Отец Иоанн (Крестьянкин) - Вячеслав Васильевич Бондаренко

но скорее всего на Крестительском кладбище Орла, где погребалось большинство прихожан Смоленского храма, — собственного погоста у церкви не было.

Прапрадеда о. Иоанна, появившегося на свет, видимо, в 1760-х годах, звали Василием Ивановичем. Кроме Феодора, у него были также дети Ольга (родилась и умерла в 1798-м), Иван (родился в 1799-м, умер в 1805-м), Николай (брат-близнец Феодора, родился и умер в 1800-м), Петр (родился и умер в 1803-м), Ксения (родилась в 1804-м). Единственным выжившим, кроме Феодора, ребенком был Михаил (родился в 1791-м, умер 3 мая 1856-го «от горячки»). Его сын Иван Михайлович был женат на Хионии Никитиной и стал отцом пятерых детей — Татьяны (родилась в 1854-м), Марии (родилась в 1856-м), Екатерины (1859–1863), Пелагеи (родилась в 1863-м) и Александра (родился в 1866-м). Все они доводились троюродными сестрами и братом Михаилу Дмитриевичу Крестьянкину и, соответственно, четвероюродными тетками и дядей о. Иоанну.

Самым ранним точно известным нам предком о. Иоанна по отцовской линии был его прапрапрадед — купец Иван Семенович Крестьянкин, умерший в Орле 10 июля 1805 года в возрасте восьмидесяти лет. Следовательно, родился он в год смерти Петра Великого — 1725-м и застал девятерых императоров и императриц. А его отец Семен Крестьянкин, свидетель петровского преобразования России, появился на свет в самом начале XVIII столетия либо в самом конце XVII.

Все эти записи, как уже было сказано выше, относятся к метрическим книгам храма Смоленской иконы Божией Матери «Одигитрия». Храм был возведен в Орле в 1770-х годах и функционировал до 1874 года, когда рядом с ним, на территории церковного фруктового сада уже вовсю шло строительство нового Смоленского собора, украшающего собой Орёл и поныне. Возможно, Крестьянкины, в том числе и прадед о. Иоанна Феодор Васильевич, присутствовали при закладке его фундамента, состоявшейся в 1857 году. Старый же храм был разрушен перед началом Великой Отечественной войны (колокольню снесли еще летом 1928-го). В середине 1950-х на его месте (тогдашний адрес — улица 1-я Песковская, 23а) заработал кинотеатр «Комсомольский»…

Но вернемся к Крестьянкиным. Отец героя этой книги, Михаил Дмитриевич, всю жизнь занимался прасольством — оптовой торговлей скотом, весьма распространенной в XIX веке. Такие торговцы покупали у крестьян коров или овец за наличные, при необходимости откармливали их на пастбищах, перегоняли в города и продавали на тамошних рынках — естественно, дороже, чем купили. Схема получалась выгодной для всех сторон: крестьян она избавляла от необходимости затратных, а зачастую и попросту невозможных в разгар сезона поездок на ярмарки и приносила «живые» деньги, прасол получал хороший процент от сделки, а клиенты на рынке — парное мясо.

Уже один выбор профессии говорит о том, что Михаил Дмитриевич Крестьянкин был человеком незаурядных качеств, ведь прасольство требовало, помимо купеческих талантов, и мужества, и лихости, и выносливости. М. Ф. де Пуле так писал о старых русских прасолах: «В занятиях и образе жизни прасола было много увлекательного, выдающегося, много было трудов и опасностей, одно преодоление которых уже закаляло характер человека. В прасольстве было много казацкого, удалого, что так нравится русскому человеку. Прасол прежде всего лихой наездник. Он вечно на лошади, на лихом донском коне, который смело перепрыгивает через овраги, плетни, через всякую деревенскую огорожу и несется вихрем в степях. <…> Он и одет по-казацки — в черкеске и в широких шароварах, опоясан ременным поясом с серебряными украшениями, на голове у него барашковая шапка. У него и походка и фигура чисто казацкие: сутуловатый, он ходит увальнем, с перевалкой и как бы вывернутыми ногами». «Прасол — поясом опоясан, сердце пламенное, а грудь каменная» — такую поговорку сложили о торговцах скотом в России.

И еще одно выражение есть в русском языке: «работать на дядю». Так вот Михаил Дмитриевич Крестьянкин работал на дядю в прямом смысле слова — на своего родного дядю по материнской линии, купца Дмитрия Петровича Немытова, брата Анны Петровны Крестьянкиной. В коммерческом плане Немытовы были неизмеримо более удачливы, нежели Крестьянкины, они по праву входили в купеческую элиту города. Призванием этого рода была мясная торговля — одна из самых успешных в Орле, что позволило семейству со временем обзавестись салотопельным, мыловаренным и свечным заводами и пенькотрепальной фабрикой, неоднократно занимать выборные должности в городском магистрате, а позднее — в управе. Благодаря изысканиям жительницы Орла Анастасии Ивановны Гринкевич, происходившей из рода Немытовых и восстановившей его генеалогию, сейчас мы хорошо знаем о предках о. Иоанна по этой линии. Его бабушка Анна Петровна Немытова (1844–1908), в замужестве Крестьянкина, была дочерью купца Петра Ивановича Немытова, а тот, в свою очередь, — сыном знаменитого в городе купца 1-й гильдии Ивана Михайловича Немытова (1786–1875). На его личности стоит остановиться подробнее, так как в истории Орла Иван Михайлович оставил светлый и неизгладимый след, поразительным образом перекликающийся с судьбой его праправнука…

В молодости Иван Немытов более чем успешно занимался мясной торговлей — он стал одним из самых богатых людей города и губернии, его состояние исчислялось миллионами рублей. Но известен он был не только и не столько своими успехами на ниве коммерции, сколько богобоязненным и благочестивым образом жизни. Протоиерей Петр Полидоров так описывал его: «Иван Михайлович со всем жаром посвятил себя житию благочестивому, стал проводить жизнь свою в молитве, посте, трудах, бдении, воздержании, мало говорил, избегал праздности, упражнялся в чтении Священного Писания и отеческих книг, ежедневно посещал общественные молитвы. <…> Он не терпел роскоши, держался во всем умеренности и простоты и обычаев старины относительно платья, мебели, экипажа и проч.». Еще в молодости его духовным отцом стал ученик преподобного Паисия (Величковского) — схимонах Афанасий (Захаров), в 1815–1825 годах бывший насельником Площанской Богородицкой Казанской пустыни; после его кончины духовное водительство Немытова осуществляли великий старец Брянской Белобережской Иоанно-Предтеченской пустыни Моисей и великие Оптинские старцы — преподобные иеросхимонахи Лев (Наголкин) и Макарий (Иванов), под руководством которых Иван Михайлович упражнялся в умносердечной молитве. Усердию Немытова в совершении молитвенного подвига дивился даже старец Макарий; преподобный Амвросий Оптинский так пишет об этом: «Батюшка отец Макарий недоумел, что и отвечать ему, когда мирянин, ради получений совета, рассказывал старцу нашему разные состояния молитвы: и батюшка отец Макарий мог ему только сказать: „держитесь смирения, держитесь смирения“. И после с удивлением об этом нам говорил». Купец славился своей благотворительностью, щедро помогал храмам и одаривал нищих, за все успехи и неудачи в делах равно благодарил Господа, любил принимать в доме паломников, проезжавших через Орёл, сам неоднократно совершал паломничества по русским монастырям. В Орле и окрестностях купец пользовался огромным уважением и почитанием, люди шли к нему за советом, как к старцу. В возрасте 88 лет, за три недели до кончины, Иван Михайлович Немытов принял монашеский постриг и 5 мая 1875 года мирно отошел ко Господу. Отпевал его епископ Орловский и Севский