Волшебник и узурпатор - Кристофер Сташеф

Когда они скрылись из виду, Алеа вышла из своего укрытия. Она подтащила Гарову сумку и забросала ее ветками и листьями, ругая своего спутника за безрассудность. Девушка не сомневалась, что Гар обязательно вернется за мешком. Что-то не верится, что ему захочется остаться в армии!

Да и какая это армия? Ни один из всадников не похож на настоящего воина. У Алеа язык не поворачивался назвать их солдатами. Разве что бандитами или вообще отребьем. Весьма сомнительно, чтобы они отличались дисциплиной, присущей армиям на Мидгарде, особенно карликам.

Если Гар захочет уйти от этих головорезов, ему потребуется помощь. Придется оставаться в укрытии. От нее будет мало толку, если ее поймают до того, как Гар вернется.

Гар прошагал вместе с отрядом по дороге около мили; затем они свернули на оленью тропу, которая поднималась все выше и выше по склону, пока не вывела на ровную площадку, окруженную живой изгородью. Приглядевшись, Гар заметил, что кусты усыпаны длинными острыми шипами.

Здесь находилось нечто вроде ворот. Их охраняли два стражника, вооруженные топорами с длинными рукоятками. Гар нахмурился: армия эта показалась ему слишком уж любительской. Они еще даже не изобрели настоящие алебарды! Означало это одно — их предки не привезли с Терры необходимых знаний или же сделали все для того, чтобы знания эти утратить.

— Это еще что, Рутер? — спросил один из стражников, кивком указав на Гара.

— Новое пополнение, братцы. Он уже доказал, что немного умеет драться, — отвечал сержант. — Пропустите его. Мы проследим, чтобы он вел себя подобающе.

Второй стражник издал короткий смешок, а первый с ухмылкой произнес:

— Не сомневаюсь. Ну и верзила! Тем лучше для генерала. Пусть проходит.

Они проехали в ворота, затем по дорожке мимо построенных из ветвей хижин. Поглазеть на великана вышли и другие солдаты. Они отпускали грубые шутки относительно его происхождения, но Гар не вполне понял их юмор и потому решил воздержаться от комментариев.

В центре лагеря стояла хижина побольше остальных, с плетеными стенами и соломенной крышей. Трое солдат обмазывали прутья глиной, но от этого хижина не переставала казаться тем, чем была на самом деле — убогим примитивным строением. Около нее стоял мужчина невероятно крупных габаритов, в кожаной куртке, украшенной позументами и медными бляхами. На голове копна черных волос, глаза маленькие и настороженные, челюсть квадратная, а нос был когда-то сломан и сросся неправильно. Вокруг на разном расстоянии стояли такие же мужланы с копьями в руках и внимательно смотрели по сторонам — по всей видимости, охрана.

Увидев в центре отряда Гара, бугай сверкнул глазами.

Подъехав к нему, Рутер и его люди подняли руки ко лбу — жалкое подобие салюта.

Не сводя глаз с Гара, главарь отсалютовал в ответ.

— Кто это, сержант? Наш новый солдат?

— Он самый, сэр... Снимай шапку, когда разговариваешь с генералом, понял?

Гар снял свою широкополую шляпу, думая о том, когда же генерал обеспечит своих людей шапками, которые те будут снимать в знак уважения. Ну а пока им приходится обходиться жестикуляцией, заменявшей собой приветствие.

— Встретили голубчика, когда он прогуливался по дороге с мешком за плечами. Вот и решили, что найдем для него подходящую работенку, достойную настоящего мужчины.

— Мужчины? — Генерал презрительно скривил губы. — А чем вы докажете, что он действительно таков, в отличие от прочей деревенщины?

— Он отказался подчиниться приказам. — Рутер усмехнулся. — Решил, что может справиться с нами шестерыми. С одним немного помахал кулаками. Отделал его под орех.

— Значит, не совсем пропащий. — Малахи повернулся к Гару. — Что ты думаешь о военном ремесле?

— Это древняя и почетная профессия, сэр.

— Почетная, да? — Малахи осклабился. — Спроси-ка лучше мнение парней из трех деревень, которых мы недавно забрали. Интересно, что они тебе скажут. Но звучит неплохо. Значит, ты пришел по своей воле?

— Да, сэр, — я уже объяснил, что пришел к вам по собственному желанию.

Всадники что-то пробормотали и с тревогой переглянулись.

— Верно, одного с лошади стащил, да? А остальных небось предупредил, что раскромсаешь беднягу на мелкие кусочки, если они попытаются на тебя наброситься. — Малахи хитро кивнул, а затем перевел взгляд на Рутера. — Небось наплел ему с три короба, а, сержант?

— Так точно, сэр, и он говорил со мной довольно учтиво.

Было в этом и скрытое хвастовство, и утверждение, что сержант ни на секунду не испугался, а просто распознал талант с первого взгляда.

Малахи кивнул.

— Да, язык у тебя хорошо подвешен. Скажи своим людям, что прежде, чем снова идти в дозор, могут быть свободны на час.

Рутер заколебался, недоверчиво посмотрев в сторону Гара.

— Оставь его с нами, — сказал один из стражников с недоброй улыбкой. — Будь уверен, он и пальцем не тронет генерала.

— Приятно сознавать, что ты заботишься о моей безопасности, — саркастически заметил Малахи, — но для беспокойства нет причины, сержант. Эти люди трижды отражали нападения. За меня нечего бояться.

Надо же! Гар даже представить не мог, что этот человек способен вызвать такую ненависть. Интересно, как же убийцам удалось приблизиться к нему?

— Есть, сэр.

Рутер снова неуклюже отдал честь; его примеру последовали солдаты. Затем они развернулись и пошли прочь, негромко переговариваясь между собой. Гару почему-то показалось, что они облегченно вздохнули.

Голос генерала Малахи сменился рыком.

— Смирно, солдат! Теперь у тебя нет выбора — ты один из моих людей, нравится тебе это или нет. Сержант будет дрессировать тебя до тех пор, пока ты не станешь как шелковый — не приучишься говорить только по команде и моментально выполнять приказы! Запомни, деревенщина, учиться военному ремеслу чертовски трудно, скоро сам в этом убедишься!

— Я справлюсь, сэр, — сказал Гар, — ведь я стану таким солдатом, как...

— Тебя кто-нибудь спрашивал?

Генерал Малахи наотмашь ударил Гара по лицу тыльной стороной руки. Гар почувствовал резкую боль, однако постарался сдержать закипавшую внутри ярость. Он стоял, не шелохнувшись, вытянув руки по швам и не давая воли эмоциям.

Малахи разглядывал его, стоя руки в боки. Охрана взяла оружие на изготовку. Гар не сдвинулся с места.

Генерал кивнул, и стражники слегка расслабилась.

— Что ж, — произнес Малахи, — ты уже усвоил первое правило, хотя это оказалось непросто. Но надо признать, ты способный ученик.

Гару приходилось бывать солдатом и даже офицером в дюжине армий, однако на его лице не отразилось и тени презрения. Этот человек сам себя возвел в ранг генерала, но об этом лучше умолчать — Гару хватило первого «урока».