Андрей Шевченко – «дьявол» с Востока - Энцо Катаниа

И начались поездки в Миланелло. И не на мощной спортивной машине, символе престижности многих – утвердившихся и не вполне – футболистов, а на самом ординарном серийном «Опеле» (один из спонсоров «Милана»). Благодаря «Опелю» он мог менять машину через каждые 15 тысяч километров пробега.

У въезда на базу день ото дня росло число тифози, приезжавших сюда со всех уголков Ломбардии, чтобы полюбоваться игрой Андрея. Он улыбался, приветствовал их жестами. После «правил Василия Лобановского» в киевском «Динамо», на тренировках «Милана» его ждали другие законы – Альберто Дзаккерони. Кроме футбола Андрея объединяла с Дзаком любовь и восхищение Наполеоном. И на перипетии судьбы Шева смотрел совершенно по-своему: ни один из игроков не мог с уверенностью утверждать, что это он выбрал футбол своей профессией. Обычно футбол, вещь почти заразная, выбирал «своих людей» из них – поклонников кожаного мяча.

Если бы все зависело только от Дзака украинец достиг бы попасть в Италию и достигнуть вершины признания уже в 1999 году, во втором круге чемпионата, когда «Милан» стайерским рывком подлетал к финишу, Дзаку было бы крайне удобно иметь в своем штате «сокрушителя ворот» подобного масштаба, который, к тому же, мог бы оказаться и весьма полезным для столь любимой им схемы 3-4-3. Во всяком случае, соображения тренера были достаточно элементарны и не выходили за рамки непосредственного использования футболиста на полную нагрузку. «Опыт мне подсказывает, что иностранному игроку необходимы, по крайней мере, шесть месяцев, чтобы освоиться в Италии и в нашем чемпионате». И Брайда и Галлиани охотно пошли бы навстречу тренеру уже в начале года, если бы не было трудностей, связанных с популярностью Шевченко на Украине, с обязательствами киевского «Динамо» в Лиге чемпионов, в которой Андрей мог стать лучшим бомбардиром. Если бы не священный страх президента клуба Григория Суркиса перед возможным возмущением народа. Но уже 20 июля, через две недели после приезда, сам Дзак удивлялся, как этот украинец, буквально вмиг смог преодолеть период бездействия и неуверенности, обычно сопровождающий тех, кто переходит из зарубежной команды в итальянскую, что и естественно из-за языковых трудностей, из-за климата и, особенно, из-за периода обкатки, столь необходимого, чтобы влиться в новый коллектив. «Андрей начал блестяще, он пролетел некоторые этапы без лишних остановок», – говорил позднее Дзак.

Со своим сердитым выражением или лицом философа, пронизывающим взглядом или выражением одержимости в глазах, мефистофелевской улыбочкой или дикими восклицаниями Дзаккерони вовсе не напоминал модного современного тренера. В тренировочном костюме вы могли его принять за симпатягу из соседнего дома, который пригласил вас в сквер перекинуться в картишки или погонять мяч. Замкнутый, но не до предела, немногословный, но абсолютно лояльный, он вынашивал свои собственные научные соображения о футболе нового тысячелетия и проводил их в жизнь последовательно и серьезно. «У Дзаккерони, – говорил Шевченко, – в голове не только схема игры, но и возможные ее модификации в зависимости от действий противника, а это – решающее в командной игре». В общем, Дзак придерживался не столько схемы, сколько образа мыслей, он требовал не денег, а времени, чтобы оформить и «выдать на гора» продукт коллективных действий. С другой стороны, пройдя через единственную и незаменимую школу «рядовых», он научился убеждать и побеждать.

Дзаккерони родился в 1953 году в Мелдоле (провинция Форли), затем с родителями переехал в Чезенатико, что недавлеко от Римини. В тринадцатилетнем возрасте уже прислуживал за столом в семейном ресторане, а позднее окончил школу гостиничного хозяйства, возможно, чтобы доставить удовольствие отцу, у которого был небольшой пансион под вывеской «Амброзиана». Этот пансион он гордо противопоставлял такому же, владельцем которого являлся бывший вратарь «Интера» и сборной Италии Джорджо Гецци, по прозвищу «камикадзе». (После блестящей карьеры его перепродали в «Дженоа», и с Джипо Виани, уже в «Милане», он выиграл чемпионат-1961/62 и Кубок чемпионов-1962/63).

И тут тоже не обошлось без «руки судьбы». Кроме взаимоуважения, множество совпадений связывало его с еще одним историческим персонажем. Он родился 1-го апреля, как и Арриго Сакки, был коренным римлянином, как Сакки с детства «болел» за «Интер», как и Сакки возглавил «Милан».

Дзак уже был готов перейти в «Интер», и Массимо Моратти долгое время обхаживал его на этот счет, но когда в мае 1998 года в Париже был завоеван Кубок УЕФА, решил оставить на этом месте Джиджи Симони. «Милан» очень быстро и оперативно отреагировал на ситуацию и заполучил тренера, который, как никто другой, «сделал сам себя» и мог, стало быть, разобраться в игроках, особенно в их психологии. «Дзаккерони, – утверждал Шева, – умеет разобраться в каждом из своих подопечных. Он всегда подготовлен и много работает как на поле, так и вне его. И мне нравится его искренность. Он говорит в лицо то, что думает». Этот способ жить и самоутверждаться пришел к тренеру с опытом первых лет пребывания в клубе «Чезенатико».

Родившись «с мячом в ногах», он проявил себя как очень способный защитник, обладавший напористостью и скоростью и попал в юношеский состав «Болоньи». Здоровье не позволило Дзаккерони продолжить карьеру футболиста, и он, почувствовав склонность к тренерской работе, окончил высшие курсы Коверчано, следуя не столько словам преподавателей, сколько «правилам игры», «законам поля», которые он изучил во время поездок – вдоль и поперек по области Эмилия – Романья. Он начинал в «Чезенатико», работал в «Риччоне», «Сан Ладзаро», «Баракка Луго» в различных межрегиональных лигах и серии В, и завоевал славу дальновидного тренера, способного решать любые проблемы.

При нем в сезоне-1990/91 «Венеция» вышла из серии С1 в серию В. Приглашение «Болоньи» в сезоне-1993/94 через три месяца окончилось увольнением. Перейдя в «Козенцу» (серия В), Дзаккерони спас команду из Калабрии от вылета в низшую лигу. Но у Дзака была мечта появиться в серии А. Эту возможность предоставили ему предприниматели отец и сын Поццо, которые перед сезоном-1995/96 позвали его в «Удинезе», только что перешедшего в высший класс.

В «Удинезе» Дзак провел удачные сезоны и сделал немало открытий для себя и для других. Он работал на поле, с компьютером и с людьми. Но все эти усилия могли бы пойти прахом, если бы он не добился результатов и не доказал, что умеет собрать команду из игроков, отвечающих требованиям его собственного штатного расписания. В Турине, в незабываемой встрече с «Ювентусом» его команда сыграла так, что предложенная им собственная схема игры (3-4-3) из случайной и эпизодической очень быстро стала модной.

Во время матча Дзаккерони давал сухие и четкие указания, отличался трезвостью суждений, точно угадывал с заменами. В раздевалке не позволял себе панибратства. Во время тренировок оставался только тренером. У него было лишь одно единственное правило: «Мы выиграем, если будем придерживаться вполне определенных вещей». Отсюда необходимость быть единой группой. «Он живет с нами и для нас», – говорит Шева. От Андрея Дзак хотел узнать некоторые, даже на первый взгляд малозначительные, детали, чтобы разобраться в его характере. Итак, и в «Милане» он продемонстрировал культуру общения с игроками, с которой можно было познакомиться еще в «Удинезе».

«Удинезе» Дзак тренировал три года. В первый занял десятое, вполне достойное, место, если учесть класс тогдашних команд. Во второй поднял команду до пятого – действительно великолепный результат для «славной провинциалки» – и получил в награду «Золотую скамью» как лучший тренер года, приз, которым когда-то владели Фабио Капелло и Марчелло Липпи. В третий сезон «Удинезе» занял уже третье место с Бирхоффом в качестве главного бомбардира, стал участником Кубка УЕФА. Естественно, в это время Дзак представлял собой лакомый кусочек для любой команды. Брайда и Галлиани в течение многих месяцев следили за его ратными подвигами и решили, что Дзаккерони и есть тот самый нужный для «Милана» человек. И они не ошиблись. В первый же год был выигран чемпионат страны.

Насколько это было возможно, в Киеве, где параболические антенны явно чудес не творили, а чаще вообще ничего не передавали из-за постоянной политической нестабильности в стране, Андрей следил за итальянским чемпионатом, прежде всего, по газетам и по рассказам коллег по профессии. А поскольку он уже знал кое-кого из итальянской сборной по встречам с Украиной, постарался теперь запомнить тех, с кем теперь в Милане сражался на бильярде или встречался в ресторане на праздновании своего двадцатитрехлетия.

По прогнозам чемпионат должен был пройти под знаком «Лацио», а в итоге победителем стал «Милан», заранее начавший широкую кампанию перестройки состава и незаметно для всех вырвавшийся вперед. Заслуга в этом лежит, как на главных действующих лицах, так и на тех, кто был занят в эпизодах, как на солистах, так и участниках хора, которыми уверенно дирижировал Дзак. В общем, со свойственным ему упрямством и используя лучшие качества каждого игрока, Дзаккерони создал единую и сплоченную команду. Ее визитной карточкой мог считаться голкипер Кристиан Аббьяти (рост – 192 см, вес – 92 кг), отличный парень из Аббиатеграссо, вышедший на поле 17 января 1999 года в игре «Милан» – «Перуджа» вместо удостоенного множества наград и многократного чемпиона Италии Себастьяно Росси и не сдавший позиций до последней игры с «Перуджей».