В топях (СИ) - Кронос Александр

Чуть повернувший голову граф, кривит губы в ухмылке. Выглядит довольно жутко, учитывая, что половина лица у него соткана из движущейся массы тёмных частиц, сначала принятых мной за туман. Как он вообще может разговаривать?

— Он мог и солгать, мой мальчик. Разумные существа далеко не всегда говорят правду.

Здоровяк задумчиво морщится и я подключаюсь к разговору.

— Палач взял под свой контроль Хёниц. И, как я предполагаю, хочет использовать его магов в качестве армии. Это достаточное основание? Сами понимаете, он не стал бы идти на такой шаг, чтобы помочь одной из сторон в очередной битве за власть. Покушение на семью Орвира, убийство Ланца — в обоих случаях магам канцелярии не удалось выяснить, кто нанёс удар. Эти смерти расшатали систему власти и спровоцировали сползание Норкрума в хаос. А тот схор был весьма убедителен — я уверен, что всё сказанное им, правда. К тому же он убил себя, чтобы не дать нам провести допрос.

Граф кривит губы и до меня только через секунду доходит, что он пытался улыбнуться.

— Яд в зубе, да? Их старая фишка — если взяли схора в плен, первым делом парализуйте ему челюсть и рвите зубы, только потом начиная допрос.

Немного помолчав, поднимает правую руку, указывая куда-то внутрь двора.

— Разговор предстоит не самый короткий — лучше расположиться с комфортом.

Как выясняется через пару минут, под «комфортом» он подразумевал остатки каменной кладки небольшого строения, на которых можно разместиться. Все рассаживаются на остатках стены, а Шхел занимает позицию в стороне — недавно прибывший призванный, пока с трудом ориентируется в происходящем и видимо не совсем понимает, как ему быть. Практически любое своё действие стремится подтвердить у меня.

Граф же, встав напротив нас, задаёт вопрос.

— Вы просите моей помощи в идущей войне, как я понимаю?

Формулировка ненадолго ставит меня в ступор. Остальных, судя по их молчанию, тоже. Когда становится понятно, что все присутствующие, включая Джойла, поворачиваются ко мне, решаю ответить.

— Мы просто сопровождали Джойла, который хотел выяснить историю своей семьи. Но, как я теперь вижу, тут всё далеко не так просто.

Смотрящий на меня мужчина, внезапно разражается хохотом.

— Не так просто! Да ты шутник, парень! И похоже совсем не понимаешь, что происходит.

Отсмеявшись, успокаивается и куда более спокойно, продолжает.

— Если смотреть с моей точки зрения, то единственный законный наследник престола — Джойл. Если быть более точным — Джойлерс Схэсс, сын Рэна Схэсса, последнего правителя империи из нашей династии.

Ошарашенно кошусь на здоровяка, который сам выглядит до крайности изумлённым. А «граф» говорит дальше.

— Мой сын имеет права на престол, ничуть не меньше, чем любой из Эйгоров и уж тем более ублюдков Сарров, что свергли нас, вырезав почти всех моих родственников.

Сидящий слева от меня Эйкар, задумчиво отмечает.

— Династия Схэссов… Это же было почти тысячу лет назад.

Наполовину состоящий из пыли, мужчина, согласно кивает.

— Так и есть. Около тысячи лет. Большую часть из которых я вполне неплохо прожил под видом графа Рэгсона. Когда в твоём распоряжении есть неограниченное время и магия, недоступная остальным, получить титул не так сложно, как кажется. Я наблюдал, как один за другим сменялись императоры и раздумывал, не стоит ли сделать рывок наверх, вернув себе трон. Даже стал готовиться к этому. Но потом началась война между тремя Эйгорами и мне пришлось выбирать — или раскрыть себя, став мишенью для всех троих, или провернуть трюк и затаиться здесь.

Сделав короткую паузу, продолжает.

— И я бы выбрал первое, не будь Сторн таким могущественным магом. Возможно, я бы смог одолеть его, но и у него был шанс на победу. А рисковать после столь длительного ожидания, я не хотел. Поэтому в конце концов, в дело пошёл вариант под номером два.

Держащий на коленях винтовку Джойл, хмуро уточняет.

— То есть ты бывший император, живший тысячу лет назад? А я и мои сёстры — твои дети?

Рэн Схэсс внезапно оскаливает зубы, раздражённо фыркнув.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Как ты видишь, я всё ещё жив. И до сих пор остаюсь императором Норкрума. У которого больше прав на престол, чем у кого-то ещё.

Интересное заявление. Он же не собирается присоединиться к кровавой бойне, которой сейчас охвачен почти весь континент? Рядом слышится голос Эйкара.

— Так что именно вы сделали?

Мужчина помахивает восковой рукой, которая выглядит весьма иссушённой и похожей на мумифицированную.

— Не думай, что я намекну тебе на то, как именно работает моя магия.

Бывший призрак поднимает руку в примирительном жесте.

— О таком я и не думал. Просто интересно, как можно провернуть такое под носом у трёх сражающихся друг с другом армий, не вызвав при этом никаких подозрений.

На лице экс-императора появляется ухмылка.

— Это было не так сложно — эти парни были слишком поглощены уничтожением друг друга. А магической энергии выплеснулось столько, что она заглушила все их радары — они были слепы и глухи.

Замечаю, как на лице Эйкара появляется вопросительное выражение.

— Радары?

Рэн слегка морщится и чёрные частицы мельтешат в воздухе около черепа.

— Следящие артефакты. Они не могли давать чёткой картинки, когда вокруг творился настоящий хаос — десятки применяемых заклинаний высшего порядка, магические конструкты, массово применяемые комбинации рангом пониже — всё это, не позволяло им нормально работать.

Едва удерживаюсь, чтобы не выматериться вслух. Если сначала я подумал, что слово «радары» выдал мой собственный мозг, заменив им какой-то здешний аналог, то теперь ясно, что оно, напротив незнакомо местным. Тогда выходит, что стоящий перед нами человек — не из этого мира. Вполне может быть, что он тоже прибыл из моей вселенной. Хотя, как знать — если маги могут пробиться к двум мирам, кто сказал, что невозможно проделать дыру в стене, защищающую третий. Или четвёртый. Сам представитель древней династии, уточнив момент с артефактами, продолжает излагать дальше.

— Раньше всё это место было прикрыто моими защитными заклинаниями. На случай, если кто-то заинтересуется, чем таким занимается граф-отшельник, со скромным штатом прислуги, чей замок стоит в болотах. Битва на Коньей пустоши поставила под угрозу всю маскировку — защитные заклинания были нарушены из-за масштабов выплёскивающейся силы и после её окончания, меня бы точно обнаружили победители. Поэтому, пришлось пустить в ход то, что было заготовлено совсем для другого. В итоге Хельгинские болота оказались под надёжным магическим щитом, а маги здесь крайне ограничены в своих возможностях. Единственным минусом стала моя внешность, оставляющая желать лучшего.

Задумчиво слушающий его Джойл, чуть смутившись, уточняет.

— Но как ты… Дети? Не понимаю, как в таком виде можно…сделать детей.

Рассмеявшийся Рэн качает головой, глядя на сына.

— Ты смотри, поездка во внешний мир не прошла даром — уже говоришь о сексе, не краснея, как юная дева и не пытаясь рухнуть в обморок. Если серьёзно — каждые десять-пятнадцать лет я могу принимать нормальный облик, в котором остаюсь на пару дней. И ты сам понимаешь, чем мы занимаемся с твоей матерью.

Парень морщится, а вот Айрин, сидящая справа от меня, задаёт вопрос.

— Мать Джойла — кто она? Императрица?

На лице мужчины снова появляется ухмылка.

— Конечно, нет. Я так и не женился — Схэссам ни к чему связывать себя узами брака, когда вокруг полно женщин, готовых отдаться по первому зову. Дайра — лишь верная служанка, что скрашивала мои вечера, когда я уставал от постоянной новизны ощущений. Она немного владела магией, а после изменения парадигмы магического фона получила достаточно сил, чтобы контролировать ситуацию. Всё это время она провела со мной, служа и терпеливо ожидая. Надо признать — в конце концов я даже начал задумываться, что ей бы подошла корона правительницы Норкрума, прикрывающей мою спину.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})