Две сорванные башни - Дмитрий Пучков

– Отвечаешь?

Командир конников опустил глаза, не в силах сдержать тяжелый взгляд гнома, и снова утвердительно покачал головой:

– Точняк.

Постояв пару секунд в тишине, он повернулся к своей свите, присвистнул и коротко скомандовал:

– Хромой! Кривой!

Один из дружинников подвел под уздцы двух лошадок-задохликов. Спортсменчик хлопнул по лошадиной морде и обратился к Агроному, стараясь не смотреть в глаза поникшим странникам:

– Не переживай, я тебе вместо них лошадков дам. По одной за каждого карапуза, – всем своим видом он старался показать, что предлагаемый им обмен чрезвычайно выгоден для безлошадных оборванцев: – У лошадев грузоподъемность больше, а жрут они меньше. И самое главное – молчат всю дорогу.

Не дожидаясь «благодарности», он нацепил свою железную кепку, впрыгнул в седло, подхватил любезно поданную кем-то из ближайшего окружения клюшку и коротко скомандовал:

– Поехали.

Моментально снявшееся с места войско оставило пригорюнившихся странничков в покое и исчезло за ближайшим холмом. Троим приятелям некогда было раздумывать, поэтому Агроном и Лагавас уселись в седла, а Гиви запрыгнул за спину эльфу, и они припустили к месту ночного побоища половцев и урок.

Эти последние десять минут погони за уже прекратившим свое существование отрядом урок прошли в полном молчании, даже Гиви прекратил выражать нескончаемые неудовольствия всем, что попадалось под руку.

Всадники-половцы постарались на славу – урки, покромсанные в первоклассный гуляш, были свалены в огромную кучу, возле которой всем живым в назидание болталась на клюшке оскаленная морда Командурка. Подоспевший первым Агроном быстрехонько спешился возле импровизированного крематория, окинул профессиональным взглядом тлеющую груду тел и покачал головой – поживиться тут было совершенно нечем. «Гребаные спортсмены – все утащат, все сопрут», – матерился про себя Агроном.

Кулем свалившийся с лошади Гиви явно думал иначе: никого не стесняясь, он принялся ковыряться в горящей куче, пока не нашел знатную пряжку, почти не тронутую огнем:

– Ныплахая фэнка, мая будыт! Обнаружив, как шустро его обошел пройдоха гном, и не сдержав досады, Агроном со всей дури вдарил по насквозь прогоревшей уркской каске:

– Ох, ловкач!

Гиви в свою очередь только коварно улыбнулся:

– Поздно крычат, уже мае.

Агроном плюнул с досады в раскачивающуюся на клюшке харю и присел на траву. Присмотревшись, сорвал какой-то вычурный цветок, резавший взгляд своими фиолетовыми лепестками, размял его в пальцах и проглотил, после чего задумался о чем-то, помолчал пару секунд и задумчиво произнес:

– Жаль, Баралгин дуба врезал… Он же опером был. В гондурасском ГУВД служил. Его в спецшколе всякому учили. Он бы вмиг пацанов по следам нашел.

Тут внимание Агронома привлек след босой ступни, оставшийся на мягкой земле. Потянувшись к нему рукой, он внезапно почувствовал, как мир вокруг стремительно меняется, солнечный день померк и…

…на траве лежал Чук собственной персоной, а над ним всей своей внушительной тушей нависла боевая лошадь половского конного отряда, поднятая на дыбы прямо над карапузом. Пацанчик дернулся в сторону, в последний момент укатившись из-под копыт, едва не размозживших его черепушку…

Агроном от неожиданности вскочил на ноги, оглянулся вокруг – рядом по-прежнему догорали останки урочьей банды, а Гиви и Лагавас продолжали увлеченно мародерствовать…

Перепуганый бомж громко выдохнул, бросил взгляд туда, где обнаружил следы босых ног, и увидел в метре от них примятую траву и следы конских копыт, глубоко вбитые в землю… «Ниче себе меня вставило», – подумал Агроном и двинулся по широкой полосе – по всему выходило, что тут кто-то полз. Следопыт поневоле, он наклонился поближе к траве, и тут его словно обухом по голове накрыло волной нового прихода:

…ползущий прочь от ночного побоища карапуз наткнулся на вошедшую глубоко в землю обоюдоострую урочью алебарду и принялся перепиливать о ее зазубренное лезвие веревку, которой были накрепко связаны его руки…

Не выходя из транса, Агроном еще успел подумать: «Ну кто так вяжет??? Кто так вяжет!!! За спиной вязать надо!!» – и в этот самый момент кто-то коснулся его плеча… От неожиданности наркоследопыт брякнулся на землю. Над ним стоял донельзя удивленный Гиви:

– Слюшай, да, ти чиво пользаешь? Сыматри, чиво мы нашли…

Агроном хотел было сказать гному пару крепких словечек, но внимание его уже переключилось на валяющиеся в траве куски веревки, кем-то перепиленной пополам. Воодушевленный находкой Агроном отмахнулся от недомерка и короткими перебежками двинулся дальше – то опускаясь к самой траве и замирая на несколько секунд, то снова срываясь на быстрый шаг.

…На этом самом месте освободившийся от веревки Чук обнаружил своего приятеля, который медленно, но верно уползал подальше от бойни. Накрепко затянутые узлы поддавались плохо, и, только подключив зубы, ему удалось освободить Гека. Карапузы бросились бежать, но уже через несколько шагов их чуть не зашибла лошадь, на пути которой оказались незадачливые беглецы. Остановившись как вкопанные, они уже через мгновение были сбиты рухнувшим на них телом только что нашедшего свою смерть урки. Окончательно потеряв ориентацию в пространстве, карапузы принялись носиться по полю битвы, едва-едва уворачиваясь от всадников, урок и летящей во все стороны боевой амуниции.

Агроном снова проморгался, вернувшись из страны чудесных видений в реальный мир. Он осмотрелся вокруг себя – босые следы беспорядочно кружились по земле то тут, то там, резко меняя направление движения. Агроному стоило немалого терпения сконцентрироваться на их переплетении и распутать этот клубок. Мыслям в его голове было слишком тесно – шумя и толкаясь, они мешали ему думать. Он схватился за виски, прищурился, да так и застыл, уставившись немигающим взглядом в траву.

Гиви и Лагавас с нескрываемым удивлением смотрели на прибалдевшего спутника – тот покачивался, как пьяный, из стороны в сторону и бормотал нечто нечленораздельное, будто разговаривал с кем-то, здесь отсутствующим. Гном и эльф переглянулись. Гиви покрутил пальцем у виска, Лагавас пожал плечами, и оба они не сговариваясь двинулись к Агроному.

Когда эти двое подошли к нему, бомж, уже выпавший из транса, устало утирал со лба капельки выступившего пота:

– Короче, тут все и без Баралгина понятно. Гиви наклонился к уху Лагаваса и прошептал:

– Вот ано чито – духа визываль!!! Агроном тем временем продолжил:

– Похоже, в лес они ломанулись. Наверное, за грибами. Или за ягодами.

Гиви хлопнул себя по лбу и согласился:

– Точно, в лес, да по ягодицы!!!

Агроном подошел к Гиви, отодвинул его в сторону и, наклонившись, аккуратно сорвал в его ногах какой-то чахлый цветочек ядовито-фиолетового цвета. Осторожно спрятав его в карман, он, ни слова не говоря, двинулся в лесную чащобу…

Глава третья

СКАЗКИ ПРУССКОГО ЛЕСА

В лесу родилась елочка, в лесу она росла…

Прусское радио, все будет дас ист гут.

Как ни странно, все, привидевшееся Агроному, действительно происходило с Чуком и Геком. Только вот и тот и другой с удовольствием насмотрелись бы на происходящее со стороны, нажравшись галлюциногенных цветочков. А пока они, спотыкаясь о многочисленные коренья, торчавшие то тут, то там на лесных тропах, и отчаянно матерясь, неслись по лесу. Все тише за их спинами лязгал металл, и почти не слышны были предсмертные крики урок.

Когда же они, вконец обессиленные, рухнули у подножия огромного дерева и едва-едва успели перевести дух и осмотреться вокруг, в лесной чащобе раздался визгливый голос:

– Кто не спрятался, я не виноват.

Вылетевший из кустов урка-дохляк, размахивавший длиннющим ножом, показался карапузам почти что родным братом того самого уркагана, что пытался уже пристроиться к приятелям во время привала на поляне, закончившегося побоищем. И сомневаться в том, что цели и задачи, поставленные упырем, ничем не отличаются от уже оглашенной «генеральной линии партии», не приходилось. Оглянувшись по сторонам, урка заметил затаившихся под деревом карапузов и бросился им наперерез:

– Стоять, козлята! Завалю, в натуре, на «мужской половой орган»!

Поскольку гипнотическим воздействием его слова явно не отличались, карапузы предпочли поступить совершенно иным образом, и уже через мгновение их пятки сверкали так, словно взяли Гран-При на конкурсе «Украсим кремлевскую елку».

Урка бросился в погоню, не прекращая пропагандистской работы:

– Стоять, сказал!

– Щазз, блин, ага, – выругался Чук: – Я – чемпион области по пряткам и так просто не сдамся.,