Точка опоры (сборник) - Дмитрий Громов

Но это был не конец. Первыми возникли звуки. Знакомая слащавая мелодия назойливо плескалась в мозгу, становясь все громче. Потом окружающая темнота начала постепенно сереть, расступаться; словно в дымке, появились очертания комнаты, лица людей. Постепенно все обрело четкость, законченность форм.

В комнате царил полумрак. Негромко играла музыка. На экране извивался накрашенный певец. Николай поморщился – опять эти "Блю Систем"! И тут до него дошло. Неужели это был сон?! Путешествие в будущее, подготовка, Абсолютный Исполнитель, золотистая лента шоссе, каменные истуканы? Нет сомнений – это квартира Стаса. Значит, он все-таки принял таблетку, и все дальнейшее ему просто привиделось! На нем были его старые джинсы, рубашка, кроссовки. На столике стоял недопитый коктейль. Николай машинально опустился в кресло, взял бокал.

– А вы быстро освоились, – голос был незнакомый, и Николай, вздрогнув, обернулся. Может быть, к Стасу зашел еще кто-то?

Говорившему было лет тридцать. Загорелое, веселое лицо, черные, чуть вьющиеся волосы; одет в серебристую куртку с какими-то значками и серые мешковатые брюки со множеством карманов и "молний".

– Да я сейчас посижу немного и пойду. Только приду в себя.

– Куда пойдете?

– Домой, понятное дело.

– Отсюда никуда не надо идти. Вы уже пришли.

– О чем это вы?

– Вы хотели сюда попасть – и попали. Теперь ваш дом здесь.

– При чем здесь мой дом? Это квартира Стаса. Вот посижу немного и…

Кто-то пьяно засмеялся. Человек, говоривший с Николаем, тоже улыбнулся.

– Значит, вы не знаете, где вы?

– Знаю. В квартире у Стаса.

– Здесь нет никакого Стаса. И вообще, это не квартира.

"Сумасшедший, – подумал Николай. – Или "колес" наглотался. Хотя нет, похоже, он трезвый. И глаза нормальные. Вот только лицо странно знакомое. Где-то я его уже видел."

– Тогда где же мы, по-вашему?

– Там, куда мы все стремились. В раю.

– Не понял…

– Вы шли к Абсолютному Исполнителю?

"Так это был не сон?! Или сон продолжается? Ничего не понимаю. Все перепуталось."

– Д-да… Кажется, шел.

– И дошли. Вот оно, ваше желание. Вы здесь.

Решив, что тема исчерпана, человек повернулся к Николаю спиной и вышел в соседнюю комнату.

Николай недоуменно поглядел ему вслед. Перевел взгляд на других сидевших в комнате. Похожие, ничего не выражающие лица. Кто-то пьет, кто-то листает журнал, кто-то спит, двое уставились на экран. Но ни Алисы с Аней, ни Володи, ни Сергея, ни Стаса в поле видимости не наблюдалось. Значит, правда? Значит, таково было его желание? Единственное желание?!

"Не верю!!!" Ведь он же сбежал из этой комнаты там, в своем веке, на Земле! А, может, где-то в глубине души, в подсознании?.. Нет, он не мог хотеть этого! Он и сейчас не желает оставаться здесь. Но почему тогда он сюда попал?

И тут Николай вспомнил. Лицо человека, заговорившего с ним. Это был первый каменный истукан, встреченный им на шоссе.

Страшная догадка, тут же перешедшая в уверенность, поразила его. Все эти люди стоят, окаменевшие, там, на Серале! И он в том числе. Это была единственная, но практически непреодолимая ловушка проклятой планеты. И никто даже не подозревает об этом! Надо рассказать им, объяснить… Но нет, они его не поймут, не поверят. Наверняка каждый видит здесь свое, пребывая в персональном маленьком раю. Им хорошо. Они просто не станут его слушать, как не хотели слушать там, на Земле, в квартире у Стаса. Но он-то понял! Надо скорее выбираться отсюда, пока эта трясина не засосала и его.

Вот только… Почему – Стасов гадюшник? Почему – не какое-нибудь другое место, откуда он, Николай, действительно не захотел бы уходить, решив, что его желание исполнено? Или инопланетная ловушка не может создавать иллюзии произвольно? Да, наверное, ей нужны какие-то зацепки, картинки из памяти жертвы… Что же тогда получается? Никто из людей будущего ни о чем не догадался, потому что все они хранят в памяти образы тех мест, где хотели бы остаться навсегда? Где им по-настоящему хорошо. Выходит, это он, Николай, видит в них всего лишь бездумных и праздных сластолюбцев. А сами они уверены, что находятся в других местах, видят совсем иное. И только он, чужак из прошлого, получил суррогат рая, из которого стремится вырваться. Не на это ли рассчитывали пославшие его сюда люди?!

"Что ж, в таком случае они рассчитали верно, – с горечью подумал Николай. – Я не знаю места, которое стало бы для меня настоящим раем. Его нет в моей памяти. И в этом моя сила."

Он решительно поднялся и направился к двери. Никто не обратил на него внимания. Дверь была такая же, как в квартире у Стаса. С минуту он возился с замками. Наконец, дверь распахнулась, и Николай невольно отшатнулся. За дверью не было ничего. Огромная, бесконечная, черная Пустота. Но пути назад нет. Он не останется в этом розово-приторном "раю". Это зараза, которая со временем может поглотить всю Галактику. Миллиарды каменных истуканов, стоящих рядами, навечно погруженные в свои иллюзорные миры. Нет, этого не будет!

И, собравшись с духом, Николай шагнул в пустоту.

Он снова был на Серале. Впереди виднелась очередная группа истуканов – некоторые из них показались Николаю знакомыми – а за ними, примерно в полукилометре – небольшое возвышение. Подходя, Николай уже знал: это и есть Абсолютный Исполнитель. Банальный округлый холм высотой около десяти метров. Прямо перед Николаем темнело отверстие входа, и там, внутри, что-то светилось, мерцало, переливаясь всеми цветами радуги. Вот она, цель его путешествия; цель, к которой стремились тысячи разумных существ с разных планет, и которой он один смог достичь.

И тут он услышал Голос. Казалось, он шел отовсюду – из пещеры, с неба, из-под земли.

– Да, ты пришел. Говори свое желание – я исполню его.

– Уничтожь тот "рай", в который попали все, кто шел к тебе!

– Это часть меня самого. Моя защитная система. Если я уничтожу ее, я тем самым уничтожу и себя. Тогда больше никто не сможет исполнить свое желание. Подумай об этом.

На секунду Николай задумался. Но нет. Что еще мог он попросить? Он знал теперь: Земля цела, ядерной войны, которой так опасались в его время, удалось избежать, люди уже летают к звездам, победили болезни, продлили в несколько раз свою жизнь; да и до всего остального Человечество дойдет рано или поздно. Само. Если только… если только его не поглотит эта манящая трясина, в которой он только что побывал.

– Нет, я не изменю своего желания.

– Твоя воля. Исполняю.

Николаю послышался вздох облегчения. Сияние в глубине пещеры вдруг вспыхнуло ярче и тут же погасло. Больше ничего не изменилось. Николай обернулся – и увидел. Каменные истуканы ожили, зашевелились и, как по команде, двинулись ему навстречу. Николай стоял и улыбался. А они шли. Они были уже совсем близко. И тут Николай увидел их глаза, и внутри у него все похолодело. Они шли к нему. Шли молча. Он отнял у них их рай. Николай хотел крикнуть: "Опомнитесь! Я же спас вас, освободил от дурмана!" – но понял: бесполезно. Машинально он перевел регулятор дезинтегратора на разряд полной мощности. Он не хотел этого, и все медлил с выстрелом. И лишь когда увидел, что идущие впереди достают оружие, он поднял руку с дезинтегратором. В следующий момент перед глазами расплылась ослепительная вспышка, адская боль пронзила левую ногу, и все вокруг померкло…