Любовь. И никаких тортов! - Айриш Крим

всё прошло… Нет-нет! Этого допустить нельзя. Надо срочно что-то придумать. Я не могу потерять его из-за какого-то глупого вируса. Чёрт! Откуда он вообще мог взяться в мае?»

Я начала судорожно перебирать варианты того, как попасть к Роме в квартиру и при этом не быть выставленной за дверь. Ссориться точно не хотелось, а он очень сердился, когда я упрямилась и делала по-своему.

Ладно… подожду пару дней. Если не позвонит, значит, сама поеду! И пусть попробует выгнать! Силой запихну в него торт и только тогда уеду!

***

Но эти два дня я не смогла сидеть, ничего не делая. Раз в час отправляла Роману сообщения и спрашивала о самочувствие. Сначала он благодарил за заботу и сообщал, что температура ещё высокая, и он спит. Но с каждым смс в ответы закрадывались недовольные смайлы, а потом и вовсе появились сердитые и злые. В конце концов, он попросил не сходить сума и дать ему время. Иначе он внесёт меня в черный список до тех пор, пока не выздоровеет.

Умом я понимала, что моя забота слишком навязчива и только раздражает, но не могла совладать с собой. Времени в запасе было катастрофически мало, а руки сами тянулись к телефону. На третий день я еле дотерпела до восьми утра и отправила очередное смс: «Ты как? Лучше?»

Прилетел ответ: «Лучше. Но пока нам видится не стоит. Думаю, в субботу уже сам к тебе приеду».

— Ну уж нет! Я больше ждать не могу! — буркнула я и пошла упаковать торт.

А уже через час стояла на пороге его квартиры и трезвонила в дверь. Видимо Рома не ожидал, что это буду я и без задней мысли распахнул дверь. Я влетела в коридор, словно ураган и, шмякнув торт на тумбу, сходу впилась поцелуем в его губы.

— Всё! Если ты заразный, то я тоже заразилась! Выгонять меня нет смысла!

— Так и знал, что ты чёкнутая! — рассмеялся Роман. — Если ты так желаешь пару дней просидеть в сортире блюя так, что аж кишки выворачивает, твоё дело! Но я тебя предупредил! Вирус не из самых приятных, знаешь ли…

— А мне ничего не страшно! Лишь бы с тобой! Я вот точно тебя не выгоню, если ты решишь за мной поухаживать, понятно?

Рома с идиотской улыбочкой смотрел на меня, и явно понимал, что уходить я не собираюсь. Потом взгляд его остановился на тумбочке, где красовался мой «сюрприз».

— Ты вот сейчас серьёзно, Лёль? Что это опять?

— Это торт, — не придумала я ничего оригинальнее. — Пошли пить чай.

Сегодня я впервые была у него дома. Рома всегда отшучивался, что живет в «холостяцкой пещере». Однако на пещеру квартира точно не была похожа. Светлая, просторная и очень уютная. Никаких лишних безделушек и безвкусной мебели, никаких бабушкиных сервантов и обоев в цветочек. Да, я бы очень хотела здесь остаться и даже переделывать бы ничего не стала. Именно так выглядела в моём представлении идеальная квартира.

Рома поставил чайник и полез в шкафчик, извлекая оттуда орешки, сухофрукты и странные печенюшки с отрубями.

— Да зачем? Я же тортик принесла, — попыталась остановить его.

— Ну, тебе тортик, а мне это. Ты же помнишь, что я не ем сладкого? — он вопросительно глянул на меня и полез за чашками.

— Ты же его ел… И сказал, что очень вкусно. Вот я и принесла, чтоб тебя порадовать…

— Олель, в тот раз я съел, чтобы ты ушла. А сейчас… Ну зачем? Хватит меня насиловать этими углеводами. И так за эти два дня нормально не ел…

Я чувствовала, как глаза наполняются слезами, а в горле встал колючий ком.

— О боже… Опять? Каждый раз будешь плакать, когда я отказываюсь есть сладкое? — Рома подошёл и обнял меня. — Ты хочешь, чтоб я стал толстым, страшным и мне было плохо?

— Нет… Я хочу, чтобы тебе было хорошо… Хорошо со мной… Поэтому съешь маленький кусочек. Ради меня.

— Что за шантаж, Лёль? Мне с тобой будет хорошо, даже если ты вообще ничего не будешь готовить! Особенно торты!

— Ром, ну пожалуста-а-а… — скулила я и слёзы с новой силой потекли по щекам.

— Ох ты, дурочка моя! — шепнул Рома и, открыв коробку, отрезал кусочек.

Он ел его демонстративно, закатывал глаза и охал, показывая, как наслаждается дивным вкусом. Съев, рассмеялся, притянул меня к себе:

— Довольна?

— Ага! Ещё как!

«Надеюсь, он скоро привыкнет, и уже не будет так сопротивляться. А то надолго меня не хватит»

***

В этот день я осталась ночевать у Ромы. И хотя мы просто спали в обнимку, безо всяких там амуров и приступов страсти, я ещё никогда не ощущала такой настоящей близости. Как будто вернулась в родной дом после долгих лет отсутствия, и здесь меня встретил самый родной человек. Не хотелось даже думать, что это всё ненастоящее. Вернее с моей-то стороны всё было настоящим… А вот с его — лишь временный эффект, призрачное чувство, которое растает, словно утренний туман ровно через тридцать дней. Печально.

Проснулась я от поцелуя и, открыв глаза, увидела любимое лицо. Рома уже вернулся с пробежки и принёс поднос с завтраком, оставив его на комоде.

— Соня, просыпайся! Уже почти восемь, — шептал он, нежно гладя мои волосы. — Знаешь, я хочу будить тебя каждый день. И не хочу больше отпускать. Выйдешь за меня замуж?

Я, пытаясь осознать, что слышу не свои сонные фантазии, а реальное предложение, присела на кровати и тайком ущипнула за руку.

— Ты шутишь? Или серьёзно?

— Конечно серьёзно! Только у меня условие: мы женимся, и ты перестаёшь пичкать меня тортами. А то знаешь, я тоже так могу. Вот… — Рома взял поднос с завтраком и водрузил его мне на колени прямо в постель. — Вчера я ел твой торт, а сегодня ты ешь мой завтрак!

Я взглянула на поднос и сердце бешено заколотилось. Рядом со стаканом сока на тарелочке аккуратно лежали вчерашние печенюшки из отрубей, намазанные коричневой пастой. Чуть горьковатый аромат, едва напоминал запах рыбы. Я сразу узнала его, и от этого сердце заколотилось ещё сильнее.

— Что это? — я надеялась услышать всё, что угодно, только не то, что услышала в следующий момент.

— Да не бойся! Это съедобно! Просто перетёртые семена. Очень полезная штука. Всё натуральное, ни грамма химии.

— Урбеч из тёмного льна? — дрожащим голосом переспросила я.

— О, даже знаешь, как это называется? Молодец. Порадовала! А то я уж думал, что ты кроме сосисок ничего не ешь, — он рассмеялся, и,