Общество по защите обесчещенных эльфов (СИ) - Жнец Анна

Ноль внимания.

Драчуны не повели даже ухом. Брюнет попытался достать рыжего кулаком, но тот уклонился от удара и зашипел, брызгая кровавой слюной:

— Калека! Ты — калека! Думаешь, ей нужен такой, как ты? Пользованный и ущербный. Дракон без крыльев.

Брюнет взревел и бросился на рыжего, как бешеный бык. Вместе они повалились на пол, осыпая друг друга градом ударов.

— Не смей к ней лезть! Слышишь! Не смей! — Снова и снова кулак опускался на веснушчатое лицо, и в какой-то момент я заметила на полу выбитый зуб.

И стало страшно, до ужаса жутко.

А если в этой драке кто-нибудь погибнет?

— Хватит! Прекратите! Немедленно! — опять заорала я, готовая разрыдаться от чувства собственного бессилия.

Меня не слышали. На меня не обращали внимания. Я словно превратилась в невидимку.

Ну, почему мадам Пим-глоу уехала и бросила меня одну справляться с проблемами? Почему единственный дневной охранник заболел так не вовремя? Неужели нельзя было найти ему замену? Что мне теперь делать? Как остановить это безумное побоище?

Рыжий на полу хохотал жутковатым булькающим смехом. На его разбитых губах пузырилась кровь. Оседлавший его брюнет снова замахивался для удара. А окружающие наслаждались бесплатным представлением.

— Быстро, — скомандовала я служанке. — Ведро воды сюда. И похолоднее!

Пока толстушка бегала за водой, по ощущениям, прошла целая вечность. Это были самые долгие две минуты в моей жизни. Раз за разом я пыталась докричаться до взбесившихся курто, но мои крики тонули в шуме потасовки и воплях толпы.

Наконец дверь в банную распахнулась, я подбежала к служанке, отобрала у нее ведро и выплеснула воду на дерущихся.

— Стоп! — завопила я.

Вот теперь меня заметили. Сработал элемент неожиданности. Мне удалось застигнуть нарушителей врасплох и охладить их пыл.

— Я — новая смотрительница «Шипов». Вы двое, разошлись в стороны. Быстро! Или хотите, чтобы вас продали в заведение подешевле?

— В «Голубой бархат», — подсказала служанка.

— Да, в «Голубой бархат». Хотите туда?

На лицах избитых курто отразился такой неподдельный ужас, что я поняла: дело в шляпе, теперь эти двое будут ходить по струнке. Вот что значит правильно подобранная угроза. Ткнула пальцем в небо — и на удачу попала прямо в болевую точку. Похоже, репутация у этого «Голубого бархата» не самая лучшая. Вот тебе, Диана, и рычаг давления на хулиганов.

Кряхтя, рыжий ухватился за край купальни и кое-как, опираясь на цинковый бортик, поднялся на ноги. Брюнет кинул в его сторону ненавидящий взгляд и повернулся ко мне спиной. Широкой мускулистой спиной с двумя вертикальными шрамами. Симметричными и совершенно одинаковыми.

«Ты — калека! Пользованный и ущербный. Дракон без крыльев».

Страшная догадка закралась в мысли.

— О случившемся будет доложено мадам Пим-глоу, — произнесла я, заметив, что мужчины, свидетели потасовки, начали расходиться. — И она решит, как вас наказать. Те, кто видели драку, но не вмешались, тоже будут наказаны.

Я ожидала возмущенного ропота, но мои слова восприняли с мрачным смирением. Угрожая несчастным пленникам, и без того обиженным жизнью, я чувствовала себя злодейкой, но решила быть твердой — надо же поддерживать дисциплину. Знаю я человеческую натуру: дашь слабину — сожрут.

— Госпожа, послать за целительницей? — вырвала меня из мыслей служанка.

— А? Что?

— Я спрашиваю, послать ли за целительницей? — Толстушка смотрела большими карими глазами, вся красная и мокрая от пота. — Ну, чтобы она привела курто в порядок. Негоже принимать барышень с разбитым носом и синяками на лице.

— Да, да, отправь за ней кого-нибудь, пожалуйста.

Я покосилась на брюнета, единственного мужчину, оставшегося в ванной комнате. Тяжело дыша, он опустился на край купели. На его окровавленном лице читалась такая чудовищная душевная мука, что при взгляде на него самой становилось больно.

«— А из-за чего они подрались?

— Из-за женщины.

— Из-за женщины?

— Из-за клиентки».

Когда служанка освободилась, я нашла ее и попросила рассказать всю историю от начала и до конца.

Глава 6

Рыжего в доме терпимости звали Лис, потому что волосы его были цвета спелого апельсина и он мог превращаться в бурого лесного зверька, очень похожего на лису.

Брюнету в «Шипах» дали прозвище Дракон по той же причине — из-за принадлежности к его расе.

— И что же, он может становиться огромным ящером? — удивилась я.

Мы с толстушкой Джординой сидели в моей комнате на мансардном этаже и пили чай. Вернее, это Джордина пила, а я составляла ей компанию.

Дракон был красив, впрочем, как и все обитатели заведения мадам Пим-глоу. Как все обитатели мужского пола, стоило уточнить, ибо обслуживающий персонал, который состоял преимущественно из женщин, владелица «Шипов» словно нарочно набирала исключительно из дурнушек. Служанки здесь были либо тучные, либо на редкость страшные. Видимо, чтобы клиентки на их фоне чувствовали себя красавицами.

Сделав это открытие, я даже подошла к зеркалу, чтобы проверить, не слишком ли высокого мнения была о своей новой внешности.

Ох, нет. Уже одно только наличие ярко выраженной талии радовало мой взгляд. Имея такую хорошенькую фигурку, глупо было выискивать в себе недостатки.

— Откуда же вы приехали, госпожа, раз не знаете о драконах? — воскликнула полненькая Джордина, но быстро прикусила язык, сообразив, что сказала дерзость. — Простите, госпожа. Ни в каких огнедышащих ящеров люди-драконы не обращаются. Их так называют из-за крыльев и раздвоенных змеиных языков. Мужчины этой расы очень сильные, красивые и владеют магией. А у женщин, ко всему прочему, еще и чешуя на лице. Представляете, самая настоящая чешуя! На лице и на руках. Но животными они становиться не умеют.

Я задумалась.

— У этого курто… У Дракона. У него крыльев нет.

Вспомнились шрамы на ладной мускулистой спине. Два одинаковых длинных рубца в районе лопаток.

— Так отрезали ему крылья, — подтвердила Джордина самую страшную мою догадку. — Знаете, сколько они стоят на черном рынке, крылья дракона-то? Ого-го, сколько! А мадам не дура такую выгоду упускать.

Отрезали.

Меня замутило. Пришлось трижды глубоко вздохнуть, чтобы избавиться от тошноты.

Что за жуткое место! Какие жестокие люди! Пожалуй, надо выручать отсюда эльфа, пока ему тоже… что-нибудь не отрезали.

— Всем драконам в неволе отрезают крылья, — как ни в чем не бывало продолжила Джордина, словно мы обсуждали погоду или новый фасон платья, а не чью-то искалеченную судьбу. — А виной тому — их волшебное оперение. Одно перышко из этих крыльев способно исцелить самую страшную рану. Всего-то и надо, что окропить перышко кровью мага или колдуньи, а затем прочесть заклинание. Да и в зельях перья драконов — ингредиент частый.

Пока Джордина пила чай, я поспешила сменить тему. Уж очень неприятный осадок оставил ее рассказ.

— А что там с клиенткой, из-за которой Лис с Драконом подрались?

Джордина оживилась. Делиться сплетнями ей определенно нравилось.

— Ох, эта история очень грустная. И романтичная. Но больше все-таки грустная. Даже, можно сказать, трагическая.

— Не тяни.

— Ходит к нам постоянная клиентка. Молоденькая аристократка. Курто ее любят. Ласковая она и добрая. Говорят, ничего особенного не требует. Щедрая. Подарки дарит. Каждый хочет, чтобы именно его она выбрала на ночь.

— Ясно. Значит, не поделили добрую и щедрую клиентку.

— Все гораздо сложнее, госпожа, — драматично всплеснула руками Джордина. — Дракон утверждает, что признал в госпоже Арабелле свою истинную пару. Врет, наверное. Разве может обычная девушка быть истинной парой для мужчины из расы драконов? Сказку он себе красивую придумал, чтобы не сойти с ума в неволе, — вот что я считаю.

«Истинная пара? — удивилась я, но решила не уточнять, чтобы лишний раз не вызывать подозрений своим невежеством. — Наверное, она имела в виду вторую половинку».