Сокровище Пустоши (СИ) - Ромашин Алекс

— О, боги! — тянет гном не в силах больше выговорить ни слова, потом приходит в себя, срывается с места, несется в лагерь, крича на ходу, — Трабиэль! Арнет! Вставайте! Пропустите всё интересное!

Из палатки выползает сонный Арнет, не понимая, что происходит. Следом появляется эльф, сна ни в одном глазу. С ожиданием смотрит на взбаламученного друга:

— Что случилось, Грызмук?

— Там! — машет гном рукой в сторону, — пойдемте скорее! Это нужно видеть! Скорее, не пожалеете!

Грызмук поворачивается, несется обратно посчитав свою миссию выполненной. Арнет и высокородный торопятся вслед за исчезнувшим в кустах гномом. Увиденное так же, как и Лирию ввело Арнета в оцепенение. А вот Трабиэль отнесся спокойно, выразив лишь заинтересованность.

На противоположном берегу разворачивается битва. Нападающие устанавливают требушеты, строят осадные башни. Чтобы не допустить угрозы, осажденные предпринимают вылазку: ворота приоткрываются, из них группами, выпрыгивают бойцы в облеченных доспехах. Слаженно работая мечами, пробивают коридор к осадным орудиям. Одни приводят их в негодность, другие поджигают. Сторонники лазутчиков частыми выстрелами из дальнобойных луков, прикрывают отступление. Тучи стрел несутся в сторону врага, летящая смерть собирает богатый урожай. Но не всем удается вернуться обратно, нападающие приходят в себя, отрезают защитникам путь к отступлению. Завязываются кровавые стычки, вышедшие из крепости — отличные бойцы, но силы не равны, врагов в разы больше. Воинов из цитадели рассеивают, по одному уничтожают.

— Сколько проживу, столько буду помнить! — говорит гном.

— Не ты один, — вторит Арнет, — такое придумать невозможно.

Битва продолжается. Армия, ведущая осаду, вводит в бой магов. Под стены выходит дюжина разумных в глухих балахонах. Под прикрытием охранения они начинают плести заклинания, делая пассы руками. Перед ними собираются сгустки голубого огня. Они трепещут, пульсируют, начинают течь, формируя вытянутый эллипс. Маги вскидывают руки, встряхивают, отправляют сверкающее копьё в крепостную стену. Яркая вспышка, мощный взрыв, в разные стороны летят обломки камней, бревна перекрытий, куски плоти, вырастает облако пыли. Порыв ветра, сносит пыль в сторону, открывая рваную дыру в стене.

— Боги! Как страшно, — голос Лирии дрожит, в глазах ужас, она не отрывает взгляд от битвы, боясь хоть, что-то упустить.

— Неужели им нечем ответить? — в отчаянии произносит Арнет, видно, что его симпатии отданы защитникам крепости.

— Все, конец твердыне! — в азарте кричит гном, — сейчас начнется бойня.

В проделанное отверстие, врываются тяжелые латники, заполняют все пространство. Тут же приходит ответ осажденных. За стеной вспыхивает оранжевый свет, из пролома вырывается ревущее пламя, сметая все на своём пути. Мечутся горящие воины, падают, сгорают чадящим пламенем, вокруг валяются обгорелые тела. Атака отбита.

— Я знал! — вскрикивает парень. — Не просто будет войти за стены, еще ничего не закончилось.

Гном со злостью лупит кулаком по стоящему рядом дереву. Лирия закрывает лицо руками. Эльф с интересом смотрит на битву и переживающих друзей.

Осаждающие окатываются, оставляя горы тел. За спинами взлетают ковши онагров, отправляя куски скал в сторону крепости. Они ударяются в стену, кроша и ломая камень. Стены покрываются трещинами. Некоторые летят выше, падают за стеной, вызывая разрушения и хаос среди защитников. Запас камней заканчивается, онагры замолкают. В пролом устремляются латники, лучники кладут стрелы поверх стены, не давая защитникам высунуть голову. Легкая пехота тянет осадные лестницы.

Маги снова в деле, но эта битва не явная, они схлестнулись в немом поединке с чародеями осажденных. Тела напряжены, видно каких усилий им стоит это сражение. Один падает, его подхватывают служки в черных рясах, уносят в шатер, стоящий в отдалении. Усилия магов не прошли даром, они выиграли время. Защитники не смогли удержать стену, на нее врываются легкие воины, начинают расчищать участок, для более мощных бойцов.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Оборона разваливается, защитники в смятении. Пролом зачищен, внутрь крепости потоком идут ратники. За стенами кипит битва с защитниками, но они разобщены, их жертва ничего не решает.

Восток начинает светлеть, ночь заканчивается. Видение, захватившее путников, постепенно бледнеет. Последнее, что они видят: победители тычками, выгоняют проигравших из стен крепости, собирая их в группы, уводят за пределы поля боя.

На месте битвы остался лишь легкий невесомый туман, овраг, старый мост и зеленая трава, покрывающая небольшую возвышенность на противоположной стороне.

Друзья молчат в задумчивости, страсти, кипевшие в душе, затихли, уступив место небольшой опустошенности. Первым молчание нарушил Арнет:

— Когда могла произойти эта битва? На той стороне возвышалась громадная крепость, а сейчас от нее не осталось следа.

— Ты, прав, даже в Пустоши стоят развалины, которым несколько тысяч лет, — с отстраненностью отвечает Грызмук, — здесь же только мост свидетель тех событий.

— Сколько крови тут пролилось, — говорит Лирия, рассматривая ветхий переход через овраг.

— Предлагаю вернуться в лагерь, начать сборы в дорогу, — эльф пытливо посмотрит на молодых людей, — если выйдем сейчас, до обеда дойдем до туманной стены.

— Правильно, дружище, переберемся на ту сторону, отдохнем, а то ночь без сна прошла, — поддержал Трабиэля гном, смачно зевнул, выставив напоказ крепкие, в темном налете зубы.

Глава 3.2

До туманной пелены дошли быстро, этому поспособствовало прохладное утро и обещанный гномом отдых. Дорогой пытались обсуждать ночное происшествие, но разговор не ладился, эльф отвечал на вопросы односложно, гном вовсе делал вид, что не понимает, о чем идет речь.

Стена тумана открылась внезапно. Путники прошли небольшой лес, вспугнув пасущихся оленей, поднялись на возвышенность, остановились, заворожено рассматривая открывшийся вид. Зелень лугов обрывалась серой непроглядной мглой. Казалось, огромный плуг прошел от края, до края, выворачивая землю наизнанку. Полоса тумана уходила, вдаль теряясь за горизонтом. Начавший разогреваться воздух, обещавший очередной знойный день, остался за спиной. У стены веяло прохладой.

— Я чувствую себя неуютно, — сказала Лирия, глядя на клубы тумана.

— Мне тоже неприятно, кажется, из стены смотрят сотни глаз, намерения у них недобрые, — Арнет зябко повел плечами.

— Все правильно, — сказал эльф, — это влияние Пустоши, когда окажемся на той стороне, станет хуже, но не переживайте, долго это не продлится, разумные быстро привыкают.

— Страшно и неуютно, — Лирия посмотрела на эльфа, — давайте не будем задерживаться, я все меньше хочу туда идти.

— Правильно, чем скорее окажемся на той стороне, тем быстрее я посплю, — гном зевнул, посмотрел на друга, — пошли, что ли?

— Арнет, возьми Лирию за руку, сам хватай меня за пояс. Можете закрыть глаза — так легче. Я не знаю, что каждый из вас почувствует, но крепко держитесь и думайте, о чем угодно, только не поддавайтесь панике, — эльф подошел к молодым людям, всмотрелся в лица.

Бледная девушка вцепилась в руку друга, точно уже не отпустит. Арнет старается выглядеть безразличным, но волнение не спрячешь, оно написано на лице. Гном махнул рукой, нырнул в туман.

«Это просто туман», — думал Арнет держа Лирию за руку.

Гном махнул рукой, исчез в пелене. Молодой человек схватился за пояс эльфа, закрыв глаза, шагнул следом. В голове зашумело, навались тоска, хотелось все бросить, сесть и плакать жалея себя. Перед глазами заструились смутные образы, темные тени кружили вокруг, прикасаясь к казавшемуся обнаженным телу. Они снимали с него что-то, чавкая, пожирали. Каждое прикосновение обжигало ледяной стужей. Еще немного, он перестанет жить, пропадут все желания, он сам станет тенью…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Арнет очнулся оттого, что эльф лупит его по щекам, Рядом стоит Лирия, в глазах ужас. Он так и не выпустил ее руку, она побелела из глаз катятся слезы, девушка кривиться от боли. Парень с трудом разжал ладонь, посмотрел на туманную пелену. Она стала другой, белая клубящаяся стена, видимая с той стороны, потемнела, движение молочных сгустков прекратилось, просто серая мгла — высокая и спокойная.