Война сынов (ЛП) - Ребекка Дессертайн

«Этот мужик – такой же мудак, как остальные ангелы», – подумал Дин.

Несмотря на расхожую репутацию посланцев воли Господа, сил добра и золотого оплота морали, все ангелы, которые ему попадались за прошедший год, оказались изворотливыми, склонными к манипуляции подонками. Кроме Каса, разумеется. Кастиэль восстал против остальной небесной братии, когда ангелы замыслили устроить апокалипсис.

– Почему ты решил помочь нам? – осведомился Сэм. – Зачем тебе было отрываться от коллектива?

– Парни, у меня тут шкурный интерес, – прошептал Дон. – Я торчал наверху тысячелетиями и не мог даже взять выходной, чтобы посетить ваш милый маленький уголок мира. А теперь все изменилось. Все заняты апокалипсисом, и вот я здесь, в том раю, что Господь создал для вас, – он обвел рукой бар. – Мне здесь ужасно нравится.

Дин смерил его взглядом:

– И что? Хочешь, чтобы мы продолжали бежать? Пусть конец света нагрянет, пока ты будешь пина коладой наливаться?

– Близко ничего подобного. Я могу показать вам, как победить Люцифера, не становясь Мечом Михаила, – Дон перевел взгляд на Сэма. – И без того, чтобы Люцифер строил домик в Сэме. А заодно и я смогу на Земле остаться. Куда ни глянь, сплошная выгода.

Дин увидел, как дернулся кадык у Сэма, когда тот тяжело сглотнул. Он буквально наяву видел, как в голове у брата крутятся шестеренки, пытаясь просчитать возможности. Строго говоря, Сэм оказался в куда более незавидном положении. Так или иначе именно Сэм щелкнул выключателем Судного Дня, и если сражение между Винчестерами действительно произойдет… Что ж, или победит Дьявол, или Сэм умрет.

– Маловато доказательств, – проговорил Дин. – У нас нет никаких причин верить во всю эту фигню.

– Тогда позволь обрисовать картину целиком, – в голосе Дона послышалась злость. – Последние несколько тысяч лет я провел в качестве тюремщика одного очень известного преступника. До того дня, когда вы, ребятки, позволили ему улепетнуть.

Дон наклонился ближе, обдавая дыханием лицо Дина, и тот отпрянул.

«Мужику пора завязывать с луковыми колечками».

– Я сидел в Аду, – продолжал Дон. – Охранял ворота, как хороший солдат, пока вы распивали демонскую кровь и предавали свою расу. Мне приходилось наблюдать, как надрываются криком души и не находят утешения, пока Сатана со своими дружками мучает их, – тут он с намеком посмотрел на Дина.

Дина окатило жаром.

– Достаточно! – рыкнул он, стараясь удержать себя в руках.

Он и вправду «с пользой» провел некоторое время в Аду и, испытав тридцать лет пыток, пошел на сделку. Чтобы сойти с дыбы, он сам взялся мучить души. Этот момент слабости взломал первую из шестидесяти шести Печатей, которые сдерживали Люцифера.

Дон перевел взгляд на Сэма и выплюнул:

– А ты просто-напросто открыл ему заднюю дверь.

Сэм сжал пальцы на кинжале, и лезвие уперлось в деревянную столешницу, оставив глубокую царапину.

– Я страдал за мою работу. За моего создателя. А теперь Люцифер свободен, и мне нечего больше охранять. Я прибыл сюда, и что я вижу? Бога нет. Пропал без вести.

– Неправда, – тихо проговорил Сэм, не отрывая взгляда от кинжала Руби.

Он всегда верил сильнее, чем Дин, но в последнее время его вера подвергалась болезненным испытаниям. Архангел Рафаил утверждал, что Бог ушел, но как знать наверняка? Никто не мог знать наверняка… даже ангелы. Это не мешало Кастиэлю разыскивать его («Или ее», мысленно предположил Дин) по всей долбаной планете.

– Пока сидишь в Преисподней, слышишь всякое, – продолжал Дон, проигнорировав тихое замечание Сэма. – Много всего ужасного, но порой… секрет. Кое-что, что Люцифер предпочел бы утаить от меня. Крохотный намек на способ победить его, заработанный годами моих страданий.

– Неправда, – хрипло проговорил Дин. – Ты бы уже всё выложил остальной ангельской шайке, и мы бы тут не разговаривали.

– Ты не понимаешь! – рявкнул Дон. – Думаешь, после всего, что произошло, Михаил просто убьет Люцифера?

– Да, – угрюмо сказал Сэм.

Для него это была основная дилемма.

– Значит, ты не можешь уловить образ мышления Михаила. Он собирается одержать победу над Люцифером, чтобы потом унижать его. Он придумает совершенно новый уровень пыток, еще хуже Ада, бросит Люцифера гнить там, и как думаете, кому придется его сторожить? – Дон теперь шипел, чуть ли не брызгая слюной. – Я не собираюсь возвращаться в Ад. Не после того, как выбрался сюда.

– И ты знаешь, как…

– Как окончательно убить Люцифера? Уничтожить саму необходимость существования Ада? Да, – Дон внезапно сделался уничтожающе спокойным, что почему-то навевало жуть похуже, чем его гнев. – Дам вам минутку, парни, всё это переварить, – он встал и широко улыбнулся. – Даже ангелам иногда нужно пописать.

***

Сэм наблюдал, как Дон скрывается в коридоре, гадая, стоит ли пытаться его остановить. Едва ли он сейчас сбежит.

– Что это сейчас, блин, было? – Дин массировал виски: он не слишком хорошо справлялся с такими объемами информации.

– Если это правда…

– Разумеется, это неправда, – перебил Дин. – Думаешь, Кас бы мог запамятовать? Что Михаил даже не намерен прикончить Люцифера?

– Он наш друг, но по-прежнему ангел. Он и раньше не всегда был с нами честен.

Сэм знал, что брату нелегко слышать подобное. Дин всё больше привязывался к ангелу после того, как тот восстал против Небес. Дин ошарашенно прищурился:

– Ты ведь не всерьез, а? Какой-то псих вылезает из Ада и делает предложение слишком уж заманчивое, чтобы быть правдой? Звоночек не звонит?

– На Руби намекаешь? – догадался Сэм.

После всех усилий, направленных на то, чтобы наладить отношения, общение с Руби оставалось больной темой. Эта тема вообще стала бы запретной, если бы Дин признавал запретные темы.

– Намекаю на желание выкрутиться из положения, свалить с плеч груз и перекинуть его на кого-нибудь другого.

Нельзя сказать, что Дин был совершенно не прав, но это не отменяло факта, что Винчестеры нуждались в альтернативах. До встречи с Доном выбор у них был небогатый: либо принять Михаила и Люцифера, либо смотреть, как разваливается на куски мир.

– Этот Апокалипсис не только наш, – сказал Сэм. – Если бы Бобби высказал другой вариант окончить войну, ты бы его выслушал.

– Бобби – другое дело. Бобби – человек.

– А кто такой Бобби? – раздался позади голос.

Это, освежившись, вернулся из уборной Дон. Он сделал знак бармену:

– Выпивку для меня и моих новых друзей!

Бармен бросил на Сэма и Дина тяжелый недоверчивый взгляд и принялся разливать пиво.