задержек. – Стукнуть бы их веслом по башке и выкинуть за борт.

– Правильно! – согласился Малыш. – Где уж им есть медвежатину! Рыбу им жевать, а не мясо, вонючкам этаким!

III

Первые пороги находились в Ящичном ущелье, следующие – Белая Лошадь – на несколько миль ниже. Ящичное ущелье недаром было так прозвано. Это был захлопнутый ящик, западня. По сторонам его поднимались отвесными стенами скалы, и выйти из него можно было только через пороги. Русло реки сужалось здесь, и вода, как бешеная, с неистовым ревом мчалась через узкий проход, вздуваясь посередине футов на восемь выше, чем у скалистых берегов. Волны мчащейся реки сталкивались с огромными бурунами, которые клокотали на порогах, не двигаясь с места. Ящичное ущелье пользовалось дурной славой: здесь смерть собирала богатую дань с проезжающих золотоискателей.

Высадившись на крутом берегу, где уже находилось штук двадцать нерешительно выжидающих лодок, Кит и его спутники отправились посмотреть на пороги. Они подползли к карнизу и глянули вниз на кипящий водоворот. Спраг отшатнулся.

– Боже мой! – закричал он. – Да тут не выплывешь!

Малыш многозначительно толкнул Кита локтем и прошептал:

– Трусы несчастные! Бьюсь об заклад, они сдрейфят!

Кит не слушал его. Во время путешествия на лодке он познал упрямство и безжалостность стихии. Ему захотелось помериться с ней силами.

– Нам нужно будет держаться гребня на середине реки, – сказал он. – Если мы отклонимся от него, лодка налетит на скалы…

– И мы даже не узнаем, обо что расшиблись, – докончил Малыш. – Умеешь плавать, Смок?

– Если случится беда, я предпочел бы не уметь плавать: один конец!

– Я тоже так думаю, – мрачно проговорил незнакомец, стоявший рядом с Китом на скале. – Хорошо бы, если бы все это было уже позади!

– А я и за деньги не пропустил бы такого случая! – сказал Кит.

Он говорил вполне искренне, но в то же время ему хотелось подбодрить незнакомца. Постояв немного, Кит направился к лодке.

– Так вы решились? – спросил незнакомец.

Кит кивнул головой.

– А у меня не хватает духу. Я тут торчу уже много часов. Чем дольше я смотрю на реку, тем больше страху нагоняет она на меня. Гребец я плохой, а со мной жена и маленький племянник. Если вам самим удастся благополучно переправиться, не поможете ли вы мне?