В погоне за хвостом - Селия Кайл

- Ты можешь сделать это, Пен. Это просто дом.

Конечно, это просто дом. Пенелопа не скажет Дженнифер, что это не так. Он был адом. Ад, который теперь обещает ей путевку в рай.

- Кроме того, - Продолжила Дженнифер, - если мы не доберемся туда до того, как Джастин познакомит ее с Маркусом, кто знает, что там может произойти. И если он верит моему брату, у него много причин для злости. Джастин уже натравил его против тебя и ведьмы, отравили его ум против вас и ведьмы. Что с ней будет, если разъяренный Маркус первым до нее доберется?

Он порвет ее на клочки.

- Черт возьми, - прорычала она. – Пошли.

Глава вторая

Маркус оторвет голову следующему льву, который заговорит с ним. Черт, любой, кто заговорит с ним, умрет. Его кот был с ним согласен. Животное было взволнованно и стремилось уничтожить всех находящихся в комнате. Каждый раз, когда на него попадал воздух кондиционера, или, когда кто-то из людей подходил к нему, он подвергался нападению различных ароматов. Мужчины, женщины, мускус, духи, пот, земля ... Они окружали его в надоедливой комнате.

Его кожа чесались, мех то появлялся, то пропадал на его плоти. Каждое исчезновение доказывало силу его льва. Как только мех появлялся, Маркус тут же его убирал. Он был Альфой Северной Америки, самым сильным львом на континенте. Он не имеет право терять контроль. Когда его животное брало верх, не было никакого шанса для тех, кто попадался на его пути. То, что он сейчас чувствовал, говорило ему о том, что здесь будет много крови.

В основном потому, что все в непосредственной близости пытались удержать его от одной аппетитной женщины.

Пенелопа Литтл. Она была крошечной по сравнению с ним, невысокая, с пышными формами, которые так сильно его привлекали. Она была малюсенькая, идеальная, с головы до пят. Словно сам бог залез к нему в голову и осуществил его мечту.

Да, большинство львиц были гибкими и худыми, но они не привлекали Маркуса. Он любил женщин с мягкими округлостями и то, как они прижимались к его твердому телу, создавая контраст. У него было слишком много твердости каждый день его жизни. Иногда мужчине просто необходима ежедневная доза удовольствия, позволяющая пережить этот день.

Ему это было вдвойне важно. Он ежедневно боролся со своим почти непобедимым внутренним львом, боролся с ним за господство над каждым встречным на его пути. И все, что ему было нужно, это она в его руках, чтобы побороть желания.

Впервые в жизни, он мог дышать и расслабляться без страха причинения кому-то вреда. Черт, он не убил Джастина Палмера, не так ли? До появления Пенелопы, Маркус бы оторвал любому голову, кто осмелился его оторвать от женщины.

Вместо этого он был конченым придурком и отошел от нее. Да, он скрыл ее от пристального взгляда Палмера, но как только сомнения появилась в нем, он ушел, чтобы разобраться во всем самому.

С каких это пор я слушаю других? Я гребаный Альфа Северной Америки.

Голоса мужчин и женщин смешивались друг с другом, пока он не смог отличить один от другого. Нет, это не они, мешали ему сосредоточиться, это его животное и тело требовали Пенелопу, удерживая от фокусировки. Даже сейчас, несколько часов спустя, он был по-прежнему возбужден и стремился в ее теплую влажность, и конечно в сердце.

О, он знал и понимал, что все говорили ему: ведьма наложила на него заклинание, заставляя его думать будто Пенелопа принадлежала ему. Но ... Он не мог избавиться от ощущения, что они ошибаются. Это было не просто его поведение в библиотеке. Это было гораздо большее.

Что-то «большее» заставило его путешествовать по стране. Его бесконечная поездка на юг. Он отказывался ехать куда-то еще кроме небольшого городка Риланда ...

Больше не выдержав чужого присутствия, он поднялся на ноги. Это привлекло всеобщее внимание, и комната тут же погрузилась в тишину. Дом, логово прайда, был большим. Особенно учитывая размеры небольшой группы в этом крошечном южном городе, но он был недостаточно большим для него. Он все еще мог чувствовать запах Пенелопы на его коже, отказавшись принять душ после того как он прибыл в логово, но ароматы в комнате пересиливали ее природный аромат. Его зверю нужен был ее чистый запах. Для этого ему нужно убраться подальше ... отсюда ... Подальше от всех.

- Альфа? - Палмер был первым рискнувшим заговорить с ним.

Удивительно. Кажется, у местного альфы, нет чувства самосохранения. Даже собственная охрана Маркуса молчала с момента, как они покинули библиотеку. После стольких лет, мужчины научились чувствовать его настроение.

- Могу ли я помочь вам чем-то? - Местный альфа вновь заговорил.

Маркус осторожно, медленно, перевел золотистый, пристальный взгляд на крупного мужчину. Большому, но не больше Маркуса. Он никогда не был более злым или более смертоносным, чем сейчас. Он действительно, очень хотел выпустить наружу свой гнев.

Без единого слова, Маркус развернулся и направился к входной двери. Его шаги были не слышны, даже его ботинки, не смели шуметь на твердой поверхности.

На данный момент, он был лишь хищником, животным, наполненным яростью. За его спиной началась потасовка, очевидно, кто-то поспешил следом за ним. Низкий хрюкающий звук дал ему понять, что его охранники сделали свою работу.

Они, очевидно, опрокинули льва и препятствовали ему следовать за Маркусом. Никто не последует за ним, никто не посмеет. Не тогда, когда мужчины из его окружения поняли, что Маркус уничтожит любого, кто заговорит в его присутствии. Его лев не позволил бы ничего другого. Боролся ли он против заклинания ведьмы или естественного желания к своей истинной половинке, ему нельзя было доверять в данный момент.

Он широко распахнул дверь, и как только вырвался на свободу глубоко задышал. Он потерялся в чистом аромате загородного воздуха, он втянул его носом, вздохнув, когда его зверь немного расслабился. Часть напряжения, бежавшего по венам, исчезла с природой, окружающей его. Это было место, которому его лев принадлежал, которому все львы принадлежали. Природа, деревья, трава, живая добыча и открытые равнины, чтобы бегать.

Нравится ли его паре это место так же, как и животному Маркуса? Он не сомневался. Она не была бы его истиной парой, если бы ей это не нравилось, и он надеялся, что она не будет возражать покинуть все это.

Они решат эту проблему, если она его пара. Маркус покачал головой, все еще не в состоянии принять утверждения альфы, что ведьма, имела столько власти над ним.

Он стащил с себя рубашку, позволяя ей упасть на землю. Теперь он мог дышать. Вдыхать ее аромат, сохранившейся на его коже. Она прикасалась к нему и ласкала, хныкая и ноя, когда ее язык скользил по его коже. Рычала, покусывая его плоть. Он вздрогнул, воспоминание об этом небольшом укусе взбудоражили кровь.